Чтение онлайн

Справа, в полумраке, вдруг что-то зашевелилось.

– А... Еще один новенький, - из свёртка толстой материи показалась голова тщедушной старушки.

Я сразу прикинул, что по здешним меркам, ей уже, наверно, никак не менее пятисот, а может быть, и тысячи лет. Вся красота, очевидно, некогда бывшая у неё, теперь погребена под слоем морщин, под провисшей дряблой кожей и неухоженными волосами серебристо-стального оттенка.

– Скажите, что это за заведение и как отсюда выбраться?
– я подошел к ней поближе.

– Ты что, сдурел? Откуда ты такой взялся?
– старушенция удивленно вытаращила глаза.
– Одет не по-нашему, говоришь, чёрт знает как и чёрт знает что...

– Послушайте, у меня очень мало времени. Я турист с далекого маленького острова. Сюда попал случайно. Помогите мне выбраться.

Что-то недовольно пробурчав по поводу идиотов туристов в военное время, старуха принялась своим скрипучим голосом объяснять мне положение, в которое я попал.

Оказалось, что этот так называемый "музей-камера" является своего рода аттракционом не для слабонервных. В особенности для приезжих туристов. Подземелье, камеры пыток - всё сделано как в древнем мире, на заре развития человечества. Выйти отсюда можно только двумя способами: первое - найти выход из лабиринта, второе - найти и нажать кнопку вызова эвакуаторов, которые помогут оказаться на поверхности.

– Где эта кнопка, мамаша?
– торопливо спросил я.

Она прожгла меня язвительным взглядом:

– Где, где, - передразнила старуха.
– Не торопись, милок! Спешить тебе некуда. Всё равно раньше чем через двое суток выбраться отсюда тебе не светит. Во-первых, хотя этих кнопок и много - хотя бы одну надо ещё найти...
– она замолчала, беззвучно шевеля высохшими губами.
– Во-вторых, все они срабатывают с задержкой в два дня, чтобы такие туристы, как ты, могли вкусить все "радости" застенков, а также не прекращали борьбы с лабиринтом в поисках выхода, - злорадно улыбнувшись, продолжила старая развалина.
– И, наконец, в-третьих, эвакуация стоит довольно дорого - 200 экю. Вон, почитай правила, они висят на стене справа.

– Но на вывеске было написано, что музей бесплатный, - я удивленно поднял брови.

– Там было написано - вход бесплатный, впрочем, выход тоже, если ты его сам найдешь. А вот ваша эвакуация - это уже определенные затраты. Это коммерческое предприятие: бизнес есть бизнес!
– проскрипела она, радуясь произведенному эффекту.

– Меня отсюда вытащат. Думаю, самое позднее через час. А вот вы что тут делаете?

Она с недоверием улыбнулась и, видимо, опять укладываясь спать, пробормотала:

– Известно чего. Вчера взяла концентрированной пищи на три месяца и сюда. Воды здесь вдоволь, так что поживу пока. Наверху война, а здесь тихо и безопасно. Нас тут таких много...
– последние слова старуха произнесла едва слышно, видимо, уже в полусне.

– Если обо мне будут спрашивать, скажите, что я пошел туда, - я махнул в сторону ближайшего тоннеля.
– Меня зовут Майкл.

Нелепо было стоять тут, в идиотском состоянии нерешительности и ожидания. Ведь и помощь может запоздать, и интересно всё же взглянуть на камеры и ходы. Для того чтобы меня быстро нашли, я решил на поворотах и расхождениях тоннелей рисовать стрелки, указывающие мой путь. Для этой цели прекрасно подойдет чёрная резиновая подошва моих ботинок.

