Чтение онлайн

Даже Персик не то чтобы явно выражал антипатию к новоявленному мужу своей хозяйки — он будто бы не замечал его присутствия в доме — не отзывался на «кис-кис», не ел из рук Дениса и ни разу не потерся о его протянутые ладони. И Саша где-то в глубине души понимала своего рыжего друга и завидовала его свободе волеизъявления.

Однажды весной, когда веселые ручейки беспечно бежали куда-то под ногами прохожих, когда небо наполнилось сочной синевой, а воздух пьянил своей свежестью всех, кто осмеливался вдыхать его полной грудью, Саша вышла на улицу, и что-то в ее душе надломилось. Весенняя Москва поманила ее с непреодолимой силой из дома на залитые солнцем улицы, заставляя не думать ни о чем, кроме любви. А в Сашином сердце ее не было. Хотя, возможно, в самом дальнем уголке еще жили воспоминания о Вадиме. Но думать о нем было настолько больно, что она предпочитала соблюдать имидж замужней дамы, заставляя себя думать только о Денисе, своем муже. Но и это не слишком хорошо удавалось — все чаще она ощущала себя одинокой и никому не нужной.

Как-то раз Саша ехала в метро, и неожиданно на ум пришли строчки стихов. Так, сами собой, без особых усилий:

Сегодня я на день в метро занырну,

Чтоб забыть и не видеть мне эту весну.

Лучше уж под землей провести целый день,

Чем на землю бросать одинокую тень.

И пусть стихи получились немного неуклюжими, зато сам факт, что чувства Сашины вылились в стихотворную форму (а это не случалось уже лет семь, как бы она ии старалась), поразил ее до глубины души, и Саша сочла это знаком того, что ее душевное равновесие находится на пределе. Но вот вопрос — как долго она сможет выдержать, не переходя этот предел?

А выдержать она смогла ровно год. Сашино заявление о желании немедленно разойтись застало Дениса врасплох. Он наивно полагал, или просто не желал думать по-другому, что их брак достаточно крепок и ему ничего не угрожает. Он с энтузиазмом ходил на работу (все туда же), зарабатывал для семьи деньги, старался в своих рассказах о служебных делах тактично не упоминать имя шефа. Да Саша и не спрашивала. Денис был полностью уверен, что она забыла о своем прежнем любовнике и стремится стать для него, Дениса, хорошей женой, матерью их будущих детей… Только вот с детьми Саша не спешила. Как ни уговаривал ее Денис, практически с первого дня их совместной жизни, она была непреклонна — еще рано об этом думать. Но то, что дети будут, в этом Денис не сомневался… И вдруг — развод!

Он долго и упорно выяснял у Саши причину: нет ли у нее кого-то, к кому она уходит? Но Саша заверяла его, что она хочет лишь снова стать свободной, так как не питает к мужу больше никаких чувств. Сказать прямо, что она его никогда и не любила, Саша не смогла. По доброте душевной она продлила срок своего замужества еще на полгода — Денис все еще надеялся, что это ее «сезонное обострение» пройдет.

Но оно не прошло, пришлось смириться. Была недолгая, но не менее от этого неприятная процедура развода, неловкое, скомканное прощание и снова ощущение пустоты. Саша была благодарна Денису за то, что он не стал устраивать сцен, а принял все достаточно стойко. Он лишь часто-часто моргал, глядя куда-то мимо Саши, и пытался через силу улыбнуться, что придавало его растерянному лицу еще более глупое выражение. Да, она видела, как разрывается его сердце, похоже, он по-настоящему ее любил, поскольку решил не причинять ей еще большие страдания — раз она так захотела и не может по-другому, пусть все так и будет, даже если ему теперь жизнь не мила.

И вот эта пустота, которую Саша ощутила в своем сердце особенно остро после того, как навсегда рассталась с Денисом, выйдя из местного отдела загса, с невероятной силой напомнила ей о таком же ощущении, кот да она убежала в ночь, как можно дальше от этого страшного человека, которого совсем недавно считала самым лучшим, самым добрым, самым ласковым на свете, — от своего любимого Вадима…

Теперь же Саша летела в Москву и была тверда в своем решении увидеть Вадима Татаринова, выяснить с ним отношения раз и навсегда, избавиться наконец от этой ужасной тоски и пустоты, которую должен, просто обязан был заполнить любимый…

