Чтение онлайн

Итак, Достоевский задумал конструкцию музыкальную. Александр Суконик её понимает как ироническую. Не обсуждая по существу его собственную конструкцию, сооружённую в статье, отметим лишь, что для этой конструкции надо было пренебрежительно отнестись к «чисто литературной» части диптиха – «По поводу мокрого снега». Надо увидеть её как жалкую сентиментальную историю по контрасту с крупными мыслями философской части, «Подполья». Пренебречь музыкальной связью и «переходом» частей. Надо называть героиню повести «проституткой» (что верно по факту), но не Лизой, чтобы стереть человеческую историю и «катастрофу» и свести их к мелодраматическому шаблону. Да, Достоевский ставит к этой истории эпиграф «из поэзии Н.А.Некрасова» и обрывает цитату своим «и т. д., и т. д., и т. д.» Да, он этот «моралистский» сюжет «выворачивает», но как он это делает? Своим обращением с эпиграфом из Некрасова и всем дальнейшим «чисто литературным» повествованием он отменяет, «снимает», уничтожает самый этот сюжет, он ставит два человеческих существа в ситуацию, очищенную от атрибутов «экзальтированного» сюжета, сводит два существа на экзистенциальную очную ставку. «Мы два существа и сошлись в беспредельности… в последний раз в мире. Оставьте ваш тон и возьмите человеческий!» Так скажет Шатов Ставрогину, пробу же этой ситуации уже представила (как бы под маской знакомого сюжета) встреча двух существ в подпольных записках, и именно во второй их части. Лиза – не «проститутка»– кто она, «кающаяся блудница», по сукониковской версии? Не то, до того далеко не то… Она – экзистенциальная героиня экзистенциальных «Записок». «Пришло мне тоже в взбудораженную мою голову, что роли ведь теперь окончательно переменились, что героиня теперь она…» Пусть читатель вспомнит вторую их встречу – собственно катастрофу. Она пришла его любить и, оскорблённая и раздавленная им, мимо этого, мимо всего противного в нём, приняла его как несчастного человека, но он такого утверждения любовью, в обход его самоутверждения, принять не смог. Вот катастрофа, и странно читать про «не такой уж значительный рассказ в духе раннего Достоевского». По мне, потрясение этой сцены равно интеллектуальному потрясению от сильных мыслей о хрустальном дворце и стене, и два эти потрясения соотносятся «музыкально».

«Переход в музыке», о котором автор писал в письме, озвучен и в тексте в финале первой части на переходе к части второй: припомнилось мучительное воспоминание, «как досадный музыкальный мотив, который не хочет отвязаться». Двухчастная симфония (как «Неоконченная» Шуберта – ведь и «Записки» автор хотел ещё продолжать, но решил, что «можно и остановиться»), с программной первой частью и медленной, медитативной второй. Дилетантская, конечно, с нашей стороны аналогия, да и сам Достоевский был в музыке дилетант, но она ему оказалась нужна, когда понадобилось объяснить положительное единство разорванного, кажется, и оборванного произведения, изображающего «несчастное» и «разорванное» сознание, в терминах Гегеля. И Достоевский ввёл в объяснение и в самый текст «музыкальный момент». Тургеневу, в ходе работы над «Записками», он писал по поводу тургеневских «Призраков» (появившихся в журнале братьев Достоевских в одном номере с «Подпольем»): «А кстати: как смотрите Вы на музыку? Как на наслаждение или как на необходимость положительную? По—моему, это тот же язык, но высказывающий то, что сознание ещё не одолело (не рассудочность, а всё сознание)…». «Не рассудочность, а всё сознание» – ведь это прямо тема «Записок», – и, значит, музыкальная метафора Достоевского имеет прямое к ней отношение; что—то, значит, она «высказывает» невысказанное в их тексте, и указывает на нечто в замысле этого текста высшее, что «сознание не одолело» и здесь.

2006

«Заклинатель и властелин многообразных стихий» // Новый мир. 1999. № 6.

«Форма плана» // Вопросы литературы. 1967. № 12.

«Всё же мне вас жаль немножко…» Заметки на полях двух стихотворений Пушкина // Пушкин в XXI веке: Сб. статей к 80–летию проф. Ю. Н. Чумакова. Новосибирск, 2003.

О смысле «Гробовщика» // Контекст–1973. М.: Наука, 1974.

Бездна пространства // А. С. Пушкин. Повести Белкина. М.: ИМЛИ РАН; Наследие, 1999.

Случай или сказка? // Пушкин в XXI веке: Сб. в честь B. С. Непомнящего. М.: Русский мир, 2006.

«Красавица мира». Женская красота у Гоголя // Гоголь как явление мировой литературы. М.: ИМЛИ РАН, 2003.

Вокруг «Носа» // Вопросы литературы. 1993. № 2.