Я шёл по небольшой, холодной как погреб галерее. Шершавые серые стены в некоторых местах были покрыты каплями сырости, словно холодным потом. Мало-помалу я спускался всё ниже - проход плавно уходил вниз. Вереница тусклых огней озаряла каменные стены почти до самого верха, где они соединялись в виде свода на высоте метров шести. Этот тоннель был не шире трех-четырех метров. Кое-где и влево, и вправо от него ответвлялись боковые узкие и широкие ходы. Рисуя стрелку после каждого ответвления, я попробовал несколько раз свернуть. В одном месте проход закончился тупиком с массивной бетонной дверью. Сквозь решетчатое окошко в ней, я увидел трёх спящих в тряпье прямо на полу людей. В углу, не страдающей от избытка обстановки камеры, стекала струйка родниковой воды. Воздух, исходящий изнутри, был зловонен. В следующий раз я наткнулся, по всей видимости, на камеру пыток - приспособления, не вызывающие сомнений по поводу своего предназначения, были аккуратно расставлены по углам, некоторые висели на стенах. Один раз я увидел впереди какую-то промелькнувшую тёмную фигуру - она быстро исчезла в боковом проходе.

"Музей-камера" представлял собой не что иное, как обширный лабиринт извилистых и кривых коридоров, сходившихся и снова расходившихся, тупиков, кончавшихся камерами пыток или иными "увеселительными" заведениями.

Довольно быстро я понял, что в этой путанице мрачных тоннелей и галерей можно бродить дни и ночи и всё же не найти выхода. Подземелье наскучило мне, и я повернул назад.

– Майкл?

– Билл?

Мое сердце глухо стукнуло о грудную кость, словно кулак изнутри, когда после очередного поворота я нос к носу столкнулся со своим заместителем.

– Быстро я тебя нашел!
– воскликнул он и широко усмехнулся, сверкнув белыми зубами.

Билл рассказал, что они со Стивом задержались из-за неисправности вездехода. После моего исчезновения прошло уже около получаса, и пока Дэн связывался с Тейлой, Билл решил осмотреть "Музей-камеру" самостоятельно. Так он очутился здесь.

– Напрасно, Билл, ты сюда полез, - я угрюмо похлопал по холодной каменной стене.
– Найти здесь выход, пожалуй, нереально. Наверное, помочь нам сможет только Тейла.

– Если сможет - хорошо. А если нет? Если хозяева и обслуживающий персонал этого "музея" разбежались, уехали, попрятались? Может потребоваться время - часы, даже дни, чтобы разобраться с этим и вытащить нас отсюда.
– Билл, ободряя меня, положил руку на моё плечо.
– А времени нет: на счету каждый день, каждый час. Нам надо рассчитывать на свои силы. Угораздило же тебя влипнуть в это дерьмо!

Он вытащил свой нож и тупой стороной его острия приставил к стене справа от себя.

– Пошли!
– бросил он, направляясь в обратную сторону. Рука с ножом при этом царапала стену, издавая неприятный скрежет.

– Зачем ты портишь нож?
– удивился я.
– Если для того, чтобы оставить линию, то её и заметить труднее, чем мои стрелки, да и возни больше.

– Вовсе не для этого. Я говорил тебе, что прошел спецподготовку в разведке. Так вот, одно из боевых заданий было похоже: найти выход из лабиринта в подземных пещерах. Это можно сделать, если всё время идти, поворачивая строго в одну какую-нибудь сторону, ну допустим, всегда только направо. Чтобы не ошибиться, лучше даже взять какую-нибудь палку или нож, - он улыбнулся, - и идти, не отрывая её, например, от правой стены. Тогда рано или поздно выход будет найден. Вопрос только во времени, которое зависит от протяженности пещер и наличия соответствующего запаса воды и продовольствия, чтобы не умереть от истощения. Без воды человек живет около недели, без еды - месяц. Так что не дрейфь, не пропадем, - пошутил он.
– След от ножа - дополнительная гарантия: если всё же окажется, что мы блуждаем по кругу, я просто приставлю его к другой стене, и опять вперёд!

– Не думаю, что этот лабиринт настолько велик, - сказал я.
– А метод оригинален, вряд ли я бы сам догадался. Пошли быстрее! Если Тейла сможет помочь, думаю, она отыщет нас раньше, чем мы найдем выход.

Мы шли скорым шагом, поворачивая и обходя все правые коридоры, тупики. Глубокая тишина нарушалась только скрежетанием ножа да звуками наших шагов. В одном месте мы наткнулись на огромный зал, в центре которого чернело подземное озеро. Изумленные, мы остановились, и тотчас давящая тишина охватила нас своими ватными щупальцами.