Чтение онлайн

Еще более простой пример: увеличение количества воды в озере. Это мгновенно отразится на флоре и фауне озера, на состоянии его дна. Озеро станет другим. Вода, вообще, самый показательный пример, когда система из-за количественного увеличения приобретает совершенно новые качества. Известно, например, такое явление, как самоочищение озер и искусственных водоемов. Небольшой прудик будет оставаться грязным и безжизненным до определенного момента. Процесс самоочищения возможен только тогда, когда имеется объем воды, превосходящий некоторый критический уровень. Это условие хорошо знакомо любителям аквариумов. Небольшие аквариумы нуждаются в регулярной замене воды, поскольку за некоторое время она начинает «тухнуть», «мертветь». А вот большие аквариумы на сотни литров практически не требуют замены воды — в большом ее количестве возникает сложный биологический мир, который как бы оживляет воду, очищает ее.

Любая человеческая общность, которая объединяет в себе людей по некоторым признакам, также является системой.

Давайте вместе посмотрим на примере нашего Фейсбука, как происходил переход количества его посетителей в новое качество. Постараемся показать это на самом элементарном примере.

Итак, вот наш Фейсбук в самом начале своего пути — чисто студенческая сеть, где всего лишь сотня-другая участников. Наверняка в этой сети существовал и модератор — лицо, наблюдающее за поведением иных посетителей, за соблюдением писаных и неписаных правил. Он обладал некоторыми полномочиями в плане выдачи предупреждений, а то и удаления аккаунтов злостных нарушителей законов.

Мы имеем перед собой студенческое сообщество, в котором существует свой язык — сленг, понятный каждому, где установились свои нормы общения, свои грани возможного, свой специфический юмор. Здесь особая форма поведения. Со всем этим вынужден был считаться каждый, кто приходил в сеть Фейсбук. Иными словами, был монастырь, куда со своим уставом никто не заходил.

Но спустя некоторое время эта социальная сеть становится популярной и начинает стремительно расти. Деятельность модератора в условиях, когда число посетителей становится несколько тысяч, уже не может принести никакого результата.

В Фейсбук приходят люди совершенно иного, не студенческого, скажем так, склада ума. Когда их число превосходит число «старожилов», начинают изменяться и правила. Изменяются нормы поведения, расширяются, изменяются рамки возможного ведения диалогов — существующие не могут устроить большинство новичков, которые становятся доминирующей группой. Студенческий сленг оказывается уже неприемлемым — в сети находится масса людей, которым он непонятен. Изменяются основные темы лент и бесед: не станет же все сообщество обсуждать время сессий и качества экзаменаторов. И таким образом мы получили новое качество сети. Она стала в действительности другой.

Но есть кроме гегелевского закона перехода количества в качество еще одно обстоятельство, важное для нас всех. Это так называемый закон больших систем. Не будем вдаваться в научные подробности, заострим внимание лишь вот на чем, на самом главном. Большие системы имеют свои законы развития, и эти законы не могут устанавливаться членами этих систем. Самый простой пример — толпа на улице. Когда количество собравшихся в одном месте людей достигает некоторого критического значения, толпа начинает жить по своим законам. Немало исследователей потратили свое время на их изучение. Толпа непредсказуема для стороннего наблюдателя, она точно так же непредсказуема для того человека, который находится в ней. Толпа может взорваться негодованием, яростью, точно так же она может угаснуть, поддаться панике. Главное: толпа не может управляться теми, кто находится в ней. Толпу можно завести извне, именно извне можно на нее воздействовать, но изнутри она неконтролируема. Самые жуткие примеры: обезумевшая толпа на Ходынском поле во время коронования последнего императора России, когда были задавлены тысячи людей. Вот еще не такой и давний случай в Минске, когда толпа молодежи, подстегнутая ливневым дождем (тот самый факт, когда толпу заводит внешний фактор), ринулась в метро, где в ужасающей давке погибло несколько десятков человек. Прошла сотня лет, казалось бы, Ходынской трагедии не должно никогда повториться, но слепой случай показывает нам, что законы больших систем живут и продолжают жить, они не изменяются вместе с социальным и экономическим развитием общества, на них не действуют культурные, нравственные изменения. И опять же, подчеркнем еще раз: законы систем не подвластны тем, кто находится в самой системе.

