Чтение онлайн

— Слышь. Я чего спросить зашла? Я у Кати в последние месяцы прибиралась в квартире, ну как домработница. Вот решила зайти насчет работенки спросить. Может, и тебе помощница нужна?

Тетка тяжело дышала и смотрела на меня величаво, вроде как она меня присматривала для работы по дому, а не наоборот. Я стряхнула с халата две шерстинки Стервы и, задрав повыше голову, спросила противным высоким голосом:

— Как вас зовут?

— Татьяна Степановна.

— Я не знаю, Татьяна Степановна, мне посоветоваться надо с родителями. Но скорее всего после операции вы мне очень понадобитесь. Мне скоро операцию на ноге сделают.

— Ладушки, девонька. Я тогда опосля позвоню, у меня и телефончик от Кати остался. И это… семь долларов в час она мне платила. Давай открывай энту дверь, больно сложная она. Значит, через сколько тебе звонить?

— Через неделю. Вы лучше мне свой телефон оставьте.

— Дык нету его у меня, в очереди шестой год стою. Ты не переживай, я к тебе загляну пораньше, мало ли что, а мне недалеко дойти. С Чеширом все равно в этой стороне гуляю.

Женщина смотрела на мои руки, как будто я прямо сейчас начну ей по семь долларов выдавать. Я открыла дверь, и она протиснулась в нее боком.

— Оченно мне нравится, что квартира у тебя на первом этаже. А то как электричество вырубят, так и мучайся на высокий этаж.

Я закрыла за нею дверь. Представление с домработницей окончилось. Что теперь делать? Ах да, можно отвлечься! Нужно готовить ужин. А Стерва просилась на улицу.

Я решила сегодня прогуляться к дальнему обменному пункту. В соседнем с домом меня уже встречали улыбками как старую знакомую. Пора менять нору. На всякий нехороший, тьфу-тьфу, случай.

Через час на кухонном и разделочном столах стояли пакеты с провизией. Жарить, парить и варить — не самое мое любимое занятие. Захотелось бросить все, как есть, оставить не мытую с обеда посуду, засунуть курицу в большую кастрюлю с водой и пойти смотреть телевизор. Мне вареной курицы вполне достаточно.

Но позвонил Алексей, Лешенька, предупредив, что будет через час. И я колесом завертелась по кухне. Чистить, резать, тереть, пробовать, переворачивать, подсаливать, подливать, заправлять майонезом. Все одновременно, спеша и без травм.

Стерва забилась под стол, наблюдая оттуда за хромым галопом.

Леша появился под дверью вовремя, с букетом цветов, сияющий.

— Дела налаживаются, Настька! Будем работать. Ты когда в клинику ложишься?

— В пятницу, послезавтра уже. Я сделала курицу по-китайски. Мелкие кусочки обжарены в тесте с арахисом.

— Замечательно!

Мне показалось, что Алексей перевозбужден. Алкоголем не пахнет, может, накурился?

— Насть, хочу есть.

Раз мужчина хочет есть и пришел для этого священнодействия именно к тебе, нечего рассматривать его на предмет перепития или перекура, надо кормить. Нотацию о его неправильном поведении лучше прочесть позже, когда он вместе с едой сможет спокойно переварить твои замечания и, может быть, даже примет их к сведению.

Я выставила перед Алексеем все блюда, которые смогла сегодня сделать. Он благосклонно кивнул и показал вилкой на кухонный телевизор. Я тут же включила громкоговорящий предмет, зная, что «их сиятельство» изволят принимать трапезу под передачу новостей.

Стерва сидела с нами за столом на третьем стуле. Зорька была сегодня в ссылке на четвертом этаже по случаю начавшейся течки.

Леша с удовольствием ел и рассказывал о какой-то новой суперкраске, которую им в типографию привезли из Прибалтики, и о заказе от крупной фирмы на ценные бумаги с тремя степенями защиты.

Я слушала с удовольствием и в очередной раз порадовалась, что Мила, у которой есть хоть какой-то опыт работы в типографии, при этом разговоре не присутствует. Я бы не выдержала, если б Лешенька вот так же эмоционально разговаривал с любой другой женщиной.

В четверг я съездила в «Билайн» и купила два телефона. Времени это заняло совсем немного. Мало того, увидев мою хромоту, парень, который мной занимался, сам бегал от менеджера к начальнику отдела и кассиру и принес мне два телефона в футлярах и с кипой документации.

Дома мне стало понятно, что мой кулинарно-производственный запал иссяк и я не хочу ничего делать. Усевшись на диван, я собралась почитать, но вместо этого пришлось перенести поближе телефон и отвечать на многочисленные звонки.

Мила, узнав, что у меня появился мужчина, да еще и деньги зарабатывающий, тут же напросилась в гости на предмет «поговорить о работе». Я, не справившись с невесть откуда взявшимся тщеславием, пригласила ее на вечер, специально уклончиво ответив на вопрос о внешних данных «нового объекта».

Опять позвонил Леонид и минут десять канючил нудным голосом, выпрашивая возможность встретиться. С садистским удовольствием я сказала, что встречусь с ним после операции, когда перестану хромать. Леонид тут же стал выяснять, где находится больница, в которой я буду лежать, и сколько стоит операция в долларах. Шустрый парень, раньше я за ним такого не замечала.

Естественно, позвонила мама, с которой мы договорились на завтра о встрече в клинике, и папа, которого я обрадовала приобретением для него сотового телефона. Он был рад подарку, но больше интересовался «смазливым кавалером». Я пообещала ему встречу с Алексеем в больнице.

Так же не обошел меня вниманием следователь Сергей Дмитриевич, поинтересовавшись, не собираюсь ли я в ближайшее время выехать за периметр Москвы. Я уверила его в своем лояльном поведении, объяснив, куда ведет меня завтрашняя дорога, и назвала адрес клиники.

Совершенно неожиданно позвонил брат Андрей. Искусственно бархатным голосом спросил о здоровье. Я промямлила надоевшее за сегодня объявление о моей госпитализации, а он завел длинный разговор о том, устраивает ли меня, как ведется следствие. Мне лично следователь нравился, особо не досаждал, а какие там меры были приняты, так им лучше знать, профессионалы все-таки. Я попыталась объяснить это Андрею. Он выслушал мой монолог и уточнил, приезжали ли ко мне еще раз родственники убитого Игоря. Я прикусила язык на полуслове. Ничего себе контроль. Мама там, что ли, «стучит», новостями делится?

Андрей звонил мне впервые за все мои двадцать восемь лет. Не уверена, знает ли он, какой институт я закончила, а сегодня вдруг такое внимание. Никаких родственных и положительных чувств во мне звонок двоюродного братца не вызвал. Задав еще пару вопросов о следователе, он распрощался, обещая навещать меня в клинике.

Если они все выполнят обещания, то для посетителей в палате надо будет вывешивать график доступа к моему телу.

Наконец-то дозвонился Алексей, которому я пожаловалась на отсутствие желания стоять сегодня у плиты. Мой милый обещал обойтись пельменями, которые сам и привезет. Я не успела ему сказать о приезде Милы, как он повесил трубку.