Чтение онлайн

ДИАНА. Сколько народу в аптеке, целая толпа!.. (Грубо, принимая тон хозяйки.) Розалия, приготовьте мне ванну. (Заметив розы на столе.) О, красные розы!.. Спасибо, Доменико. Какой нежный запах; даже слегка захотелось есть. (Взяв со стола коробку с ампулами.) Купила камфору и адреналин. Кислорода нет.

Доменико словно поражен молнией. Филумена стоит, не моргнув глазом, ждет. Розалия и Альфредо с трудом сдерживают улыбку.

(Садится к столу лицом к публике и зажигает сигарету.) Я думала, если... мой бог, я не хотела бы произнести это слово, но... если она умрет сегодня ночью, я уеду завтра рано утром. Можно уехать с приятельницей: у нее своя машина. В этом доме скучнее, чем где бы то ни было. А в Болонье есть чем заняться: столько накопилось дел. Вернусь через десять дней и зайду навестить вас, Доменико. (Намекая на Филумену.) Ну... а как она? Все еще в агонии? Священник пришел?

ФИЛУМЕНА (овладев собой, с наигранной любезностью, медленно подходит к Диане). Священник пришел...

Застигнутая врасплох, Диана встает и пятится назад.

И сразу же увидел, что агония у меня продолжается. (Хищно.) Снимите хламиду!

ДИАНА (не поняв). Как?

ФИЛУМЕНА. Хламиду снимите.

РОЗАЛИЯ (замечает, что Диана и на этот раз не поняла, и, чтобы предотвратить скандал, советует ей осторожно). Снимите это. (Двумя пальцами трясет на себе кофту.)

Диана, наконец, понимает, что Филумена имеет в виду медицинский халат, и с инстинктивным страхом снимает его с себя.

ФИЛУМЕНА (которая следит за движениями Дианы, не спуская глаз с ее спины). Положи туда...

РОЗАЛИЯ (предвидя, что Диана не поймет). Повесьте на стул.

Диана кладет халат на стул.

ФИЛУМЕНА (снова принимает любезный тон; намекая на священника). Он видел, как я умирала, и посоветовал дону Доменико перед моей смертью узаконить нашу связь.

Диана хочет снова напустить на себя важность, но не знает, как это сделать; берет со стола розу, делает вид, будто нюхает се.

(Ледяным тоном.) Положи розу!

РОЗАЛИЯ (поспешно). Положите розу обратно.

Диана, словно выполняя приказ командира, кладет розу на стол.

ФИЛУМЕНА (снова становится вежливой). И дон Доменико согласился, что это справедливо: «Она заслужила это. Двадцать пять лет эта несчастная со мной...» И есть еще много причин, которые мы вовсе не обязаны объяснять вам. Он (продолжая подразумевать священника) подошел к кровати, и мы обвенчались... Два свидетеля и благословение святого отца. Есть, наверное, браки, которые полезны для здоровья... То-то я сразу почувствовала себя лучше. Я спрыгнула с постели, переселение на тот свет не состоялось. Разумеется, где нет больных, там не нужны медицинские сестры... и прочие мерзости... (Указательным пальцем вытянутой правой руки наносит Диане несколько точных размеренных ударов по подбородку).

Диана резко и вместе с тем непроизвольно кивает головой, словно говоря — «нет».

...и непристойности... (Снова ударяет Диану.) в присутствии умирающей женщины... Ты же знала, что я умираю... Убирайся-ка отсюда ко всем чертям!

Диана беспомощно улыбается, словно хочет сказать: «Я ее не знаю».

Чтоб твоей ноги здесь не было! Ищите себе другой дом.

ДИАНА (продолжая улыбаться, пятится назад к двери). Хорошо.

ФИЛУМЕНА. А если захотите хорошо пожить, отправляйтесь туда, где была я... (Намекает на дом терпимости.)

ДИАНА. Куда?

ФИЛУМЕНА. Спросите у дона Доменико. Он посещал эти дома раньше, посещает и теперь. Идите.

ДИАНА (поникшая под жгучим взглядом Филумены, внезапно приходит в возбуждение). Спасибо (Отправляется к правой двери.)

ФИЛУМЕНА. Не за что. (Возвращается на свое место в левом углу.)

