Чтение онлайн

Большая группа туристов остановилась возле одной из стен. Кто-то слушал экскурсовода, кто-то говорил по мобильнику, кто-то жевал жвачку, уткнулся носом в проспект, или громко тянул в себя пиво из темной бутылки. Миновав людей, я тихонько прошла в конец зала и остановилась у огромного камина, верх которого был покрыт деревянной резьбой. На дереве была вырезана монограмма – очевидно, инициалы и герб последних владельцев. В камине никто не убирал сажу. Никто не чистил стены. Я вытянула руку вперед и коснулась пальцем темного пятна сажи, высохшего от времени. В этом конце зала тонули звуки. На мгновение мне захотелось поплыть в тишине. Заснуть в мягкой, баюкающей, ласково обволакивающей тело тишине… Заснуть и никогда не проснуться. На самом деле это сон. Просто сон. Этот кошмар не может существовать наяву, он мне всего лишь снится.

Завтра утром я проснусь дома, в своей уютной, хотя и одинокой, квартире, лениво потянусь, коснусь щекой мягкой простыни и, открыв глаза, встречу первый солнечный луч. Я проснусь и приму горячую ванну, и, погружаясь в воду, закрою глаза и стану думать о самых важных в мире проблемах: что надеть завтра на работу, позвонить ли одной знакомой или пока не стоит. И еще буду думать о свидании в конце недели с любовником, и еще о том, как ради меня он обманывает свою жену, и что мне это даже приятно, если честно… Я проснусь и все будет так же, как всегда. Может быть, на меня накатит та серая сплошная тоска, с которой я просыпалась столько времени… Но лучше пусть будет тоска, чем кошмар! Я не хочу больше видеть кошмарных снов! Я молода! Я хочу жить! Я имею право на жизнь и я хочу наслаждаться каждым мгновением, каждым днем, каждым дыханием ветра, каждым лучом солнца… Я хочу не воевать, а любить. Засыпать и просыпаться в чьих-то объятиях. Я хочу носить красивые платья и принимать ванны с ароматной солью. Верить в то, что все будет хорошо и видеть отражение счастливого лица в зеркале. Я хочу проснуться или заснуть и идти по траве, и чтобы в конце этого пути кто-то ждал меня. Кто-то, к кому я могу протянуть руки… Это не важно, что здесь и сейчас – темнота, что мне так холодно и этот леденящий холод пронизывает все тело, выворачивая душу до дрожи. А впереди – стена, и сзади – тоже, и со всех сторон… Этот зал для меня слишком большой! Наверное, как и весь этот замок. Что-то теплое, обжигающее кожу ползет по щеке. Нужно смахнуть рукой и открыть глаза, но я не могу. На моей руке – черное застывшее пятно сажи из погасшего камина. На моих глазах – клеймо ужаса. И я уже не понимаю, зачем пришла и куда иду. И это, наверное, самое страшное из всего, что может происходить в реальности.

Сзади было слишком много голосов, кто-то нечаянно толкнул в плечо так, что я чуть не упала и больно ударилась рукой о выступ каминной решетки. Я стояла почти в центре экскурсии. По крайней мере, в первых рядах. Я и не заметила, как они подошли, как зазвучала какая-то скучная речь прямо над моей головой о том, что несколько художественных мастерских занимались специальным литьем, чтобы восстановить утраченный после какой-то войны узор каминной решетки.

Протиснувшись между потных тел, я стала пробираться назад и наконец очутилась позади двери, в начале долгожданного коридора. Это был тот самый коридор, к которому я хотела пробраться, как только сюда вошла. Дело в том, что по моим предположениям, в конце этого коридора был тот самый проход в административную часть здания. Этот коридор находился за большим залом и я пробралась в него тайком, разглядев рядом с камином дверь, которая была открыта. Пока коридор был пуст, но мне следовало спешить – в любой момент в нем могли появиться люди. Я помнила о том, что экскурсии выпускали не все сразу, а по очереди, с промежутком минут в 7-10. Можно спорить на что угодно, что я единственная, кто тайком пробрался в какой-то неизвестный коридор, отбившись от группы. Счастье еще, что внутри замка нет охраны! Думать нет времени, нужно спешить. Нужно проверить, не ошиблась ли я в своих расчетах, ведь они могут быть и не верны.

Я побежала вперед, стараясь двигаться как можно тише. Массивные двери. Поворот налево, потом направо. Светильники на стенах современные, совсем не под старину. Что это за признак? В той части замка, из которой я пришла, все отреставрировано соответствующим образом! Очевидно, я миновала ту часть, в которую водят туристов. Еще один поворот. Вот она, долгожданная награда! Коридор преграждает бархатная веревка, точно такая же, как во всех музеях. На веревке болтается табличка: «Административная часть. Вход только для сотрудников музея. Посторонним проход запрещен». Какая замечательная табличка! В коридоре по-прежнему никого. Что ж, я, конечно, не сотрудник музея, но… Но Виктор Алексеев был сотрудником! Усмехнувшись (посмотрел бы на меня кто со стороны!), я легко отцепила веревку и вошла внутрь. Потом закрыла за собой проход так же, как было прежде.

