Чтение онлайн

Мы начинаем по-новому понимать и все происходившее раньше. Мы видим, что этот новый шаг “зарождался” в событиях, ему предшествовавших, но его невозможно было предвидеть заранее — он должен вначале произойти на уровне телесных переживаний. После этого уже несложно ретроспективно произвести логические шаги, позволяющие увидеть, как проблемы с учебой в школе и стремление избегать мужчин в действительности оказываются тем, что “лучшая часть” личности клиентки никак не может проявиться, потому что она не защищена и боится быть травмированной.

Однако отметьте, насколько по-иному данная проблема воспринимается сейчас! Дело здесь уже не в компетентности клиентки и не в том, что на самом деле она, возможно, далеко не так хороша, как ей хотелось бы. В сущности, проблему нельзя больше обсуждать лишь с точки зрения получения клиенткой хороших отметок или достаточной привлекательности, ее уже не должны заботить эти вещи. Не об этом беспокоилось ее “нечто”, когда отступало. Вместо этого клиентка приходит к пониманию, что речь идет о лучшей (но и наиболее ранимой) части ее личности, которую раньше она не ощущала и не знала.

Можно ли сказать, что такой непосредственный контакт дает абсолютно достоверное знание? Нет, потому что дальнейшие шаги приводят к новым изменениям в общей структуре переживаний, что, в свою очередь, нередко приводит к изменению восприятия всех предыдущих шагов. Поэтому происходящий процесс можно считать по-своему истинным на каждом из его этапов, хотя эту истинность часто бывает довольно трудно выразить словами и она связана с изменениями всего целостного взаимопереплетения переживаний.

Насколько значительными могут быть изменения,

вызываемые таким небольшим шагом?

Можно ли считать очевидным, что подобные шаги приводят к конкретным изменениям в личности клиента? Не имея перед собой достаточно большого количества примеров таких изменений, нередко бывает нелегко отметить их. Однако можно заметить, что происшедший шаг открыл для клиентки новую перспективу — и, вероятно, более корректную интерпретацию. Но продолжает ли эта часть ее личности отступать и оставаться заблокированной?

Да, это так. Серьезная проблема не решается с помощью лишь одного шага. Однако этот шаг — небольшая, начальная часть конкретных изменений. Поэтому давайте посмотрим, как изменялось то, что создавало заблокированность.

Если рассматривать личность состоящей из отдельных частей, то можно считать, что отношение клиентки к той части, которая приводит к необходимости отступления, действительно изменилось. Ей открылось понимание сущности данной части личности и ее значение; теперь клиентка понимает все положительные моменты этой части своей личности и симпатизирует им. Однако такой подход к личности, состоящей из отдельных частей, неизбежно приводит нас к ловушке, поскольку все части статичны; в действительности они являются элементами лишь временных структур.

Но “я” клиентки не является ни одной из этих частей, как не является и их совокупностью. Она переживает чувство добра и нежности, а также испытывает желание, чтобы окружающие положительно и с пониманием относились к ней самой и к ее внутреннему бытию. Пытаясь непосредственно почувствовать свои мысли, связанные с тем, что другие люди избегают ее, клиентка движется вперед, постепенно достигая раскрытия и проявления собственных ощущений.

Этапы процесса переживаний предполагают как изменение его содержания, так и развитие самого процесса постепенного движения личности.

В нашем примере мы можем непосредственно выделить момент происходящих изменений, хотя сами эти изменения заходят не очень далеко. До того как произошел этот шаг, “нечто” в личности клиентки избегало реальной жизни. Но даже и сейчас это “нечто” продолжает утверждать, что скорее умрет, чем сможет проявиться. Итак, оно не превратилось во что-либо другое, и происходившие изменения тоже не продвинулись настолько далеко, чтобы состояние клиентки принципиально отличалось от прежнего. Можно легко увидеть, что проявившееся ранее было глубоко скрытым и как бы “отказывалось” выйти на поверхность.

В рассматриваемом примере мы прослеживаем проживание событий, связанных с прошлым, и последующее освобождение от их влияния. Я хотел бы подчеркнуть, что подобные шаги являются не просто проявлением чего-то уже присутствовавшего ранее; правильнее будет говорить об изменении всей структуры переживаний.

Можно ли утверждать, что здесь не происходит формирование чего-то нового, а только лишь проявление уже существовавшего? Перед началом изменений мы называли это “нечто” патологическим блоком, сущность которого состояла в уходе от жизни. Можно ли говорить, что реальный шаг состоял в том, что клиентка начала создавать в себе позитивное отношение тому, что ранее вызывало патологическую реакцию? Люди довольно часто пытаются изменить свое отношение с негативного на позитивное, но это далеко не всегда завершается успехом. Необходим конкретный шаг, и этот шаг должен действительно состояться и привести к изменениям и новому развитию.

Ранее та часть личности клиентки, о которой мы говорим, была подавлена, травмирована и всячески уклонялась от жизни. Сейчас же эта часть может быть прочувствована в гораздо большей мере, а связанные с ней желания приходят в движение и начинают проявляться, становятся живыми и теперь их можно почувствовать. Разве это не серьезное изменение?

Может ли клиентка почувствовать все это, не обладая определенным знанием, — почувствовать так, как чувствует маленький ребенок? Многие люди, сделавшие подобный шаг, потом говорят: “Неужели все эти чувства, проявившиеся сейчас, были скрыты во мне ранее, и я не ощущал их присутствия?” И да, и нет. Ответ на вопрос о скрытых чувствах мы получаем, когда понимаем характер структуры переживаний, в которых скрыто присутствуют многие различные компоненты. Было бы неправильным сказать, что переживания состоят только из того, что имеет определенную форму и содержание. Наши чувства представляют собой реакцию на события жизни; они не являются скрытыми комплексами, лежащими где-то глубоко. Испытывать чувство — значит привносить нечто в текущий момент жизни. То, что ранее было скрытым и не ощущалось, начинает изменяться и проявляться, и его можно почувствовать. Возникающие переживания содержат в себе нечто новое и не тождественны тому, что было ранее.

Поэтому не стоит сводить сложную структуру переживаний лишь к старой или новой форме. Нет оснований полагать, что данная структура уже изначально содержит в себе все, что мы можем сейчас наблюдать; и точно так же было бы неправильным считать, что наблюдаемые нами проявления — это все, что она содержит. Правильнее будет сказать, что все существующие подструктуры являются временными образованиями. И содержание переживаний, временами кажущееся нам простым, возникает из самой их структуры. Оно обладает всей присущей ей сложностью. Эта сложность переживаний, будучи целостной, всегда готова к дальнейшему развитию и возникновению нового содержания.

Согласно моей теории, “патологическое содержание” переживаний является не чем иным, как отсутствием их дальнейшего развития и переживания. В нашем примере это произойдет, когда клиентка получит возможность проявить свое чувство страха, не подавляя его, не встречая насмешек и не превращая в отрешенность. Так проявление подавленных чувств становится их дальнейшим развитием и достижением новых форм. Без дальнейшего опыта весь процесс переживаний приостанавливается. Кое-кто ошибочно рассматривает данную тенденцию как некий патологический комплекс, как отрицательное стремление к уходу от проблемы и ее избеганию. Однако сама идея отрицательных комплексов не предполагает дальнейшего развития переживаний, поскольку подобное представление предполагает, что эти комплексы являются лишь тем, что они уже есть, и не могут иметь никакого дальнейшего положительного развития. Возможность положительных изменений, утрачивающаяся при данном подходе, не может быть выведена из такого представления о патологии.