Чтение онлайн

— Нет, я же не дурачок.

— Не дурачок, — киваю и возвращаюсь к старой теме. — Так вот, про друзей.

Представляешь, однажды моя подруга разбила соседский горшок с цветами,

который стоял на окне. А сама так быстро убежала, что я не успела за ней. И в

итоге все решили, будто это я горшок разбила. Меня тогда ремнем выпороли.

— У меня тоже похожее однажды было, — подхватывает Дюк. Судя по лицу, факт с ремнем попал в цель, и теперь он снова расслабился. — Как-то Ив заходил к нам в гости и случайно разбил миску. Но побоялся признаться сразу, а просто спрятал осколки под стол.

— А дальше что было? — уточняю с интересом, радуясь, что контакт более-менее налажен.

— Пришла мать, нашла осколки и отругала меня сильнее, чем обычно. За вранье, вот. А я даже знать не знал о той миске, — жалуется Дюк. — Потом я нашел Ива, и тот во всем сознался. Мама, конечно, извинилась, но все равно...

— Обидно было, да?

— Жуть как. Если бы это я сделал, то еще нормально. А так наказали за то, о чем даже не знал...

— Вот и мне обидно, — вздыхаю.

— Из-за горшка?

— Нет, — отрицательно качаю головой. — Из-за другого.

— Тогда из-за чего? — Дюку явно становится любопытно.

— Ну, выходит, что жители считают, будто я создаю каких-то тварей, от которых вас защищает староста. А я знать не знаю, что это за твари. Я ведь совсем недавно пришла в замок, — развожу руками, но снова меняю тему. — Можешь сходить проверить, как там идет ремонт лестницы? Все-таки ты мужчина и больше в этом понимать должен. Заодно можешь еще раз осмотреть замок, если хочешь. А я пока закончу с готовкой.

Дюк кивает, а я и впрямь занимаюсь обедом. Мальчишке нужно время обдумать мои

слова и принять решение.

Спустя минут двадцать он возвращается на кухню и осторожно спрашивает:

— Госпожа феникс?

— Да? — оборачиваюсь и ободрительно улыбаюсь.

— А вы правда... ну, не знаете о тварях?

— Правда, — подтверждаю, стараясь скрыть радость. — Если бы знала, то помогла бы разобраться. Сам подумай. Вы меня кормите, лестницу мне чините. Зачем мне на вас кого-то насылать?

— И то верно, — чешет затылок Дюк. — А если я вам поподробнее расскажу, то вы не разозлитесь? Вдруг это просто ошибка, а из-за моих слов вы старосту накажете, или других жителей?

— Я наказываю только преступников, Дюк. Но в деревне живут хорошие люди и наверняка это все какое-то недопонимание, — успокаиваю его. — Так что расскажи мне обо всем, а потом я попробую вам помочь.

Сперва Дюк продолжает мяться и осторожно подбирает слова, словно опасается меня обидеть или задеть. Но затем увлекается, начиная говорить уверенней.

Я его не перебиваю, стараясь всем своим видом продемонстрировать интерес и благодушие. Чтобы, не дай бог не спугнуть откровения мальчишки хмурым

выражением лица. Хотя хмуриться есть от чего, равно как и есть над чем подумать.

Из-за замкнутости деревни здесь сложилось свое подобие мифологии. И последние сто лет эти легенды передавали из уст в уста. Правда, это Дюк сказал уже позже, а сначала долго нахваливал свою деревню. Мол, в остальном мире страшно, потому что там царят хаос и беззаконие. А здесь мир и покой благодаря старосте.

Нет, в чем-то он был прав. Ту же Лану из большого мира пытались сжить со свету собственные родственники. Но с другой стороны, такие слова попахивали явной пропагандой.

Впрочем, это еще было объяснимо. Если мир замкнут, то незачем тратить ресурсы на попытки из него выбраться. Куда логичнее убедить всех, что это самое лучшее место. Примерно так убеждал себя мой знакомый Прошкин, просидевший пятнадцать лет в одной должности.

А вот после перерыва на обед Дюк подходит к уже более интересной теме. К фениксам.

Согласно местным поверьям, фениксы давным-давно жили в этом замке, и были злыми и жестокими. Ну, это я уже и без того поняла, по отношению жителей деревни. Они практиковали злую магию, а для своих ритуалов просили приносить в жертву девиц и детей. И поделать с ними никто ничего не мог, потому что они были слишком сильны, и все их боялись. Поэтому от них просто пытались откупиться.

М-да уж. После этих слов Дюка я сразу вспоминаю день, когда впервые спустилась в деревню. Вот теперь все точно встало на свои места. Впрочем, дальше оказывается еще интересней.

Согласно легендам, фениксы ушли не навсегда, а собирались вернуться. И чтобы местные никуда не разбежались, закрыли деревушку от остального мира. А чтобы не забывали свое место — наслали проклятие и монстров.

Монстры эти летали по ночам и кошмарили жителей, но староста нашел способ избавиться от них и всех защитить. Правда, после этого усилилась магическая гроза, но внутри помещений она была безопасна, да и староста раздал всем защитные амулеты.

Слова Дюка идут вразрез со словами моего горгулия. И чуется мне, что врет здесь вовсе не трусишка-Чарли. И не мальчишка, конечно. Он лишь повторяет

рассказанное другим. Значит, староста все-таки не так прост. Может, именно он и расколотил других горгулий? Но зачем? Просто лишь для того, чтобы остальные его слушали?

— Поэтому все так испугались, когда вы вернулись в деревню, — заканчивает Дюк. — И боятся до сих пор.

— А сам ты что думаешь? — осторожно спрашиваю я.

— Ну... — мальчишка мнется. — В жертву вы пока никого, кроме куриц, не требовали. И младенцев на обед не едите. И монстра своего наружу не выпускаете, хотя, говорят, он у вас есть. Кажется, вы не такая, как прошлые фениксы. Так может и от грозы нас избавите? Тогда остальные были бы вам благодарны...

Хм. Монстр это, выходит, Чарли.

— Тут дело в том, что я не насылала грозу. А значит, пока и избавиться от нее не могу, — вздыхаю. — Но спасибо, что все мне рассказал. А то я даже не понимала, почему от меня все шарахаются. Я ведь никому из вас ничего плохого не делала и делать не собиралась. Наоборот, теперь все зная, попробую помочь.

Признаться честно, после такого рассказа мне хочется пойти и надавать старосте по башке. Он ведь явно всем врал. Но из-за Дюка я воздерживаюсь от столь опрометчивого поступка. Мальчишка только-только начинает доверять мне. Нельзя все испортить.