Фиалка с улицы Кофейных зерен
Шрифт:
Фиалку пугало только одно – такую пику у нее легко отнять и обратить против нее самой, потому что она не знакома с навыками владения холодным оружием. Но всему можно научиться, ведь правда? Можно подластиться к Георгину, который падок на лесть, особенно если его хвалят за его бойцовые навыки. И он быстренько обучит Фиалку парочке приемчиков. Подумаешь, какие пустяки. Георгин только на словах такой солдафон. Строит из себя командира роты. А тает, как сахар во рту, стоит Календуле шепнуть ему в ухо что-нибудь ласковое. Календула не скупится на нежности. И как ей это удается – в каждом находить всё самое лучшее? Как ей не надоедает всегда всех хвалить?
Фиалка, обдумывая свои коварные планы, аккуратно перетягивала с Мимозы плед, чтобы укрыться целиком. Но Мимоза, как всегда, ничего не замечала. Ей вполне хватало того, что с одной стороны ее грела своим боком Фиалка, а с другой у нее еще оставался целый квадратик пледа. Как все счастливые от рождения существа с чистой совестью, Мимоза сладко посапывала, уютно откинувшись в своем шезлонге.
Глава четвертая. Чем богаты
Таких шезлонгов в коробке стояло семь – по числу мышей. На каждом из них заботливая Лорена вышила цветы – соответствующим мышам цветом – синим, оранжевым, желтым, красным, зеленым, темно-бордовым и фиолетовым. Но только Фиалка всегда спала в персональном шезлонге с фиалкой. Остальные мыши, не раздумывая, укладывались спать куда придется.
Помимо шезлонгов, которые для Лорены смастерил знакомый фотомастер Самули, постоянно имеющий дело с изящными фоторамками и придирчивыми покупателями, в коробке находилось несколько холщовых мешочков с припасами. Это на случай, если в пути особо нервным мышам нужно будет срочно чем-то утешиться.
Мешочки были набиты ржаными сухариками, сухариками пшеничными с ванилью, ячменной крупой, карамельками с мятой, а также лакричными конфетами, которые, правда, любил только Георгин. Он чувствовал себя неотразимым с черной конфетой в белых зубах. Когда никто не видел, он воображал, что это – толстая черная сигара.
Еще в коробке находились личные вещи мышей. Объемная джутовая сумка с нитками, лоскутами и обрывками пряжи принадлежала Календуле. Из них она без помощи спиц и крючков, а прямо ловкими коготками вязала разноцветные пледы и подушки.
Кактус захватил с собой мини-MP3плеер с наушниками. В него он закачал настолько медитативную музыку, что мыши стоном стонали, когда он включал ее на полную громкость, чтобы посидеть в позе лотоса. Именно поэтому Кактус обзавелся наушниками, чтобы не досаждать своим собратьям.
Тюльпан взял с собой пробники духов одной очень известной марки, название которой он прочесть не мог, потому что не умел читать. Эти пробники он выкатил из стола секретарши Мирьи еще в лаборатории. И с тех пор не было ни дня, чтобы он не обрызгивал себя духами с головы до кончика хвоста, распространяя удушающие ароматы на окружающих. Собратья привыкли к его грубоватой манере общения, но духов в таком количестве вынести не могли. И взяли с Тюльпана клятву, что пока у них нет выхода из коробки, он не вздумает прикасаться к флакончикам.
Мимоза ехала налегке, у нее был только спортивный рюкзак от куклы Братц. В нем лежала скакалка и разноцветные резинки для волос, которыми Мимоза украшала свои косички. Она считала, что ничего больше для счастливой жизни не нужно. И даже если что-то неожиданно понадобится, оно найдется само собой.
Георгин принес в коробку старинную серебряную табакерку, в которой что-то хищно звякнуло, когда он сгрузил ее со своей спины. Он предупредил всех, что пощады не будет никому, если кто попробует узнать, что внутри. На всякий случай Георгин даже спать завалился в крайнем шезлонге, положив заднюю, чувствительную лапку (она ныла у него на дождливую погоду) на крышку табакерки и обвив вокруг нее хвост.