Холод, стыд и свобода. История литературы sub specie Священной истории // Библия в культуре и искусстве. Випперовские чтения 1995. Вып. XXIII. М., 1996.

«О бессмысленная вечность!» От «Недоноска» к «Идиоту» // Парадоксы русской литературы. СПб.: ИНАПРЕСС, 2001.

Пустынный сеятель и великий инквизитор // «Братья Карамазовы»: современное состояние изучения. М.: Наука, 2007.

Заметки к теме «Леонтьев и Фет» // С. Г. Бочаров. Сюжеты русской литературы, М.: Языки русской культуры, 1999. С. 322–336 (текст доработан).

Чехов и философия // Вестник истории, литературы, искусства. Т. III. M., 2006.

Петербургский пейзаж: камень, вода, человек // Новый мир. 2003. № 10.

Петербургское безумие // Пушкинский сборник. М.: Три квадрата, 2005.

«Европейская ночь» как русская метафора: Ходасевич, Муратов, Вейдле // Диалог культур – культура диалога: Сб. статей к 70–летию Н. С. Павловой. М.: РГГУ, 2002.

«На Аптекарский остров…». По поводу «Первой книги автора» Андрея Битова // С. Г. Бочаров. Сюжеты русской литературы.

«Карамзин» Петрушевской // С. Г. Бочаров. Сюжеты русской литературы.

Бахтин—филолог: книга о Достоевском // Вопросы литературы. 2006. № 2.

Вспоминая Лидию Яковлевну // Новое литературное обозрение. № 49. 2001.

Идея обратного перевода // С. Г. Бочаров. Сюжеты русской литературы.

Космос В. Н. Топорова // Филологические записки. № 24. Воронеж, 2006 (текст расширен и доработан).

Генетическая память литературы. Феномен «литературного припоминания» // Написано для сборника к 75–летию В. Е. Хали—зева. МГУ, 2007.

Печатаются впервые:

«Тютчев: Россия, Европа и Революция», «„Мировые ритмы“ и наше пушкиноведение» (обе статьи имели завязкой рецензии в: Новый мир. 2004. № 5; 2000. № 12); «Об одном стихотворении Ходасевича»; «„А мы, Леонтьева и Тютчева…“; Об одном стихотворении Георгия Иванова»; «Синяя птица Александра Чудакова»; «Архитектурное в книге Пруста» (сокращено и переработано на основе статьи: О «конструкции» книги Пруста // Сюжеты русской литературы).

Сведения о публикациях текстов в разделе «Отклики» сообщаются в примечаниях к каждому тексту.

Аввакум Петрович, протопоп 613, 617

Августин Блаженный 205, 214– 215

Аверинцев С. С. 12–13, 16, 154–156, 192, 209, 250–251, 257, 270, 277, 281, 426, 466, 503, 538, 559–560, 627–628, 630

Аверченко А. Т. 591

Авраам 115, 536

Авраамий Смоленский, преп. 282

Адам 204, 212, 394

Адамович Г. В. 397, 421

Айрапетян Вардан 217, 246

Айхенвальд Ю. И. 148, 150, 404

Акакий Синайский 542

Аксаков И. С. 293, 296, 303, 310–311, 386

Аксаков К. С. 222

Аксаков С. Т. 181

Алданов М. А. 398

Александр Македонский 201, 423

Александр I 348

Александр II 601

Александров А. А. 315, 321–322

Алешковский Юз 596–599, 615

Алпатов М. В. 48

Альми И. Л. 264–265, 291–292

Альтман М. С. 204

Амвросий Оптинский, св. 322, 606

Амфитеатров А. В. 339

Андреев Даниил 536

Андрей Критский, св. 209, 218, 351

Анненков П. В. 223, 226, 229, 569

Анненков Ю. П. 548

Анненский И. Ф. 140, 158, 161, 175–176, 186, 334–335, 337, 342–343, 349, 370, 409, 416, 533, 635

Антоний Храповицкий, митр. 17–18, 20

Анфиногенов Артём 623

Анциферов Н. П. 350–352, 358—

359, 367 Аполлон 16, 19–20, 306

Апресян Ю. Д. 364

Апт С. К. 246

Ардов М. 220

Арендт Ханна 260

Арьев А. Ю. 417, 426, 429

Ауэрбах Эрих 496, 502–503,

Афина 364

Афродита (Венера) 20, 154, 156, 225

Ахамот 276—277

Ахматова А. А. 74, 96, 143, 220, 351, 360, 362, 370, 372, 399, 416, 481–482, 484, 517, 523, 527, 534, 536, 616

Баадер А. 601

Баадер Ф. 153

Байрон Дж. 21, 39–40, 42, 118

Бак Д. П. 528

Бакунин М. А. 56

Балашов Н. В., прот. 606, 611

Бальзак 378, 379, 383

Бальмонт К. Д. 383

Барт Ролан 447, 549