Чтение онлайн

Но, говоря откровенно, несчастную девушку в эту минуту не слишком волновали вопросы приличия. Гораздо больше ей хотелось знать, когда же суровая длань ее жениха перестанет взмывать ввысь и падать на ее распухшие ягодицы. Но Лен махал рукой с равномерностью автомата и не выказывал никаких признаков усталости. Мало того, даже сквозь застилавшие глаза слезы Кира видела щетку для волос, лежащую на столике, и всем сердцем надеялась на то, что сегодня зловещий инструмент останется без применения.

Но этой надежде так и не суждено было осуществиться. Когда Лен наконец перестал ее шлепать, она распласталась на его коленях, не в силах пошевелиться. И тут Лен протянул руку к столу и взял щетку.

Кира почувствовала, как ее ягодицы сжимаются, а на глаза заранее наворачиваются слезы. Когда щетка глухо врезалась в ее плоть, Кире показалась, что по ее телу пробежал электрический разряд.

— Ооооой!.. Хватит!.. Оуууу!.. Моя попка… Пожалуйста, хватит!

Она взывала к милосердию тонким надрывным голоском, как маленькая девочка. Лен уже начал жалеть свою подругу, но слишком сильным было его желание объяснить ей, кто в доме хозяин.

Итак, он высоко поднимал щетку и резко опускал ее на трепещущую плоть. При этом он не оставлял без внимания и верхушки ее бедер, чтобы она вспоминала о наказании следующие несколько дней каждый раз, когда будет садиться.

Он остановился только, когда на попке и бедрах стали формироваться синяки. Кира лежала на его коленях, не в силах пошевельнутся. Ее огненно-красный задик судорожно сжался, когда Лен вновь поднял руку со щеткой. Но на сей раз он опустил щетку не на женские ягодицы, а на столик.

Лен бережно поднял Киру со своих колен и подвел ее к дивану. Затем он расположился по центру дивана и поместил Киру к себе на колени в уже ставшую привычной позицию, с той только разницей, что ее голова и ноги не болтались в воздухе, а лежали на подушках. В голове Киры промелькнула ужасная мысль об еще одном наказании.

Но Лен всего лишь взял со столика тюбик с кремом, выдавил большую полоску крема себе на ладонь и начал неторопливо, со вкусом втирать крем в горящие ягодицы Киры.

— Надеюсь, мне не придется прибегать к такой операции слишком часто — произнес он, в то время как слезы продолжали течь по ее симпатичному лицу. — А не то, боюсь, большая часть моих доходов будет уходить на покупку крема.

— Ой, мне бы тоже этого не хотелось, — ответила она, глядя на него через плечо со слабой улыбкой.

Ночью Кире снились не слишком приятные сны, но пробуждение было еще более неприятным. Когда она во сне случайно перевернулась с живота на спину, то немедленно ощутила все последствия вчерашнего наказания. Ей даже на секунду показалось, что ее попку всю ночь продержали в духовке при температуре не ниже 350 градусов. Поэтому, как только ее ягодицы прикоснулись к простыне, она сразу же издала вопль такой силы, что разбудила Лена.

— Что? Что такое? — спросил он, с трудом оторвав голову от подушки.

— А ты что же, не догадываешься? — Ответила Кира с легкой гримасой недовольства. — Это ведь ты вчера за ужином обеспечил мне жаркое из филейных частей.

— Ой, извини, — и на его лице отразилось некоторое подобие раскаяния. — Ты как, в порядке?

— Ну, если не считать некоторого недомогания в задней части туловища, то все просто замечательно. А вообще-то не надо извиняться, это была вполне заслуженная порка. Будем считать, что ты преподал мне урок хороших манер. А ведь именно для этого предназначено наказание, в конце концов.

— Ты у меня ну просто умница! — восторженно сказал Лен и осторожно прикоснулся к ее все еще теплой попке.

— Смотри, как бы мне снова не загордится, — засмеялась она. — Ой, уже полседьмого. А мне надо быть в офисе в восемь. У меня сегодня пропасть работы.

— И как же ты собираешься работать? Стоя? — Спросил он и слегка хихикнул.

— Ну, я всегда держу в своем кабинете несколько подушек для наказанных девушек. Единственная проблема — это добраться до кабинета и никому не попасться на глаза, чтобы никто не видел, как я переваливаюсь с боку на бок на ходу. Если девочки узнают, что их босс ходит по офису с отшлепанной попой, это плохо скажется на моем имидже.

— А как насчет того, чтобы смазать твои чудесные половинки кремом и остаться дома? — предложил Лен.

— Хорошо бы, но дела… дела, — ответила она со вздохом. — А вот предложение насчет крема звучит очень даже неплохо.

Лен выдавил на пораженный участок остатки крема из тюбика и сказал:

— Я приготовлю завтрак, пока ты будешь собираться, и тоже отправлюсь на работу.

Когда он закончил, Кира вылезла из постели, издав при этом душераздирающий стон.

— Да, уж ты умеешь обращаться с женщинами, — пробормотала она, распрямившись.

Когда она вышла в кухню, Лен увидел, что она надела свободное платье, очевидно потому, что не смогла натянуть узкую юбку на распухшие ягодицы

— Черт возьми, Кира! — воскликнул он. — Ты ведь не собираешься идти на работу в таком состоянии.

— А я все-таки пойду, — смело заявила она и добавила со слабой улыбкой: — Ты можешь отобрать у меня способность сидеть, но не можешь отобрать дух героизма, живущий во мне.

— Ну, что ж, — улыбнулся он в ответ, — мы можем проверить справедливость этой теории с помощью еще одной поездки на моем колене.

— Хе-хе, звучит многообещающе, но, боюсь, я сейчас недостаточно хорошо себя чувствую для такого испытания.

— Ну что ж, в таком случае до вечера.

После двадцатиминутной поездки на машине, во время которой Кира чувствовала себя как на раскаленной сковородке, она прибыла в офис и, к своему удивлению, обнаружила свою секретаршу Марлен Робинс сидящей на своем рабочем месте у входа в кабинет. Марлен сразу же заметила, что ее начальница передвигается с некоторым трудом.

— Что с вами, мисс Флетчер? — сразу встревожилась она.

— Ну, я тут слегка ударилась, но все нормально… да, нормально. У меня много работы, так что, пожалуйста, говори всем, что я занята.

С этими словами она прошла через офис в свой кабинет и закрыла дверь. Но, к ее разочарованию, даже с помощью подушек она никак не могла сосредоточиться на работе.

Несколько минут спустя на столе Марлен зазвенел телефон, и она была срочно вызвана в кабинет Киры.

— Мне очень не хочется этого делать, но я просто вынуждена сообщить тебе одну вещь, которая, как я надеюсь, останется между нами, — сказала Кира. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь еще в офисе об этом узнал.