Гортензия где-то обзавелась контейнером для линз, даже с ручкой, за которую его было удобно нести, как саквояж. В правом линзовом контейнере у нее хранилась сушеная ромашка, которую она жевала, чтобы успокоиться. Левый она никогда не открывала. Там был ром. На случай, если ромашка не даст эффекта.
Самый большой скарб был у Фиалки. Помимо шкатулки с перламутровой пуговкой, с которой вы уже познакомились, у нее хранился лоскут атласной материи с розами, из которой она мечтала смастерить выходное платье; пакетик изюма в шоколаде размером с некрупную мышь; тюбик с остатками блеска для губ, который приятно нюхать, потому что он пахнет малиной; булавка для галстука с золотыми буквами ЭПФ, из которой можно выковырнуть брильянт и пристроить на будущее выходное платье; та самая веревочка с петлей от итальянской копченой колбасы; ватные палочки, шпажки для канапе и зонтики для коктейлей; кукольная шляпка с вуалью, которую совершенно невозможно носить, потому что ушам в ней тесно, но вдруг пригодится; картонные сувенирные спички с золотыми буквами ЭПФ на обложке; впрочем, чтобы все перечислить, не хватит одной главы.
Глава пятая. Лорена и любовь всей её жизни
Многое из того, что стало личными вещами мышей, когда-то принадлежало сотрудникам лаборатории. Лорена работала именно там. Собственно, это была ее лаборатория. Ну почти ее. Во всяком случае – придуманная ею от и до.
Лорена Исабель Франсиска Эррера приехала в Финляндию из Гондураса и стала изучать зоологию. Ее самой большой любовью были белые мыши и латиноамериканские танцы. Когда Лорена читала учебники, она пританцовывала. Когда пила кофе – пританцовывала. Когда кормила мышей – пританцовывала. И неожиданно она заметила, что мыши ей отвечают!
Белые мыши слушали мелодии самбы, румбы и ламбады и повторяли за Лореной движения. «Я всегда говорила, что мои мыши – самые умные существа на свете! А какое у них чувство ритма!» – восторгалась Лорена и целовала их усатые мордочки.
Сделав это удивительное открытие – что мыши способны танцевать – Лорена решила посвятить свою жизнь разведению танцующих мышей. «Танцующая мышь – это настоящий друг!» – решила Лорена и принялась писать проект, чтобы подать заявку на конкурс стартапов.
Она вспоминала свое детство, когда её часто оставляли одну, потому что и родителям, и даже бабушке с дедушкой приходилось много работать. «Вот бы рядом оказался кто-то веселый, кто всегда выслушает и поднимет настроение!», – думала она и глубоко вздыхала, потому что тогда у нее никого не было.
Справляться с грустными мыслями в одиночку очень нелегко. С тех пор Лорена больше всего на свете не любила одиночества. «Если у каждого ребенка будет маленький танцующий друг, ни один ребенок в мире никогда не будет больше грустить», – написала Лорена в заключительной части своего проекта.
Когда у тебя хорошее настроение, ты можешь горы свернуть, Лорена это хорошо знала по себе. Она была уверена, что только благодаря мышам, которые поддерживали ее в минуты грусти, ей удалось многого добиться. Например, она получила степень магистра зоологических наук.
Глядя на своих белых мышек, которые в такт самбы крутили мордочками, пожимали плечиками и топали лапками, Лорена была уверена: каждый сможет покорить мир, если у него будет такая мышь. Она решила посвятить свою жизнь обучению белых мышей танцам, чтобы потом таких мышей могли получить в подарок дети.
И вот конкурс стартапов состоялся. Но проект Лорены отклонили. Она стояла в большом светлом зале в красивой кофточке. Вокруг нее было много счастливых людей. Ликовали победители. Им хлопали все участники конкурса. И Лорена тоже хлопала и радовалась за них. Но ей было грустно и одиноко, как в детстве. Как будто не только детей всего мира, но и ее саму лишили танцующих мышей.