Чтение онлайн

простой народ, в результате чего лишь увеличивается его святость. Интересно, как иначе этот перевод мог получиться из следующих строк:

В любви был последователем Фархада,

Слетало с уст его пламя жалобных вздохов.

Посеял в горах семена древа вздохов,

Неспособен оказался он на борьбу с Хосровом.

Больше я не буду об этом писать, полагаясь на сообразительность читателя. Но в конечном счете мое мнение о Хафизе

таково: его поэзия способствовала в определенной мере упадку

мусульманской общины. Об этом я, возможно, напишу, как уже

говорил.

Если Хаджи, только потому что в имени его есть титул «Хаджа» либо из-за привязанности его к хулулистскому толку

Мансура ал-Халладжа 15 (что естественно, поскольку он придерживается вахдат ал-вуджуд), вдруг начнет восклицать «Лна-л-

Хафиз» («Я есмь Хафиз») или припишет себе мои стихи, пусть

останется это на его совести.

И в другом месте Хаджи-сахиб лишь демонстрирует свое непонимание, говоря: «Я считаю абсолютно ошибочным положение

Предисловия, в котором ж.ителей Востока и мусульман призывают следовать европейской философии и отказываться от своих

исконных взглядов; я категорически против подобных ошибочных призывов». В другом месте он пишет: «Распевая касыды в

честь европейских, особенно английских и немецких, философов, он (Икбал.— Н. П.) предписывает народам Востока, прежде всего мусульманам, пересмотреть свои древние традиции и

осветить души и сердца светочем европейского образования».

Эти строки указывают на ту часть Предисловия, где написано

следующее: «Поистине труды английских ученых занимают особое место в научной литературе и достойны того, чтобы народы

Востока могли их использовать, обогатив ум и сердце, и затем

пересмотрели свои традиционные философские концепции». Читатель сам может сделать вывод из этой цитаты и решить, есть

ли тут призыв к мусульманам изменять религиозным убеждениям. Призывая пересмотреть философские концепции, я имел в

виду философию неоплатонизма, распространенную среди мусульман, угнетающе действующую на их сердца и причиняющую большой вред их морали и этике. Философия английских

187

ученых отличается деловым, активным характером, а активность— это как раз то, за что ратует ислам. Так что же плохого произойдет, если мусульмане, да и другие жители Востока, чья философия основана на созерцательности и самоуглублении, пересмотрят свои традиционные концепции в свете английской философии? Л пересмотр философских традиций необхо-*

дим для выработки правильных суждений.

Новая европейская философия доказывает, что, чем скорее

человек отрешится от умозрений и спекуляций, от вздора суеверий, тем скорее он приблизится к божественной Сути, на которой зиждется ислам. Я убежден, что история европейской мысли

дает убедительное подтверждение истинности ислама. Сказано

же мусульманам: если наука в Китае — используй ее! Следовательно, если можно извлечь какую-то пользу и что-то дельное из

западной литературы, то отказываться от этого — большой грех.

Создатели вахдат ал-вуджуд собрали в своих сочинениях всевозможные идеи народов-политеистов, И все, что не украшает

вахдат ал-вуджуд, служит укором и мусульманам. Хаджи-сахиб, наверно, предпочел бы при критическом разборе маснави этого

не заметить, по, к счастью, совесть не позволила ему поступить

так.

1

По-видимому, Икбал имеет в виду до-мирные, или прееуществуюшие, души Платона («Федон»)—концепцию, из которой, но его мнению, Ибн Ари-

би выводит свою концепцию постоянных сущностей (а’йан ас-сабита). До-мирные души Платона основывались на теории идей; последние приписывались

душам как нечто предметное, полученное в мире духовном и возбуждаемое

через припоминание (Платон. Федон.— Сочинения Платона, переведенные с

греческого и объясненные профессором Карповым. Ч. 2. СПб., 1863, с. 80, примеч.).

2

Тана я зу лат сита — букв, «шестиступенное, или шестеричное, нисхождение». Создается впечатление, что Икбал излагает эту концепцию, равно

как и кидам арвах, либо по Джами, либо по Абд ал-Кариму Джили, на которого ссылается, поскольку у Ибн Араби данные термины не встречаются.

Эти разъяснения получены мной от японского ориенталиста Масатаки Такеши-

ты на конгрессе востоковедов в Токио в 1983 г. Характерно также, что Нкбал

никогда йотом не употреблял эти термины. Шесть ступеней «манифестации

божественной определенности» (вернее, пять) разворачиваются от нулевого -

шестого уровня, так сказать, не идущего в счет. За уровнем онтологического

единства (ахадийя) следуют первый — уникальности, или имени Аллаха (ва-

хидийа), второй — мир душ (алам ал-арвах), третий — мир образов (алам

ал-мисал), четвертый — мир тел (алам ал-аджеам) и пятый — мир Совершенного человека (ал-инсан ал-камил).

3

Здесь Икбал под эманационную теорию, обычно связываемую с именем

Плотина, подводит не принятые в мусульманской метафизике формы деградации (постепенного нисхождения) божественной сущности, а теорию шестеричного нисхождения.

4

Три этапа самосовершенствования души соответствует трем уровням постижения в суфизме: «гневная», или животная, душа (нафс ал-аммара), соответствует уровню шариата; душа, избавляющаяся от недостатков (нафс ал-

лаввама)—уровню тариката; душа, обретшая равновесие, или душа умиротворенная (нафс ал-мутма’инна),— уровню хикиката

6

Статья в той же серии «Знание „внутреннего” и „внешнего”» («Илм-е

батин ва захир»). Позиция Икбала по этому вопросу разъяснена также в

настоящей статье. Противопоставляя привязывание обрыванию, опьянение

188

трезвости, Икбал считает левый член оппозиции суфийским понятием, а

правый — истинно мусульманским именно в том динамическом понимании ислама, которого он придерживается. Однако все данные понятия, включая и

входящие в их семантическое поле термины «разлука» и «отрезвление», значимы и терминологичны в суфийских концепциях. Икбал придает им особут»