Чтение онлайн

— В России мораторий на смертную казнь, — возразила я. — Да и раньше, насколько знаю, исключительная мера наказания к слабому полу применялась крайне редко.

Но мои разумные доводы не утешили Мару, из глаз домработницы потекли слезы.

— Послушай, — зашипела я, — хочешь выпутаться из неприятностей?

— Да, — всхлипнула Мара.

— Тогда перестань лить слезы! Никогда нельзя предаваться унынию и опускать руки, все поправимо.

— Угу, — шепнула Мара.

— Я и не такие задачки решала!

— Правда? — с робкой надеждой осведомилась Марина.

— Стопроцентно! А сейчас лучше ступай в спальню, в ту, куда намеревались поселить племянницу, и принеси мне оттуда пульт, такой серый, с тремя кнопками: красной, желтой и зеленой.

На лицо домработницы наползло выражение изумления.

— Пульт? Какой? Зачем? Откуда знаешь, где он лежит?

— Слишком много вопросов, — скривилась я. — Хочешь выпутаться из беды? Неси пульт.

Домой я порулила часов около трех дня. В голове крутились разные мысли.

Мало того, что я оказалась впутанной в невероятную историю, так еще Мара не сумела отыскать пульт. Сначала она в одиночестве исследовала спальню, потом, воспользовавшись тем, что в особняке в тот час никого, кроме прислуги, не было, она мне предложила:

— Сама поищи.

Я излазила всю комнату, но блокатор испарился. И что теперь прикажете делать? Тайком купить новую технику? Но у меня же нет подобных денег! Признаться в совершенном? Ни за какие коврижки! Я не люблю слов «безвыходное положение», но сейчас почти готова была их произнести.

Припарковав машину во дворе, я внимательно осмотрела другие автомобили. Похоже, ни Сережки с Юлей, ни Вовки, ни Кати дома нет. Сбегаю-ка я в супермаркет, куплю курочку и запеку ее в духовке. А пока она готовится, можно будет картошечку пожарить. Поев, домашние станут добрыми, ласковыми. Авось что-нибудь придумается насчет оживления бытовой техники.

Торговый центр находится в двух шагах от нашего подъезда, легче добежать туда пешком. А для меня дорога становится еще короче, потому что могу пролезть через проем в заборе.

Дойдя до изгороди, я испытала глубокое разочарование — пролома уже не было. Еще вчера тут зияла дыра, а как раз сейчас рабочий в ярко-синем комбинезоне и белой каске старательно приваривал новый прут.

Заметив меня, сварщик опустил руку с длинным штырем, откуда сыпались ярко-белые искры, поднял очки и сказал:

— Нельзя на огонь смотреть, глаза заболят.

Лицо рабочего было красное и слегка опухшее, что без слов говорило о привычках хозяина: небось мужик любит выпить.

— Проходьте, гражданочка, — хриплым голосом поторопил сварщик, — чего встали… Не цирк, билеты не продаю.

И тут меня осенило! Точно, безвыходных положений не бывает. Следует лишь не впадать в истерику, а шевелить мозгами, и все получится в наилучшем виде.

— Вас как зовут? — налетела я на работягу.

— Виктор Николаевич, — с достоинством представился рабочий.

— Заработать хотите?

— Сколько и чё делать? — заинтересовался Виктор Николаевич.

— Оплата достойная, работа ерундовая, — заверила я. — Вы в самодеятельности когда-нибудь участвовали?

— Караоке увлекаюсь, — признался Виктор Николаевич.

— Ну, это не совсем подходит, — вздохнула я. — В общем, придется вам одну роль сыграть. Слушайте и запоминайте.

Ровно в восемь вечера я хотела убрать грязные тарелки в посудомойку, но тут же вспомнила, что автоматическая помощница теперь просто бесполезный шкаф, и со вздохом стала ставить посуду в мойку.

— Ужасно! — простонала Юлечка. — Отчего же все-таки у нас вырубилась вся техника?

— Надо разобраться, — протянул Сережка. — Лампа, вызови, что ли, мастера…

— Хорошо, — быстро согласилась я, поглядывая на часы.

Надеюсь, Виктор Николаевич не подведет, я предусмотрительно не выдала ему аванс, просто озвучила размер гонорара.

И тут прозвенел звонок.

— Кто там? — удивилась Катя.

— Я открою, — побежала в переднюю Лиза.

С самым невинным выражением лица я открутила кран и взяла губку.

— Здрассти вам, — раздался за спиной голос. — Извиняйте, если вечерять помешал.

Я обернулась и увидела Виктора Николаевича все в том же голубом костюме и каске, только на сей раз у него в руке был потрепанный чемоданчик.

— Вот, — добродушно заулыбался рабочий, — предупредить пришел… э… в общем, тута… э… ремонт идет… линию повредили… Небось у вас СВЧ сломалась?

— И компьютеры! — заорали в один голос Лиза с Кирюшей.

— Ну надо же… — покачала головой Катюша. — Вот ведь какая странность: свет есть, а телевизоры умерли.

Сварщик снова откашлялся.

— Тута… в общем… проблема… Электричество — оно ведь по разным проводам текёт, оно бывает бытовое и техническое… ну, разного напряжения. Всякие там телики вместе с компьютерами на двести двадцать рассчитаны, но еще можно триста восемьдесят подать…

Я осторожно окинула взглядом членов семьи. Спору нет, Катюша отличный хирург, Сережка замечательно придумывает и проводит всяческие пиар-кампании, Юлечка успешно делает карьеру на ниве журналистики, Кирюшка и Лизавета, несмотря на постоянно получаемые двойки, ребята очень сообразительные, плохие отметки у них не от тупости, а от лени. Но при всех своих положительных качествах никто из присутствующих здесь людей ни черта не понимает в электричестве. Единственное, что мы знаем: на свете бывают станции с турбинами, и всякие там железные штуки в них вертятся, а в домах в итоге их работы горят лампочки.

С другой стороны, не может же человек обладать детальными знаниями по любому вопросу! Ну-ка, признайтесь, вы понимаете, каким образом работает мобильный телефон? Как устроен лифт? Почему телевизор демонстрирует кино? Откуда в наши квартиры поступает вода и куда она потом утекает? В трубы? А трубы-то где заканчиваются?

Будучи сама абсолютно неграмотной в сфере коммунального хозяйства, я была уверена, что Виктор Николаевич сейчас ловко обдурит членов семьи. Очень хорошо, что в доме отсутствует Костин, голова Вовки похожа на чердак, забитый всякими нужными и ненужными сведениями, он еще мог бы сообразить, что электрик не слишком компетентен.