Запомним это: если вы находитесь внутри большой системы, то законы, по которым она живет и развивается, вам не изменить, не поправить. Не привнести новые и не запретить старые правила. Они возникают всегда сами по себе, как сами по себе и отмирают. Большая система — это цельный организм, который развивается, приспосабливается, изменяется по своим собственным законам.

Наверняка у вас возникли определенные сомнения во всем, что я вам сказал. Уж больно картинка получается жутковатая. На самом деле ничего жуткого в картинке нет: мы все находимся поочередно в той или иной большой системе: либо в толпе на улице, в очереди за пирожками, в студенческом общежитии, в своей стране, наконец. То самое чувство собственного достоинства сейчас протестует в вас и кричит: «Я не такой, меня не переделать какой-то социальной сети! Я останусь жить так, как жил, я останусь тем, кем был!»

Давайте вместе посмотрим вблизи на то, что происходит с личностью одного человека, который попадает в систему.

Один мой хороший знакомый, поэт, ведущий радиопередачи на протяжении вот уже более пятнадцати лет, завел себе аккаунт в этой социальной сети. Я бы наверняка и не заметил его, если бы не рекомендации друзей (вот, кстати, еще одно новшество Фейсбука — вы можете рекомендовать своим друзьям своих же друзей, если они до этого времени не подружились).

Итак, мой знакомый, человек достаточно степенного возраста, завел аккаунт. Спустя некоторое время я встретил его в сети. Почитал его темы, его комментарии, ответы на комментарии. И — ужаснулся. Вместо вполне успешного, уверенного в себе профессионала радио, вместо признанного на самом высоком и на самом низком (позволю себе и так выразиться) уровне поэта, вместо интеллигента передо мной была некая серая, загнанная личность, которая подобострастно пыталась всем угодить, всех помирить, снять напряжение в диалогах. Юлила, нервно хихикала и, очевидно, была противна самой себе.

Черт, что же произошло?

Или это просто сеть открыла в нем настоящего человека?

Да нет же. Настоящий был другим. В меру смелым, мягким, не несгибаемым, уступчивым, но не предателем собственных идей.

Так что же произошло?

Знаете, одним предложением можно так ответить на этот вопрос: балерины какают не бабочками.

Поясню. Создаваемый нами образ всегда идеальнее реально существующего человека. Более того, всякому создаваемому образу мы придаем черты, которыми он не обладает, и одновременно лишаем его признаков, скажем так, приземленности, человечности.

В мою бытность студентом был один примечательный случай, который потряс меня до глубины души так, что запомнился на всю жизнь. И, признаюсь честно, из того случая я кое-чего взял для своего опыта и успешно использовал, будучи отцом сына-подростка.

А было так.

Мой однокурсник, сосед по комнате, был типично книжным мальчиком: романтиком, жаждущим чистых, идеальных отношений, боготворившим девушек и женщин. Над его наивностью мы посмеивались до той поры, пока он не влюбился. И влюбился без самой малой надежды на взаимность. Он обожествлял свою избранницу, все попытки доказать ему, что она — вздорная, своенравная, эгоистичная и разбалованная девка, не приносили успеха. Он твердил лишь о том, что мы ее не знаем. Все было бы ничего, но парень ушел вразнос: все деньги он тратил на свою избранницу — водил в кино, угощал мороженым и кофе, покупал конфеты и цветы. Похудел страшно, забросил учебу. Ужас всего происходящего был еще и в том, что его избранница прекрасно поняла выгоду своего положения и в буквальном смысле использовала нашего друга. Он влез в долги, дни и ночи напролет думал только о том, чем бы еще угодить своей любимой. Короче, парень реально слетел с катушек.

И тут в дело вмешался старшекурсник, с которым мы жили по соседству и который по доброй воле опекал нас. Однажды вечером, когда мы за картами засиделись далеко за полночь, явился с очередной прогулки наш романтик. И тут старшекурсник приступил к нему с допросом: любишь, да? Наш романтик в уже надоевшем нам возвышенном стиле стал охотно рассказывать старшекурснику о девушке. Тот выслушал его молча, снисходительно улыбаясь, а в конце неожиданно спросил: ты можешь представить свою любимую в любом месте? Конечно, был ответ. Но только не в пошлом, не надо, мол, наговаривать на нее разные гадости, что-де она с кем-то еще целуется. Да нет же, ответил старшекурсник. Зачем нам пошлости и то, что она не делает или, возможно, делает. Ведь она же человек, так? Как все люди, правильно? Она кушает, правильно? А это значит, что она и какает. Вот представь свою любимую на унитазе…