Чтение онлайн

В большинстве случаев страдание выражается мышцами лица, затем мышцами шеи, туловища, верхних и, наконец, нижних конечностей.

Чаще всего вызываются сокращения надбровных мышц и мышцы, оттягивающей нижнюю губу; поэтому сморщивание бровей и опускание углов рта можно считать самыми постоянными признаками для большей части выражений страдания.

Сокращение жевательных мышц в свою очередь принадлежит к числу самых обычных явлений; оно придает рту резкое выражение решимости и гордости. Вместе с энергическим сжатием рта, происходит также и сжатие руки, а в более выразительных случаях сжимаются обе руки.

Как выражение страдания, судороги наблюдаются чаще всего при высшей степени нравственных страданий и почти всегда совпадают с полной потерей терпения, чувства собственного достоинства и многих других принадлежностей порядочности. Вот некоторые формы мимических судорог страдания.

Они всегда являются спутниками продолжительных и сильных страданий. Для того чтобы могла сразу исчезнуть способность иннервации, нервная энергия должна быть уже достаточно истощена, так или иначе. Одной из простейших форм является паралич мышц, смыкающих отверстие рта; самую сложную и самую тяжелую форму паралича представляет расслабление всех или почти всех мышц нижних конечностей и мышц, поддерживающих туловище в прямом положении.

Дыхание относится к числу тех функций, которые подвергаются самым глубоким расстройствам под влиянием страдания. Так как дыхательный акт совершается при помощи движений, то и расстройства его могут служить косвенными мимическими выражениями самого страдания.

Раз умеряющее влияние мозговых полушарий достигло своего высшего развития, оно выражается: произвольным задержанием выдыхания, усилением акта вдыхания, спазмолическими сокращениями диафрагмы, лестничных мышц, наружных межреберных мышц и грудной части внутренних межреберных, мышц поднимающих ребра, верхней зубчатой и грудиноключичной мышцы; в тех случаях, когда борьба со страданием достигает крайней напряженности, происходит также энергическое сокращение мышцы, поднимающей угол лопатки, а также – трапециевидной, малой грудной, большой грудной и большой зубчатой.

Если задерживающее влияние мозговых полушарий оказывается весьма слабым, то, наоборот, дыхание делается ускоренным, наступают бурные движения всех произвольных мышц, усиленное выдыхание, спазмолическое сокращение спинной части мышц внутренних межреберных, мышц нижних реберных, треугольной мышцы грудины, а в более тяжелых случаях сокращаются также брюшные мышцы: наружная косая, внутренняя косая и поперечная, а также мышца крестцово-поясничная.

Вообще говоря, вздохи служат мимическим признаком страдания, хотя они сопровождают также и некоторые наиболее живые проявления чувственности или привязанности. Чаще же всего вздохи появляются периодически при продолжительной и безмолвной печали и скорее указывают на нравственное, чем на физическое страдание.

Высшая ступень вздоха есть стон, который обыкновенно сопровождает выдыхание, как бы составляя его продолжение. Стон может перейти в крик; но крик этот бывает почти всегда машинальным и самопроизвольным выражением очень острых физических болей или же внезапных и сильных нравственных огорчений.

Зевота может выражать самые разнообразные ощущения, как например: голод, жажду и – преимущественно у женщин – потребность физической любви; но в мимике страдания зевота является одним из характерных элементов скуки.

Это мимический элемент страдания, охватывающий всю сферу мышечных расстройств и вторгающийся в сферу отделительных актов. Действительно, тут сразу встречаются сокращения многих мышц лицевых, грудных и брюшных, и вместе с тем – обильное отделение слез, которые не могут уже собираться и отводиться в носовую полость слезным протоком, и потому, переливаясь через нижнее веко, стекают по щекам.

Дарвин изучал с большой тонкостью мимический механизм плача [56] . Он заметил, что у детей плачу всегда предшествует и сопровождает его перемежающееся спазмолическое сокращение век, чем обусловливается довольно сильное давление на глаз. По мнению Дарвина, это имеет целью предохранить глазное яблоко от чрезмерного прилива к нему крови.

Внезапный страх, весть о большом несчастье, а также острая и сильная физическая боль сопровождаются обыкновенно бледностью лица, а, в некоторых исключительных, правда, случаях – бледностью всего тела.

Краснотой лица всегда сопровождается плач ребенка; часто впрочем, ее наблюдают также у юношей и у взрослых.

Одна и та же степень того или другого страдания выражается у мужчины и у женщины неодинаково. Различия эти выступают тем рельефнее, чем выше ступень индивидуального и этнического развития.

Страдание женщины, говоря вообще, выражается или остолбенением, или крайне обостренной реакцией; самое обыкновенное явление – это слезы. У мужчины, по своей природе более сильного и мужественного, выражение страдания получает характер более воинственный. Мужчина старается бороться со своим страданием; он посыпает угрозы и проклятья природе и Богу. Сжатый и горизонтально выставленный кулак – вот характерное мимическое выражение для некоторых, наиболее острых, страданий мужчины; у женщины, наоборот, преобладает пассивная форма протеста, и самое обычное выражение ее скорби представляют стоны.

Преобладание в характере женщины доброжелательных и религиозных чувств придает и мимике ее страдания отпечаток благочестия и милосердия. Напротив, у мужчины эгоизм является господствующею чертою даже в сфере страданий. В минуты скорби женщина молится и творит добрые дела, мужчина же чаще всего кощунствует и прибегает к угрозе.

Выражение страдания еще сильнее видоизменяется под влиянием возраста, чем от различия пола. Малые дети испытывают только физические страдания и всегда выражают их однообразно – плачем и криком. С пробуждением в ребенке самолюбия, ревности, чувства собственности, ему делаются уже доступными и нравственные страдания; правда, он по-прежнему выражает их криком и плачем, но плач этот в различных случаях бывает своеобразный – то непрерывный, то перемежающийся; иногда появляется только хныканье, в других случаях – рыдания.

По мере того как ребенок растет, выражение страдания приобретает новые, более сложные черты: слезы показываются реже и заменяются отчасти вздохами, рыданиями, стонами и воплями. У наиболее интеллигентных детей можно заметить известные проблески выражений высшего порядка, как например, сардонический или иронический смех и меланхолическую грусть. Эти формы выражения, уже весьма эстетичные, делаются все более и более утонченными с наступлением отрочества и ранней юности, и в этом же периоде жизни они достигают своей высшей прелести.