Чтение онлайн

Все это виделось сомнительным для меня, и я не преминул об этом сказать.

— Тогда почему раньше это не проявлялось?

— А у меня было! — вставила Омо. — Я думала, что проклята.

Ойгур усмехнулся.

— Так вспомни, как ты жил, Лемт. Прямо цветок в оранжерее, ни холодов, ни потрясений. Чувствовал ли ты себя живым, хоть когда-нибудь? А ты, Омо? Думаешь, просто так тебя из города не выпускали? Я прав?

— Не просто так и не поэтому, — сказала она, неожиданно серьезно. — Не только поэтому. Но об этом я не хочу говорить.

Винф кивнул, дескать, твое право.

— Ну, вообще-то я сильно пугался и до того, как встретил… эту! — Омо смерила меня возмущенным взглядом. — И никаких гелалов не было и в помине!

Ойгур только устало пожал плечами.

— Гелиалов. Я не знаю, что тебе на это ответить. О вас, "поющих сердцем", слишком мало сведений, — повторил он. — И, кроме того, за нами послали теневых стражей — это уже о многом говорит.

Некоторое время мы сидели в молчании. Моя голова просто взрывалась от таких новостей. Омо было проще в это поверить. Она, кажется, привыкла к своим "солнцам", пусть и считала их когда-то проклятием.

— Я бы и сам не поверил, — сказал Винф после продолжительной паузы, — но после того, как ты успокоил ее в "Гел-Гирисе" одним прикосновением, сомнений — лично у меня — не осталось. На это способен только Атмагар, и никто иной. Не зря та женщина убралась из таверны сразу же, как только увидела, что ты в трансе, Омо.

— Еще бы, — она хищно улыбнулась — чужеродная гримаса для столь юного лица. — Как-никак, я использовала это свое "проклятие", когда обходила ловушки, чтобы попасть к тикеге. Точнее, — улыбка переросла в оскал, — я их разнесла. Ловушки, то есть.

— Так вот оно что, — понимающе ухмыльнулся Винф. — Понятно, почему та женщина так на тебя смотрела.

Я не выдержал.

— О чем вы?

— Тикеге — племя вольных женщин-воительниц. Принимают только тех, кто сможет пройти все испытания. Я правильно понял, что ты справилась, но тебя не взяли только потому, что ты альбинос?

Омо кивнула.

— Я "грязная", по их словам. Чтоб им всем сдохнуть, — процедила она сквозь зубы.

Повисло неловкое молчание.

По лицу Омо проскользнула какая-то тень.

— Тучи! — я вскочил.

На небе и вправду появилась целая вереница облаков, и одно из них — довольно большое — скоро должно было закрыть солнце.

— Мало, — сказал Винф, — но ждать некогда. Собираемся! — скомандовал он.

Мы наблюдали за тем, как гигантская тень от облака ползет по склонам гор, пока она не накрыла нас. И тогда мы побежали.

Не стоило обольщаться. То ли ветер поменялся, то ли еще что, но не прошло и получаса, как склон снова был освещен. Мы даже не успели толком спуститься с горы. Мой "сапог" размотался и, зацепившись за камень, остался позади. Не знаю, как я раньше не отморозил себе ноги, но до этого было недалеко.

— Тени! — крикнула Омо.

Я оглянулся. Между землей и небом, на стыке горизонта, росла и ширилась черная полоса.

Даже во Лфе их столько не было.

Мы не успевали. От слова "никак". Добавить еще то, что возле реки оказались стражники. Откуда они взялись, я сначала не понимал; однако когда один из них повернулся, все прояснилось. Их одежда по цвету совпадала с местной почвой — элементарная маскировка.

Я выругался так, что даже Омо уважительно присвистнула.

Умирать не хотелось, но…

— К стражникам! — крикнул Винф. — Лемт, бери Омо на руки, это наш единственный шанс!

— Ну, знаешь, сколько мож..! — я хотел возмутиться этой очевидно бредовой идеей, однако девушка была не столь переборчива и запрыгнула мне на шею. Пришлось ее нести.

— Омо, сделай так, как в Гел-Гирисе!

— Осторожней беги, болван! — прикрикнула она и закрыла глаза.

Мы были уже довольно близко к стражникам. Некоторые из них достали копья, другие мечи, третьи, очевидно, маги, изготовились нас атаковать. Тени сзади настигали.

Перед грудью Омо разгорался белый гелиал.

— Не получается! — в отчаянии прошептала она одними губами. — Не могу сосредоточиться. Не могу сменить цвет… Боюсь…

Я взглянул на ойгура. Тот несся к стражникам, на верную смерть. Ну что мне делать? Что?!

"Действуй", пришел ответ откуда-то из глубин моего сознания, и… что-то поменялось, время замедлилось.

Я посмотрел на Омо. В зелено-голубых глазах отражалось небо, кожа побледнела — еще сильней. Я знал, что могу помочь ей.

Я остановился. Я должен был сказать ей, что она справится. Но не словами — они бы только все испортили.

Все померкло.

— Лемт! Лемт, не стой столбом! Теневые стражи!! О боги, ну зачем я это предложил? — послышался голос ойгура, далекий и как будто ненастоящий.

Я нашел руку Омо и сказал ей петь вместе со мной.

Зрение вернулось позже, чем слух. Омо все еще отсутствовала в своем теле, но уже через секунду и она встрепенулась.

Стражники куда-то исчезли. Чуть приглядевшись, я заметил в реке дрейфовавшие куски земли. Это были люди в маскировке. Остатки отряда лежали на берегу.

А вот тени никуда не делись, но что-то их пока сдерживало. Они бесновались в метре от нас, пытаясь прорвать невидимую оболочку.

— В воду! — скомандовал Винф.

— Ты думаешь, река может нас спасти? Не океан, все-таки… — спросил я, однако ойгур меня не слушал.

— Наполовину, — сказал он. — Доберемся до середины, они отстанут. Иначе проблемы с Нгомеем будут.

Скинув часть груза — я с удовольствием избавился от своей так называемой "обуви" — мы погрузились в ледяную, без преувеличения, воду. Омо взвизгнула, ойгур зашел так, как будто каждый день принимал ванну из растаявшего снега. Последнее, кстати, вполне вероятно, учитывая то место, где он родился.

Я успел подумать, что если и доплыву до середины реки, то утону, замерзнув насмерть. Что ж, поживу на несколько минут дольше…

Нне зззаммерз.

Дом-да-сул, или "приют Солнца", назывался так неспроста. В главном порту Фару, страны, расположенной на южной оконечности материка, Солнце вело себя в высшей степени странно. Каждый день, на закате, оно делилось на четыре части, и, ослепительно вспыхнув, скрывалось за горизонтом. Длилось это явление не дольше полминуты, однако этого было достаточно, чтобы поэты начали слагать о нем песни, а трактирщики — сдирать с посетителей двойные цены, если из их заведения можно было следить за расщепленным солнцем.