Фиктивный муж для попаданки
Шрифт:
– Хах! А вот и вторая хорошая новость, прекрасная леди Кейн. Ваш… э… бывший муж Николас Кейн мертв.
Она просто обомлела. Позвала мысленно: «Ник! Ты меня слышишь?! Не смей умирать, Ник!» - но губы проговорили:
– Как это, мертв?
– А вот так, милая леди. Такое иногда случается в жизни, - он явно веселился.
– Мертв. Или в ближайшие несколько часов будет мертв. Какая для нас разница, верно? Вы ведь все равно станете вдовой.
– Нет, - сказала она жестко.
– Что. Нет?
– Нужны доказательства, мессир Вельтон. Иначе наш с вами брак будет признан недействительным.
– Что?
– перекосился он.
– Хотите видеть труп?
«Ник!» - сказала она мысленно, а вслух проговорила, нейтрально улыбнувшись мужчине:
– Нет, мессир. Труп здесь не подойдет. Сами понимаете, какие чудеса может творить магия иллюзий. А потом - раз, и во время венчания явится Николас и скажет, что наш брак не может состояться.
– Какое же доказательство вы хотите?
– процедил Вельтон (или как там его на самом деле).
Кажется, ему хотелось ее удавить, во всяком случае ноздри раздулись, а пальцы странно скрючились. И это было хорошо, потому что он перестал плотоядно смотреть на ее грудь, а сосредоточился на деле.
– Стандартное, - проговорила Анжелика.
– Свидетельство о смерти на гербовой бумаге, заверенное магической печатью и личной подписью его величества.
– Хмм, - хмыкнул Вельтон, скрестив на груди руки, - Ну, все это ты можешь получить, когда я стану императором. А пока…
Он смерил ее взглядом.
– Ничто не помешает нам предаться любви до того, как будут улажены все формальности.
И потянулся к ней с недвусмысленным намерением.
– Что?!
– стукнула его по рукам Лика, отскакивая в сторону. А мысленно просто заорала: «Ник!!!»
– Ну что же ты такая пугливая… - он все-таки поймал ее.
– Знаешь, как заводит сопротивление? Зна-а-аешь. Ты это специально делаешь, м…
И вдруг пространство повело, а стены загудели и затряслись.
Он резко отпрыгнул, оглядываясь как дикий зверь, а потом схватил ее за руку.
– Извини, дорогая, секс придется отложить! Мы отсюда уходим.
Дальше ее опять накрыло темнотой.
И она не увидела, как в комнату ввалился наполовину трансформированный дракон.
***
Вообще-то драконьи тюрьмы ушли в далекое прошлое, никто сейчас не использовал подобные темницы, потому что драконы попросту давно уже не обращались огнедышащими ящерами. Во-первых, согласитесь: вид у огромной рептилии, украшенной рогами, наростами и еще черт-те чем, может быть довольно отталкивающий, а во-вторых, появляться голым на публике считалось не комильфо.
Николас честно не мог понять, кто ввел эту моду. И как можно исключить из этого уравнения крылья? Кто в здравом уме мог отказаться от полетов? Почему это могло считаться уродливым?
Ведь он видел старинные гравюры, на которых были изображены драконы, парящие в небе, и это было прекрасно. Но дело в том, что все эти изображения были строго засекречены и убраны в хранилище. А механизм обращения, то есть процесс, как именно человек мог обращаться в дракона, был утерян. Вообще была у него одна идея на эту тему. И он даже тайно проводил некоторые эксперименты.
Но в данный момент его интересовало совсем другое: конкретнее - как прошибить эту чертову стену. А дядя Максимилиан еще капал на нервы.
– Мы в ловушке. Ник, ты видишь эти крючья, эти прочные цепи…
В конце концов Николас не выдержал, ткнул пальцем в противоположную стену.
– Не такие уж они и прочные! Кто-то же разорвал их?! Побольше оптимизма, дядя. Не мешай, если сказать нечего. Вон, займитесь Леннаром, ваше величество. И ни звука больше!
Потому что все это время ему казалось, что он слышит Анжелику. Она звала его, и в ее голосе было слишком много страха. Он даже явственно различил обрывки фраз:
«…меня тут пристраивают замуж, а мы с тобой даже еще не развелись»
Что?!
«Ник!!!»
Он зарычал. Огонь, кипевший в крови, вырвался наружу вместе с диким потоком энергии, а его всего повело. Кажется, отросли огромные когти, он весь покрылся чешуей. Но собственный внешний вид уже не имел значения.
Потому что в следующее мгновение стену, ту самую, на которой крепились драконоупорные крюки и цепи, просто снесло.
Николас, не помня себя, вылетел в соседнее помещение и застыл, втягивая ноздрями воздух. Все было другим - восприятие, зрение, слух. Он уловил запах ее, Анжелики. И глухо зарычал, задрав голову, а после обреченно сказал:
– Она была здесь. Моя жена только что была здесь.
Потом обернулся. Дядя вытаращил глаза, а за его спиной торчал наконец-то очнувшийся Леннар. Похоже, оба были в шоке.
– В чем дело?
– спросил Ник.
– Что вы на меня так смотрите?
– Кхмм, - император повел шеей.
– Ты себя в зеркале видел?
– А что со мной не так?
– Да нет, ничего, - дядя тактично отвел взгляд и проговорил: - А кстати, что это за место?
Потому что оно похоже было на любовное гнездышко, цинично устроенное прямо через стену с древней тюрьмой.
Только сейчас гнездышко было пустое. Голубки улетели.
Ник готов был крушить все. Если бы он успел раньше! Наконец повернулся к Леннару.
– А ты как туда попал?
– мотнул головой.
– И кто тебя так отделал?
Тот как-то странно покосился на императора и промямлил:
– Ну… э…
– Говори, не бойся, - велел Максимилиан.
Леннар шевельнул бровями и потер солидную шишку на лбу:
– Вообще-то это вы меня и приложили заклинанием по голове, ваше величество.
– Я? Когда? Не может этого быть.
– Вчера. Я как раз проходил мимо дома Ника, а вы что-то делали у особняка герцога Кейна. Мне показалось странным, что император пытается тайно проникнуть в дом, я и подошел. Хотел спросить. И вот.
Повисла звенящая пауза, наконец Ник повернулся к дяде:
– Так это все-таки был ты?!
– Ник!
– отодвинулся тот.
– Поверь! Я тут ни при чем! Ну, подумай сам, зачем мне было пытаться тайно проникнуть в твой дом, когда я мог войти просто по праву крови?