В начале коридора было всего две двери, причем обе закрыты. Потом коридор дал резкий крен вправо и я оказалась в стеклянной галерее, которая шла через подворье с кассами, где продавались билеты. Я быстро прошла по ней и оказалась в небольшой комнате наподобие приемной, куда выходили еще две двери. В приемной сидела молоденькая девочка и что-то печатала на компьютере. Когда я вошла, она с удивлением уставилась на меня. Обрадовавшись, что наконец-то вижу молодое лицо, я вдохновилась:

– Добрый день. Я хотела бы поговорить с директором музея.

– А директора у нас нет! – сказала девушка, даже не спросив, кто я такая.

– Как это – нет? – удивилась я.

– Так. Еще не назначили. Есть одна сотрудница, она исполняющая обязанности, временно заменяет директора, до тех пор, пока кого-то сверху не назначат приказом.

– А с нею можно поговорить?

– Не-а. Ее сегодня не будет. Она уехала в город по делам. Вернется завтра после обеда.

– А у нее есть секретарь?

– Есть.

– А с секретарем можно поговорить?

– У вас какое-то срочное дело?

– Можно сказать и так!

– А секретарша на обеде! Все на обеде. Кроме меня. Сижу, печатаю проклятый отчет! Вы из города приехали?

– Из города.

– По вам сразу видно! У вас лицо знакомое. Вы случайно не журналистка?

– Журналистка!

– Здорово! А откуда?

Я назвала газету, в которой работал Сопиков. Девчонка присвистнула:

– Вот здорово! Своим расскажу – не поверят! Да вы садитесь, подождите. Секретарша придет через час. Она пошла домой обедать. Если хотите, я вам кофе сделаю.

– Не надо, спасибо. Вы здесь работаете?

– Нет. Только практику прохожу. Летом, временно, на месяц. Я студентка, в университете учусь. Нас прислали из города. Меня и еще несколько человек.

– Вам здесь нравится?

– Если честно, не очень. Здесь все люди какие-то странные… Заторможенные, что ли. А туристы – так те только и умеют, что пить пиво и жрать хот-доги, больше ничего. Не с кем даже поговорить!

– А секретарша давно здесь работает?

– Понятия не имею! Говорят, она еще при прежнем директоре работала.

– При прежнем директоре?

– Ага. Все говорят, что его грохнули. Убили, то есть… За долги, наверное.

– Убили?

– Точно! В поселке все так говорят. Не знаю, что с ним произошло на самом деле, но одно точно – он умер. Наверняка грохнули! С чего вдруг молодому умирать?

– А мне казалось, он уехал. Уволился и уехал…

– Не-а. Мы когда на практику только приехали, нам все уши про этого директора прожужжали! Он тут у них вроде местного героя! До сих пор все жалеют, что он умер. А начальство считает, что он был такой хороший директор, что на его место никого не могут назначить, никто не подходит. Уже все из-за этого перегрызлись.

– А почему же он герой?

– Поднял замок! Говорят, тут были сплошные развалины. В башнях, вообще – туалеты для бомжей. А он нашел бабки и такое отгрохал – сами видите! Крутой был мужик! Теперь тут такая красота – хоть кино снимай! А кстати, сюда постоянно какие-то киношники приезжают, только снимают они почему-то рекламу. Так что жизнь бурлит, только мимо меня. Ой, я тут с вами заболталась, а мне печатать отчет! Хочу сегодня его сдать и пораньше уйти.

– Ладно, печатай. Больше отвлекать не буду.

Девчонка снова уткнулась в компьютер, а я устроилась в уютном кресле и открыла брошюрку с легендами и местным фольклором. И первой, что я открыла, была легенда о каньоне.

«Из глубины веков пришла легенда о великом повелителе древности. Башни его замка были так высоки, что уходили далеко в небо. Крепость его была неприступной, а зубчатые верхушки стен охраняла целая армия самых лучших в мире стрелков, зоркостью своих глаз и меткостью стрел поражающих и днем, и ночью. Мудрый правитель любил свой народ и пользовался огромной любовью поданных. И даже последний бедняк из убогой лачуги знал о том, что найдет надежную защиту в момент беды за прочными стенами его цитадели. Завистливые соседи и злобные варвары из других государств часто поглядывали на плодородные равнины владений правителя, с глубокими реками, густыми лесами, прекрасной землей. Но слава великого воина, а так же слухи о сильнейшей армии и неприступной цитадели останавливали любые вражеские набеги»…