ДИАНА. Спокойной ночи. (Уходит.)

ДОМЕНИКО (который до этого момента был погружен в странное раздумье, Филумене). Как ты с ней обошлась?

ФИЛУМЕНА. Так, как она заслужила. (Делает презрительный жест.)

ДОМЕНИКО. Слушай, что я скажу... Ты ведьма... С тобой надо держать ухо востро... Теперь я хорошо тебя узнал. Ты, как моль. Как ядовитая моль, которая там, где садится, все губит. Ты произнесла фразу, которая не выходит у меня из головы: «Мне надо от тебя другое... и ты сделаешь это!» Не деньги, нет. Ты знаешь, что получишь их... (Разъяренный.) Что ты еще хочешь от меня? Что у тебя еще на уме? О чем ты думаешь? Почему молчишь? Ну, скажи!

ФИЛУМЕНА (просто). Думми, знаешь эту песенку? (Напевает мотив неаполитанской песни.)

Я приручаю красивого щегла.

Его многому надо научить...

РОЗАЛИЯ (поднимает глаза к небу). О Мадонна!

ДОМЕНИКО (подозрительно оглядываясь, робко Филумене). Что это значит?

ФИЛУМЕНА (решительно). Щегол — ты!

ДОМЕНИКО. Филумена, говори яснее... Перестань смеяться надо мной! Не своди меня с ума... Меня трясет, как в лихорадке, Филуме...

ФИЛУМЕНА (серьезно). Дети есть дети!

ДОМЕНИКО. Что ты хочешь этим сказать?

ФИЛУМЕНА. Они еще узнают, кто их мать... Узнают, что она ради них сделала... Они полюбят меня! (Воспламенившись.) Им не стыдно будет стоять рядом с другими людьми. Они не будут чувствовать себя униженными, когда им придется пойти в муниципалитет за каким-нибудь документом. Они должны знать, что такое семья, дом... Они соберутся на семейный совет, мои дети, решать важные дела... Они будут носить мою фамилию!

ДОМЕНИКО. Твою фамилию? Какую?

ФИЛУМЕНА. Ту, что ношу я... Мы же супруги Сориано!

ДОМЕНИКО (взбудоражен). Наконец я тебя понял! Мне хотелось услышать, что ты скажешь... о чем заговорят твои нечестивые уста. Мне надо было лишний раз в этом убедиться! Я вышвырну тебя пинком за дверь, размозжу тебе голову, как ядовитой змее, которая не дает спокойно жить честным людям. (Имеет в виду план Филумены.) Что? Что? В моем доме? Мою фамилию? Этим сыновьям?..

ФИЛУМЕНА (угрожающе, чтобы помешать ему произнести еще слово). Что? Чьим?

ДОМЕНИКО. Твоим!.. Если меня спросят, чьи это дети, я отвечу — твои! Но, когда мне зададут вопрос: «От кого?», — я ответить не смогу! Я не знаю этого! И ты сама не знаешь! Ты надеялась исправить ошибку, успокоить свою совесть и спасти себя от греха. Хочешь привести в дом каких-то трех чужих парней. Пока я жив, ноги их не будет в этом доме! (Торжественно.) Клянусь душой моего отца...

ФИЛУМЕНА (неожиданно, в искреннем порыве прерывает его, словно желая предостеречь несчастье, которое может произойти от необдуманного кощунства). Не клянись! Вспомни меня! Двадцать пять лет тому назад я поклялась и теперь прошу у тебя милостыни... Не клянись, ты не сможешь сдержать своего слова... Умрешь проклятым, если сам не придешь когда-нибудь просить у меня милостыню.

ДОМЕНИКО (под впечатлением слов Филумены, словно потеряв рассудок). Что ты еще придумала?.. Колдунья! Но я не боюсь тебя! Ты не запугаешь меня!

ФИЛУМЕНА (вызывающе). А зачем ты это говоришь?

ДОМЕНИКО. Замолчи! (К Альфредо, снимая пижаму.) Подай пиджак!

Альфредо молча проходит в «кабинет».

(Филумене.) Завтра чтобы я тебя больше не видел! Я приведу адвоката и разоблачу тебя. Я попал в ловушку, но у меня есть свидетели... Если и закон не признает моей правоты, я убью тебя! Сотру с лица земли, Филуме!