Чтение онлайн

Соколова: Ага. Некоторые даже называют неприятной красавицей.

Собчак: А мне вообще пришлось стать кумиром миллионов. И все равно той девочке мало. Я, знаешь, это все к чему? У нас есть шанс позвать сюда красавца и обо всем узнать из первых рук. Василий Степанов – звезда «Обитаемого острова».

Соколова: Да, мне о нем говорили. В смысле фильм говно, но мальчик – прелесть.

Собчак: Это все твои так называемые друзья-псевдоинтеллектуалы. Ну что, зовем Василия?

Соколова: Давай. Попробуем разговорить эту красоту.

Те же и Василий Степанов.

Собчак: Василий, перед интервью нам говорили, что вы – человек стеснительный, неуверенный в себе. Но я вижу, что это не так. Вы держите прямой взгляд. Это редкое мужское качество.

Степанов: Мне сказать что-то надо?..

Соколова: Совершенно необязательно. Мы можем просто говорить друг с другом.

Собчак: Нет, так неинтересно. Вам все же придется с нами разговаривать! Вы для нас бесценный источник информации. Мы, как две не сильно красивые девушки, решили узнать наконец всю правду о том, как чувствует себя в жизни космически красивый человек.

Соколова: То есть вы.

Степанов: Космически красивым меня все-таки сделали.

Собчак: Родители?

Степанов: Нет, я имею в виду грим, образ в фильме.

Собчак: Не врите. У нас есть глаза, и этими глазами мы видим, что вы очень красивы.

Степанов: Кто, я?!

Соколова: Слушайте, вы как советская женщина, которой делают комплимент, а она говорит: фигня, я просто голову помыла.

Собчак: Вы стесняетесь, что ли?

Степанов: Чего?

Собчак: Своей красоты.

Степанов: Как вам сказать? Я не считаю себя красивым мужиком, если вы об этом.

Собчак: Вся страна считает, Федор Бондарчук считает, а вы не считаете...

Степанов: Это нормально. Должно быть у меня хотя бы одно достоинство. Я, например, интеллектуальными способностями не отличаюсь.

Собчак: Меня подкупает, что вы так честно о себе рассуждаете. Мне Федя Бондарчук рассказывал, как он вас нашел: увидел в социальной рекламе, где вы играли молодого солдата. Ваша красота в одночасье сделала вас из обыкновенного молодого человека суперзвездой. Мне вот что интересно – как вы относитесь к тому факту, что вас выбрали не за талант, не за ум или какие-то другие высокие человеческие качества, а исключительно за внешность. Вам не обидно?

Степанов: Да ничего не обидно! Вначале я комплексовал, а сейчас думаю – по хрену. Что хотят, то пусть и говорят, что хотят, то пусть и воротят. Пишут – не пишут. Я даже за этим не слежу, потому что не собираюсь разменивать себя на оценки чьи-то...

Собчак: Вася, спокойно, мы на вас не нападаем. Вы нам очень нравитесь, правда.

Степанов: Нет, я просто объясняю. Я не знаю, что дальше будет. Я учусь пока.

Соколова: А мне кажется, наши вопросы про внешность вас очень раздражают. Почему?

Степанов: Да нет! Я еще раз говорю – хорошо, что у меня хотя бы это есть. Потому что у меня нет интеллектуальных способностей...

Соколова: Да кто вам это сказал, черт подери? Просто так человеку принижать себя не свойственно. Мы в этой колонке обычно отталкиваемся с прямо противоположным эффектом.

Степанов: Никто меня не убеждал! Я и сам все знаю. Например, если бы я поступал в какой-то другой институт, не театральный – технический, физический, я бы не поступил, потому что у меня нет способностей. Я могу мордой что-то изобразить, и слава богу.

Собчак: Такое самоуничижение – все же большая редкость. Особенно для мужчины. Мне кажется, кто-то вам все же эти комплексы внушил.

Степанов: Я сам знаю! Я в школе плохо учился, у меня были проблемы. Чего себя тешить? Я могу физическую работу делать. В театре могу...

Собчак: Мне кажется, вы просто боитесь, что вам хотят навязать роль тупого красавчика. И честно говоря, так и происходит.

Степанов: Да! Все эти интервью, которые у меня берут, это же идиотизм! Вопросы однотипные, одни и те же, провокации тупые. Я сначала сдерживался, но внутри все это копится и, если честно, раздражает дико.

Соколова: А какие вопросы вам обычно задают?

Степанов: «Как вы попали в кино? Чем до этого занимались? Есть у вас девушка?» Я старалcя по-максимуму честно отвечать, но постепенно понял, что это очень много энергии забирает. А обратного потока нет.

Собчак: Мы поэтому и решили, что не будем спрашивать про фильм «Обитаемый остров», и хотим поговорить именно о вас. Вы действительно идеальный пример мужчины, которому внешность обеспечила невероятный карьерный взлет. Я бы на вашем месте с ума сходила от счастья...

Степанов: Да не схожу я с ума!

Соколова: А когда вы поняли, что красивы? Вам в детстве говорили «Ой, какой хорошенький мальчик!»?

Степанов: Говорили, конечно, но я старался особо не пользоваться этим, пытался другие качества в себе развить. Мне, если честно, вообще неприятно, когда моя внешность обсуждается.

Собчак: Неприятно, когда говорят, что ты красивый мужчина?

Степанов: Что такого, что я красивый? На меня теперь смотреть, что ли, надо? Я икона какая-то? Мне просто неприятно, что меня не позиционируют как человека. Вот! Нет, я все прекрасно понимаю. Но мне тяжело.

Соколова: У меня создается ощущение, что вы просто очень искренний человек. И эмоциональный. И может быть, все это чересчур.

Собчак: И это очень круто! Людей настоящих очень мало. Мы уже несколько лет берем интервью у самых разных людей, известных и выдающихся. И обычно человек демонстрирует нам образ очень профессионально. Заранее подготовлены ответы на все вопросы. И человека очень тяжело спровоцировать на что-то искреннее и настоящее. Что-то такое достать из него. А в вас очень много искренних ноток. Вы их, по-моему, сами в себе боитесь.

Степанов: Нет, я не боюсь. Просто я от них страдаю. Люди разные попадаются. Хотят выудить что-то, узнать, какой я.

Соколова: А какой вы?

Степанов: Простой, люблю с людьми общаться. Но внутри я закрытый. Самокопанием увлекаюсь.

Собчак: То есть вы – не душа компании?

Степанов: Нет. Но я могу это сыграть, если надо.

Собчак: Вот слушаю я Василия и думаю, как все-таки несправедлив мир! Человек никогда недоволен тем, что имеет. Вот Василий красив как Бог и сетует на свою внешность, за которой не видно человека. А я бы в детстве и юности что угодно отдала за эту внешность! Для того чтобы меня разглядели как человека за страшненьким ребенком со стрижкой под горшок, мне приходилось столько энергии тратить – рассказывать мальчикам анекдоты, фокусы показывать, доказывать, что со мной веселее, чем с этими – с бантами и идеальными лицами.