Глава 10

1

Москва встретила Сашу холодным порывистым ветром. Пытаясь спрятать свое озябшее тело под теплым свитером, девушка проклинала переменчивую летнюю погоду, направляясь к стоянке такси. Таксист, милый дядька лет пятидесяти, дружелюбно предложил отвезти Сашу до метро всего за каких-то пятнадцать долларов и при этом дружелюбно пояснил, что это минимальная цена, но если есть желание с сумками наперевес трястись полчаса в переполненном автобусе, то это дело хозяйское, тем более что ждать общественный транспорт можно вечно. Есть еще вариант, если хотите быстро, — маршрутка… Саша посмотрела в направлении, указанном приветливым таксистом, и решила, что пристраиваться в хвост этой гигантской змеи, каковой являлась очередь любителей быстрой езды, она не желает.

— Ладно, двести рублей, и ни центом больше! — сказала она дядьке, и тот, к великому ее удивлению, очень быстро согласился.

Ловко погрузив Сашины сумки в багажник, он захлопнул ее дверцу, запрыгнул на свое место и, подмигнув Саше, добавил:

— Доставим в лучшем виде, куда скажете! За триста рублей.

Саше ничего не оставалось, как согласиться, поскольку терять время на переходы в метро сейчас было подобно смерти.

Через полчаса она была уже в своей квартире. Персик, к сожалению, теперь не встречал свою непредсказуемую хозяйку — его пришлось отдать маме еще во время развода, так как Саша, находясь в растрепанных чувствах, совершенно о нем забывала и бедному коту не раз приходилось сосать от голода лапу. Вынести такого варварского отношения к коту мама не смогла и, ругая Сашу за черствость, эгоизм и невнимание к проблемам других людей (имея в виду Персика), увезла его к себе на откорм.

На кухонном столе лежала записка: «Шурочка! Знаю, что это известие не принесет тебе огромной радости, но я вынуждена на неопределенное время вернуться. Потом все объясню. Я — на рынок за обновками. Целую. Тетя Света».

Оставаться дома и анализировать сложившуюся ситуацию в ожидании тетушкиного возвращения с рынка с трофеями не входило в Сашины грандиозные планы. Забросив в комнату свою дорожную сумку, приняв освежающий душ и переодевшись в новое белье (для пущей уверенности), голубые джинсы и серый свитер, затянув волосы тугим узлом на затылке, Саша выбежала из квартиры.

«Так, сейчас — в офис! Скорее всего там его нет, но зато у меня есть шанс узнать его домашний адрес», — сбегая по ступенькам на улицу, задала она себе программу минимум.

До офиса Саша добралась на редкость быстро — как по заказу сразу подошел нужный троллейбус, в метро народу было ровно столько, чтобы беспрепятственно пробежать по переходу и успеть запрыгнуть в вагон. Так, потратив всего сорок минут вместо часа с лишним, Саша оказалась на пороге того самого здания, в которое она когда-то входила в первый раз, волнуясь и теряясь. Вот и сейчас так же бешено стучало сердце, так же немели ноги, отказываясь двигаться дальше, так же в голове маячила одна-единственная мысль: «А вдруг…» А что — вдруг? Конечно, есть малая вероятность того, что Вадим прямо с самолета отправился в офис выполнять свой служебный долг — это на него похоже, ведь в записке он намекнул как раз на то, что времени у него в обрез… «Ладно! Была не была!» Саша мысленно перекрестилась и вошла в подъезд.

Поднявшись на нужный этаж и пройдя по знакомому до боли коридору, она взялась за ручку двери своего кабинета. Странно, но только в этот момент она подумала, что, вероятно, может сейчас встретить Дениса. Как это будет выглядеть? И хочется ли ей снова видеть его тоскливые глаза? Это сейчас было совсем не важно. Решительным движением Саша распахнула дверь. Все, что открылось ее взору, был одинокий стол, увенчанный компьютером, и печальная Ольга Петровна, сидевшая за столом и растерянно водившая «мышкой» справа от себя.

— Ой, Сашенька! — оживилась женщина, обернувшись на звук открывающейся двери. — Вот так сюрприз! Проходи, проходи скорее. Видишь, я теперь тут одна сижу, как королева! Ребят переселили в соседнюю комнату (Саша с некоторым облегчением приняла это известие), а девчонки — кого сократили, кто в отпуске… А меня все-таки заставили заниматься этим жутким Интернетом. Ничего понять не могу! Почти месяц уже сижу, сижу, глаза порчу, а толку никакого. Нашли кого учить на старости лет. Я же им давно говорила…