Чтение онлайн

— Допингом занимаюсь лишь я, — пояснила Анна.

— Ну и отлично, — кивнула Лаура, — значит, Михаилу о моих визитах и знать не надо. Нам с ним не о чем говорить.

Костин схватил чашку с водой, одним глотком осушил ее и спросил:

— Пока все ясно?

— Более чем, — кивнула я.

Вовка потер руки.

— У добавки есть отрицательные стороны, о них Анна честно предупреждала тренеров. Во-первых, она плохо совместима со сладким. Могут возникнуть галлюцинации, причем очень яркие, четкие, у человека будет полное ощущение, что с ним происходят реальные события. Во-вторых, при длительном употреблении псевдо-«Анина» вероятно увеличение веса. В-третьих, «соскакивать» с допинга следует постепенно, по схеме, иначе возможны серьезные осложнения. Кроме того, он способен провоцировать некоторые заболевания. И, наконец, последнее: все вышеперечисленное необязательно, лишь вполне возможно, многие спортсмены, принимая допинг, не ощущают никакого дискомфорта.

— О-о-о! — закричала я. — Ясно! Лаура Петровна, в отличие от Андрея Максимовича, отца Никиты, не пожалела свою внучку, кормила ее допингом. Потом Лаура Михайловна скоропостижно скончалась, а Лариса стала полнеть, у нее начались галлюцинации — девочке пригрезился грабитель, она ощущала запах его одеколона.

— Верно, — согласился Вовка. — Бедная Лариса прекратила прием препарата внезапно, отсюда и беда. Хотя, думаю, рано или поздно девочка бы испытала на себе последствия приема стимулятора.

— Я знаю, кто убил Михаила Петровича!

— Ну?

— Мэри! Она специально приехала в Москву — решила отомстить за дочь. Помнишь, рассказывала тебе про колесо?

— Нет, — помотал головой Вовка, — не так. Мэри не знала, что мать кормит Ларису допингом. А вот девочка…

— Что? — занервничала я.

— Лариса очень хотела стать чемпионкой, — грустно сказал Костин, — и, как это ни печально звучит, бабушка решила помочь внучке. Лара знала, что и для чего пьет.

— Кошмар! Не может быть! Ни одна женщина не станет травить… — начала было я.

— А Лаура Петровна сделала ставку на внучку, — оборвал меня Костин. — Из всех учениц Антоновой Ларочка была самая талантливая, работоспособная, честолюбивая, активная — сплошные плюсы. Вот бабушка с девочкой и решили: авось пронесет. Если Лара станет олимпийской чемпионкой, Лаура Петровна получит всемирное признание, а вместе с ним придут и очень большие деньги, Ларочка заработает на рекламных контрактах. Но не вышло. Одним словом, девочка очень хорошо знала, что с ней происходит, и это она подбила маму переехать в Москву. У Лары имелся свой план.

— Но почему она не призналась доктору?

Вовка скривился:

— Не верила, что он ей поможет, знала, где искать помощь, и, что главное, не хотела марать память бабушки. Ларочка обожала Лауру Петровну, вот почему внучка крепко держала язык за зубами, вот по какой причине дала врачу самый обычный «Анин» и спокойно вручила ему для исследований травяной сбор. Лара не надеялась вылечиться при помощи Герасима Семеновича Кугайлова, который, кстати, сразу заподозрил нехорошее. Нет, у нее имелись иные планы, и осуществлять их ей помогала Лизавета.

— Наша? — тупо спросила я.

— А чья ж еще? — ухмыльнулся Вовка. — Лиза у нас девица решительная, с обостренным чувством справедливости и сильно развитой жалостью.

Когда неуклюже толстую Лару, опрометчиво похваставшуюся своими былыми спортивными успехами, начали травить в школе, Лиза встала на защиту новенькой. В знак благодарности Лариса позвала Лизавету в гости, показала ей свои медали и открыла страшную тайну: она пила специальные таблетки, дававшие ей преимущество перед соперницами.

— Обычное дело, — растолковывала Лариса обалдевшей Лизе правду, — весь большой спорт на стимуляторах сидит, это плата за победу. Просто бабушка нашла уникальный комплекс, его пока в организме обнаружить не могут, нет такого теста. Я поэтому и в Москву приехала!

— Зачем? — насторожилась Лиза.

— Отправлюсь к этой Анне Валерьевне… Мне бабушка рассказывала, где «Анин» покупала… — пояснила Лара. — Заявлюсь к ней и скажу: видите, какая я страшная? Ясное дело, спорт уже мимо меня, теперь верните вес на место.

— Думаешь, она умеет? — засомневалась Лиза.

— Конечно, — уверенно сказала Лара. — Во всяком случае, Анна Валерьевна единственный человек, который четко знает, что со мной. Завтра к ней в НИИ отправлюсь!

И Лариса осуществила задуманное. Лиза очень заволновалась, когда ее подруга вдруг не пришла в класс. Еле-еле дождавшись конца занятий, девочка понеслась к Ларе домой и застала ту в слезах.

— Она со мной и разговаривать не стала! — рыдала Лара. — На порог не пустила! Типа, пошла прочь, тут лаборатория, нечего сюда шляться…

— Ах, гадина! — возмутилась Лиза. — Ну ничего, мы ей хвост прижмем…

— Дальше знаю, — перебила я Вовку. — Мэри подслушала разговор и…

— Перестань, — устало сказал Костин, — мать Лары тут ни при чем.

— Но колесо… — не хотела я отказаться от столь привлекательной версии.

— В тот день, когда «Лаура» пришла нанимать тебя, Мэри была в Новоклимовске, ее там видела прорва народа.

— Колесо!

— Да что колесо-то?

— Как она ухитрилась его проколоть в Москве в воскресенье и одновременно быть в Новоклимовске? А?

— Эх, Лампудель, — тяжело вздохнул Вовка. — Очень уж непрофессионально это — упираться в одну версию и не видеть других. Самые таинственные ситуации имеют простые объяснения. На гвоздь Мэри наехала в три часа ночи по дороге в аэропорт. Чуть на самолет не опоздала, очень нервничала, а в полдень уже была на переговорах в Новоклимовске. Никаких чудес, сплошной научно-технический прогресс, в семь взлетела, в одиннадцать приземлилась, и вперед, переводить переговоры.

— Но кто тогда приходил ко мне? Зачем?

— Слушай дальше, сейчас поймешь, — пообещал Вовка.

Обозленной Лизавете в голову пришел идиотский план. Она берет у Лампы рабочее удостоверение, бордовую книжечку с золотым гербом, надевает Катино пальто с норковым воротником, закалывает волосы в пучок, сильно красит лицо и является вместе с Ларой к Анне Валерьевне. «Назовусь детективом Евлампией Романовой, — вдохновенно вещала дурочка, — мы напугаем тетку до жути, потребуем у нее противоядие, а если она станет сопротивляться, пригрожу ее арестовать…»