Чтение онлайн

— Появился тут один, из Тьмутаракани какой-то в Москву явился и прет дальше экскаватором, — зло сказал Никита.

— А тебе, значит, самому охота золото взять?

— Да, — гаркнул Никита, — верно! И я его добуду! Чего бы мне это ни стоило! Пупок развяжу, а схвачу! Если понадобится, к другому тренеру уйду! Пусть, пусть скандал случится! Плевать! На всех! Вот! Уж ты-то меня понять должен!

Юра опять закашлялся и схватился за Никиту.

— Ты не против чайку попить? — спросил он, справившись с приступом. — Тут кафе есть, пошли?

— Давай, — кивнул Никита, который хотел остыть после ссоры с отцом.

Спустя десять минут бывшие друзья-соперники уселись за столиком, и Никита, не удержавшись, спросил:

— Так что с тобой стряслось?

— Плохо выгляжу?

— Не особо хорошо, и пополнел сильно.

— Еще бы сильней разнесло, да неожиданно перестал вес набирать, — мрачно пояснил Юра.

— Наши говорят, ты заболел.

— Верно, — кивнул Юра.

— Болтают, вроде ты… ну… того… самого…

— Спился?

— Нет.

— СПИД подцепил?

— Не, шизиком стал, — уточнил Никита, — психом, таблетки пьешь психотропные.

— Да? — вскинул брови Юра. — Кто ж такое треплет?

— Мне Колька говорил Ряжин, — сообщил Никита. — Вроде он тебя видел.

— Ряжин меня издали увидел и через проспект драпанул, чуть под машину не попал, — засмеялся Юра. — Испугался заразы, наверное.

Левитин снова закашлял. Никите вроде бы и стало неловко, но, с другой стороны, он тут же начал мысленно ругать себя за неосторожность: Юра походил на туберкулезника, незачем было соглашаться с ним в кафе идти.

— Не трусь, — сверкнул глазами Левитин, — это не то, о чем ты сейчас подумал. Только не отнекивайся, у тебя на роже все написано: пора смываться, у Юрки туберкулез или СПИД. Не, у меня другое!

— Что? — поинтересовался Никита.

Юра мрачно глянул на юношу и вдруг сказал:

— Ладно, расскажу сказочку. Только имей в виду: ее в себе похоронить надо будет. Если растреплешь кому, мигом заявлю: «Никита врет, не было у нас никакого разговора». Ясно?

— Ну! А в чем дело-то? — окончательно заинтересовался Никита.

Юра отхлебнул кофе.

— Отец у меня инвалид, сначала в коляске ездил, потом в кровать слег. Мама в детском саду нянечкой работала, так что прикинь, какая у нее шикарная зарплата была. Принесет ее домой и ревет, не знает, какую дырку затыкать: то ли крупы купить, то ли ботинки отдать починить, то ли за квартиру плату внести. Еще сестра у меня имеется и бабка, мамкина свекровь. Как мы жили — психушка отдыхает. Знаешь, один раз в каком-то отеле — я уже в загранку на соревнования ездил — лежу я себе в номере, книжку читаю и вдруг слышу стук. Открываю, стоит дядечка и говорит: «У меня сегодня день рождения… Я тут в соседнем номере… Уж извините, коли помешаем, хотим караоке попеть».

Смотрю я на него и думаю: «Знал бы ты, что дома у меня за «караоке» каждый день! Отец телик на полную мощь слушает, бабка радио включает, сеструха на гитаре лабает, ей охота певицей стать, мать орет на всех! Шум, лай, гвалт… А тут какое-то караоке, разве ж это помеха? Оно мне милей колыбельной будет, хоть на сотню голосов пой, не замечу…»

В семье Юры никогда не было свободных денег. Жили впроголодь, одевались в чужие обноски, теснились впятером в одной комнате в коммуналке. Как назло, по площади она была большая — сорок три метра, так что на очередь по улучшению жилищных условий Левитиных не ставили: у них как раз выходило чуть больше восьми «квадратов» на нос. Без толку было объяснять чиновникам, что обездвиженный отец ходит под себя, полубезумная бабка постоянно ползает почти голая, а девчонка-школьница приводит табуны галдящих подруг. У Юры не имелось даже личного угла, а спал он на раскладном кресле.

Как-то раз в школу, где с тройки на двойку тихо перебивался Юра, пришел на урок физкультуры хорошо одетый мужчина, назвавшийся Андреем Максимовичем.

Из всех детей тренер выделил Юру. Сначала поболтал с ним, потом не поленился съездить к Левитину домой, полюбовался на громко матерящуюся бабку, послушал вопли телика вперемешку с концертом, лившимся из радиоприемника, и сказал Юре:

— Пошли, поговорим.

Разговор состоялся в ресторане. Красный от смущения мальчик, впервые оказавшийся в подобном месте, с огромным трудом пытался справиться с ножом и вилкой, а Андрей Максимович спокойно изложил свое предложение.

— Я могу сделать из тебя человека, — пояснил он. — Станешь отлично зарабатывать, потом, если не загордишься, пристрою в институт, жизнь наладится. Ну как, согласен?

— Да, — закивал обрадованный Юра, — конечно.

— Есть некоторые условия.

— Согласен на все! — с жаром закричал Левитин.

Андрей Максимович улыбнулся:

— Многообещающее начало. Значит, так! Все финансовые дела веду я, ты получаешь деньги и никуда не лезешь. Второе: слушаться меня надо беспрекословно. Велю в декабре голым в прорубь прыгать и под лед уходить, перекрестишься и выполнишь. Тоже без лишней болтовни. Ага?

— Ага! — закивал Юра.

С тех пор началась у парня прекрасная жизнь. Андрей Максимович одел, обул, откормил своего подопечного, домой теперь Юра ходил лишь ночевать. Валился на раскладное кресло, не разговаривая ни с сестрой, ни с мамой, сил на болтовню у парня просто не оставалось.

Потом, как говорят спортсмены, попер результат, появились первые деньги. Юра, как и договаривались с тренером, никогда никакими финансовыми вопросами не заморачивался, Андрей Максимович вручал ему конверт и говорил:

— Не трать на ерунду.

Первый раз, увидав купюры, Юра ошалел и, несмотря на предупреждение тренера, накупил всякого барахла: приобрел подарки сестре, маме, даже противной бабке досталась новая ночнушка. Потом, получая призовые, Левитин стал аккуратнее, начал откладывать на квартиру. Счастлив он был безмерно, просто летал над землей.

Как-то однажды, спустя два года, Андрей Максимович сказал ему:

— Воронков-то сходит…

— Похоже, — кивнул Юра, — наверное, стареет.

Тренер улыбнулся:

— Хорошая смена ему растет.

— Кто? — заинтересовался Юра.

— Ты, — спокойно ответил Андрей Максимович.

— Я? Вместо Воронкова? И на всякие турниры ездить стану? — наивно обрадовался Юра.

— Да, — кивнул тренер, — но…

— Что? Что? — испугался Юра.

— Ты мне веришь?

— Конечно! — закричал Левитин.

— Тогда вот принимай, — велел Андрей Максимович и протянул Юре белую коробочку.

— Витамины? — спросил Левитин.

Андрей Максимович крякнул: