Чтение онлайн

Боялась ли я, что хозяин сразу донесёт на меня, если узнает, что под чепчиком служанки прячется графиня Слейтер? Нет, не боялась. Вернее, боялась не этого. Гораздо страшнее было признаться господину Тодеу, что я — вовсе не добрая фея, какой кажусь ему. Что я — преступница, беглая убийца, девица сомнительных моральных качеств… Что я — птица, которая решила, что в золотой клетке можно обрести счастье…

Мне хотелось, чтобы он знал обо мне только хорошее. Одним небесам известно, каким холодным станет его взгляд, если правда станет известна…

— Думаю, вы зря волнуетесь, сударыня Элизабет, — сказал господин Тодеу, когда я замолчала. — Не бойтесь за Логана, с ним ничего не случится.

— Но как?.. — ахнула я. — Это же трансатлантическая компания…

— Не беспокойтесь, — повторил он. — Я позабочусь о Логане. Вы собирались устроить праздник? Вот и устраивайте. Чтобы всем было весело. И ещё… Если вы захотите быть хозяйкой на этом празднике…

— Хозяйкой? — переспросила я, совершенно не понимая, о чем он говорит.

Как можно было так спокойно принять то, что я рассказала? Когда Логану грозит опасность?..

— Маскарадное платье исчезло без следа, — сказал господин Тодеу, — но мы можем заказать или купить для вас новое платье. И если вы захотите выйти к гостям…

— Речь о Логане! — почти закричала я.

— Тише вы, всех перебудите, — господин Тодеу схватил меня за плечи и легонько встряхнул. — Ну-ка, вдохните поглубже, успокойтесь…

— Вы слышите меня? — начала я сердиться. — Вы обязаны защитить ребёнка!

— Посмотрите на меня, — последовал приказ, и я, как зачарованная уставилась в глаза хозяину.

Рокот моря ворвался в моё сознание — успокаивая, утишая…

— Всё будет хорошо, — произнёс хозяин, будто говорил заклинание. — Вы верите мне?

— Да, — прошептала я.

— Продолжайте верить и дальше, — сказал он. — Обещаю, что с Логаном ничего не случится. Я за ним присмотрю. Предоставьте мужские дела мужчинам, а сами займитесь тем, что у вас получается лучше всего, — он помолчал и добавил: — Дарите счастье. А об остальном я позабочусь.

Но слова хозяина меня не успокоили.

Несмотря на уговоры, я отказалась выходить к гостям, объяснив, что должна всё приготовить, за всем проследить, и не могу отвлекаться. К тому же, служанке не полагается веселиться на празднике у своих хозяев. Одно дело — новогодний маскарад, когда и нищий может сойти за короля, и совсем другое — официальный приём по случаю помолвки.

— И ещё, — сказала я, предупреждая возражения хозяина. — Очень прошу вас оставить мальчика со мной. Я не смогу думать ни о чём другом, если вы его уведёте. Избавьте меня от лишнего волнения.

Господин Тодеу довольно долго смотрел на меня, а потом произнёс:

— Вы мне не доверяете. Очень жаль. Правда, очень жаль.

После этого разговора меня мучила совесть, но позволить Логану покинуть дом я не могла даже рискуя оскорбить хозяина недоверием.

Разве может мужчина позаботиться о ребёнке лучше, чем позаботиться женщина? К тому же, я помнила, что творилось в этом доме, когда я пришла сюда. Так что господин Тодеу напрасно выдавал себя за прекрасную няньку.

Нет, Логану будет безопаснее и лучше рядом со мной. И я буду спокойна, зная, что Гибастиас не доберётся до него.

И слоёное тесто для тарталеток я готовила с таким воодушевлением, словно рубила не сливочное масло, а всех подлых, жадных и бессердечных людей, которые готовы покуситься на свободу других ради наживы. Когда тесто было готово, я убрала его на холод, дожидаясь, когда гости начнут собираться.

Ровно в половине восьмого Ванесса, наряженная как принцесса, ворвалась в кухню:

— Уже подъезжают!

Мы с Джоджо сразу же выпроводили её, чтобы не запачкала платье мукой или жиром.

Черити и Логан сидели на лавке возле печи, в компании засахаренных орешков и мытого изюма — господин Тодеу выполнил мою просьбу и оставил младших дома, забрав с собой старших детей.

Эйбел противился до последнего, не желая уходить, но Ванесса настояла на своём — дамский банкет потому и дамский, что мужчинам туда хода нет.

И вот теперь ей предстояло показать себя настоящей хозяйкой, принимая и развлекая гостей.

Подкинув в печку дров, я достала тесто и принялась колдовать.

Первым делом я тонко раскатала тесто и вырезала формочкой круги, после чего сделала на них лёгкие надрезы веером, чтобы было похоже на створку раковины, легко смазала яичным желтком и отправила в печь. Понадобилось четверть часа, чтобы «ракушки» были готовы. Я осторожно сняла их с противня — хрупкие, золотистые, с ребристым рисунком… Они и правда были похожи на настоящие ракушки. Каждую тарталетку надо было разрезать вдоль, чтобы створки «раковин» приоткрылись.

Внутрь створок мы с Джоджо положили по ложечке рыбного паштета и украсили его икрой.

— Настоящие жемчужницы! — восхитилась Джоджо, раскладывая на серебряном блюде закуску. — Настоящее чудо!

— Не отвлекаемся, сударыня, — сказала я, очень довольная, что первое блюдо получилось. — У нас салат на очереди.

Куриный салат я готовила по старинному рецепту, который достался моей маме от бабушки. Порезав отварную курицу, я добавила к ней внутреннюю нежную часть стебля сельдерея и заправила всё жирным соусом из яичных желтков и растительного масла. Соль, перец — и салат вполне можно было подавать на королевский стол.

Приглашенные горничные унесли блюда с закусками наверх, и мы с Джоджо позволили себе пятнадцать минут отдыха, прислушиваясь к музыке и смеху, доносившимся со второго этажа.

С супами всё было проще — крепкую и ароматную бульонную основу мы приготовили накануне, а сейчас нам только и оставалось, что разогреть бульон и добавить в одну кастрюлю мелко порезанные овощи и кусочки варёного мяса, а в другую — кусочки форели и смесь молока и муки

Наконец, тарелки с супом уплыли наверх вслед за закусками, а мы приступили к главным блюдам сегодняшнего вечера. Рагу из телятины тушилось в пикантном сметанном соусе, а в огромной чугунной чаше целиком варился окунь — с головой и хвостом. Я добавила в рагу немного острого красного перца — чтобы дамы смогли пощекотать свои язычки не только сплетнями, а окунь напитывался ароматами, купаясь вместе с корешками петрушки и укропом.

Если рагу в украшениях не нуждалось, то с окунем я позволила себе созорничать — повязала ему на хвост бантик из порезанного полосками капустного листа.

На десерт мы собирались подать бисквит со взбитыми сливками и рисовый пудинг. Пудинг уже ожидал, когда его польют ягодным сиропом, смешанным с ромом, а бисквит требовалось готовить в тишине и покое. Детям было строго-настрого наказано не шалить, не бегать и, по возможности, не говорить громко, а я приступила к священнодействию.

Белки и желтки взбивались отдельно, чтобы тесто получилось пышным, мука просеивалась семь раз, и яйца с мукой добавлялись по весу, чтобы соблюсти идеальные пропорции.