Чтение онлайн

– Ишь чувствительная какая, - фыркнул Витек.

– На то она и женщина. Но у вас то такт и ум должен быть? Чего вы на нее как на призрак какой-то пялитесь? Нашли вампиршу. Ущербу она вам не нанесла, чего тогда вяжитесь?

– Не скажи Илья. Сердечко у меня сутки шалило, и спать хотелось жуть, - хмуро заметил Иван.

– И мне спать жуть как охото, - не отрывая взгляда от тарелки, тихо сказал Петя.

– И мне, - с ядовитым прищуром бросил Семен.
– Но медведям хуже. Они до весны в спячке. Видать их тоже Фея усыпила, - вылез из-за стола.

День прошел на удивление спокойно, правда косые взгляды на Фею бросать не перестали, но за учебой с Ильей да Семеном, девушка не больно на это внимания обращала, чувствуя себя под защитой.

Другое Колмогорцеву не понравилось - вялость ее, сонливость, заторможенность. В двенадцать встала, а восьми не было, уже спать легла. И всю ночь металась как в горячке.

Под утро встала как сомнамбула, пошла.

– Ты куда?
– встал Семен, проводить хотел, видя, что шатает девушку, вот-вот упадет.

– Нэт, - отрезала. И мужчина не полез, подумав, что стесняется его в известность ставить о естественных нуждах.

Вернулась она минут через двадцать вполне нормальной походкой и даже улыбнулась Семену. И тот облегченно вздохнул: ничего страшного, не захворала Фея.

Илья долго сапфир крутил в руке порошок, насыпав чуток на бумагу, разглядывал, нюхал. Аромат дивный, острый. Но ни на яд, ни на наркотик никак не похож порошок. Гранулы мелкие, с виду белые, а с другого боку глянь, цветные и переливаются.

Степной затылок почесал и рискнул, взял на пальце в рот положил, пососал - чудной вкус, а вроде и вовсе никакого нет. Еще взял. Нет, никакого вкуса, только привкус железистый и сладковатый.

Обратно все ссыпал, кулон завернул, и спать лег.

А не спится. Ворочался, ворочался, и не выдержал, вскочил, уборку в комнате начал.

Порог домывал, когда Фею увидел. Та шаткой походкой прошла в комнату Витька, чем озадачила Илью. Долго ее не было и мужчине даже обидно за Семена стало, мысли циничные в голову полезли, но тишина стояла и косвенно его пошлости опровергала. А вскоре и девушка появилась. Вышла, как ни в чем не бывало, обратно в комнату Семена нырнула.

Степной покривился, но решил пока с выводами не спешить, и пошел на кухню генералить, под недоуменный взгляд Прохорыча.

– Ты чего это Илюша? Бессонница мает, как меня старого?

– Да нет, что-то захотелось.

– А-а, - и смотрит. Сроду Степного на кухню не затянешь, дежурит и то через пень колоду, а тут гляди ты: полы помыл, посуду перемыл, печку вычистил, тесто поставил, крупу перебрал, картошки на утро начистил.

А потом еще пробежку вокруг заимки к удивлению старика устроил и на охоту рванул.

Илья сам недоумевал, что это с ним творится: скачет как молодой сайгаченок, и легкость в теле как в детстве и планов полна голова и мысли связные и сил, кажется, до Таймыра и обратно за сутки сбегать хватит.

Что же за добрый Дух его посетил?

Но к полудню, когда энергия стала иссякать, до него вдруг дошло: а не порошок ли Феи чудеса такие с ним сотворил? Не иначе это какая-то энергетическая добавка, что дает подъем сил и бодрость.

Степной развернулся домой, на заимку, с твердым намерением рассказать все Семену и объявить причины болезни Феи и развенчать тайну ее наркомании.

– Семен, подъем!!
– бухнул в двери Петя.

Колмогорцев с трудом глаза открыл, чертыхнулся, взглянув на часы: опять на охоту проспал и на Фею глянул:

– С тобой, как в анекдоте "ну ее, эту рыбалку", - улыбнулся, погладив девушку. Та потянулась как кошечка, обвила его шею руками:

– Сэмэн.

– Семен!!
– взревел голос за дверью.
– Да поднимайся ты скорее!

Мужчина хмуро на двери глянул: чего это Петя с утра белугой орет?

Встал лениво, оделся, Фее подмигнул и вышел:

– Ну?

– Беда Сем, Витька представился.

В первую минуту Колмогорцев не поверил парню, а на второй в комнату Витька рванул.

Прохоров действительно умер. Лежал и смотрел в потолок стеклянными уже глазами. А собравшиеся мужчины отчего-то на Семена.

– Я его не трогал, - сказал на всякий случай.

– Ты - нет, - подтвердил Елыч.

– Тогда чего смотрите?

– Это она Семен, - разжал губы Иван.

Мужчина оглядел товарищей и понял, что стадное чувство уже объединило их, нашло виновного и вынесло приговор.

Колмогорцев усмехнулся и сделал шаг назад:

– Ранки на шее обнаружили?

– Нет. Но это все равно она.

– А ее бы не было, кто бы виноват был?
– еще шаг назад.

– Сема, ты глянь на Виктора, сам поймешь. Он как заснул с открытыми глазами, - влез Петя.
– И мы себя так же чувствовали - в койку бы и спать, спать, спать.

– Ты не горячись, Семен, ты послушай. Эта тварь лишь прикидывается человеком, жалобит детской ранимостью и наивностью, а на деле чудовище. Она и тебя сил лишит, головы вон у тебя уже нет, ее разумом живешь, - сказал Иван.

– Ее надо уничтожить, - спокойно заявил Елыч.
– Знаю я таких: проникают из нижних миров, в доверие втираются, и начинают по одному людей убивать.

– Версия не нова, ее Спилберг давным-давно обкатал, - скривился в насмешке Семен, отступая к двери.

Напарники его не удивили. Как только вошел - понял: Фею во всем винить станут и попытаются как можно быстрее расправиться. И неважно виновата она в смерти Прохорова или в землетрясении в Африке, вину-то любую придумать можно, поверить и других уверить - был бы повод. А повод есть: баба среди мужиков, необычная девушка, которую взять бы, а не можешь, так пусть никому она не достанется и все будут довольны.

Не выйдет, - Колмогорцев выскользнул за дверь.

– Семен!
– обрадовался поднимающийся наверх Илья.
– Я как раз поговорить с тобой хотел…