Fortuna Caeca Est (Судьбы судебный приговор)
Шрифт:
— Что не скажешь о Грэдах и иже с ними. — Бросила тихо Миша, смотря за окно. — Возможно, я и ошибаюсь… мне, правда, хотелось бы так думать, но… Терпение Григория Грэда было исчерпано в тот момент, когда мне присвоили титул Баронессы. И нелегкое время, идущее с севера, ему на руку. Он — мастер игры, его нельзя недооценивать.
— Если он и будет действовать, то только чужими руками. Ты не сможешь поймать его с поличным.
— Да, и это все осложняет. — Вздохнув, Миша откинулась на своем сидении. — Страшно это признавать, но мне кажется, что для безопасности императорской семьи я бы даже… пошла на убийство. Если бы Грэд не был одним из двенадцати неприкосновенных. Не хочется на плаху. — Откашлявшись, она поправила ворот рубашки, словно на мгновение почувствовав давление петли. — А ведь он только этого и ждет…
— Без доказательств ты не сможешь подойти к нему. — Согласился Дракон.
— Я и не найду этих доказательств. Григорий — умный и осторожный сукин сын. — Выдохнув, Миша закрыла глаза, словно пыталась в мысленной темноте отыскать выход. — И что мне остается? Ждать, сложа руки?
— Если он и задумал сместить нынешнюю власть, это будет что-то крупнее, чем банальное убийство. — Проговорил со знанием дела Дракон. — Травить императора и его жену никто не станет, так же как и подсылать наемных убийц. Это вызовет скандал и долгие ненужные волнения в кругах совета, треть которого тоже не в восторге от нашего знакомого. Грэду это ни к чему.
— А если это будет… война? — Предположила Миша, на что Дракон с улыбкой кивнул. — Зима, защита империи ослабеет, темнота зимней ночи станет отличным прикрытием для врагов… Это безумие! Григорий хоть и подонок, но он не станет сговариваться с врагами империи…
— Ты так думаешь? — Усмехнулся мужчина. — Грэды достаточно богаты, чтобы купить собственную армию… а теперь подумай, как много солдат останется на стене и улицах Амб, когда от холода будет трескаться тротуарный камень?
— Наемники? Нелюди? — Дэймос неопределенно пожал плечами, словно показывая, что это лишь догадки, которым она может предавать значение или оставить без внимания. — Если так… целая армия же не сможет незаметно проскочить мимо нас?
— А это смотря с какой стороны скакать. — Проговорил Дракон, чуть сползая на своем сидении.
Ах да, она же знала, как он ненавидит тесные, замкнутые пространства. И теперь, когда Дэймос помог ей расставить фигуры на этой воображаемой шахматной доске, смысла мучить его утомительной поездкой дольше не было. К тому же… да, Миша предвкушала встречу с мамой, которой обещала вернуться час назад.
Когда Михаэль переступила порог своей усадьбы, последнюю было не узнать. Украшенный цветами, сверкающий чистотой, и золотом отполированных канделябров особняк явно готовился последние два часа к праздничной встрече со своей хозяйкой. К которой сама Миша была абсолютно не готова. Потому слегка смущенное, растерянное выражение застыло на ее лице.
— Госпожа. — Сэлли поспешно приняла ее китель, стряхивая с одежды снег. — Присланные подарки и письма с поздравлениями находятся в вашем кабинете. Гости ждут в парадной столовой, где уже все готово к…
— Гости? — Переспросила недоуменно Михаэль, точно зная, что никаких приглашений не высылала.
Судя по тому, как Сэлли отвела взгляд, она тоже была не рада тому, что эти «гости» соизволили сегодня появиться в этом доме.
— Вас ожидают, госпожа. — Поклонилась служанка, удаляясь с ее кителем, который, вероятно, решила почистить: все что угодно, только не появляться в той зале.
Выбор был невелик. И все же, зная почти наверняка, кого она увидит за праздничным столом, Миша поспешно прошла в обеденную залу, останавливаясь в дверях. Она понимала, какой вид являет гостям: влажные растрепанные волосы, покрасневшие от мороза щеки, наряд — военная форма, единственное украшение — подаренные сегодня императором именные золотые часы.
— Миша! Я ошиблась, когда верила, что генеральское слово твердо. Ты опоздала на час и, если бы не эти милые джентльмены, я бы уже совершенно отчаялась… — Голос матери постепенно растворялся в гуле, нарастающем в голове.
«Милые джентльмены» привстали со своих мест, выказывая свое фальшивое почтение. Деланные улыбки сверкнули ярче, чем бриллианты на их запонках.
— Лорд Грэд. — Пробормотала Миша, даже не пытаясь продемонстрировать хоть маломальское радушие. Сухая улыбка, прищуренный взгляд человека откровенно недовольного положением нынешних дел. — Вы и сына… — притащили — привели в мою скромную обитель.
— Баронесса! Именно Александр был инициатором нашего визита к вам. — Рассмеялся беззаботно Грэд, усаживаясь обратно на место, которое предусмотрительно занял рядом с ее матерью.
Сукин сын шел в наступление. И свой козырь — сынка — с собой прихватил. И вот уже час, как пить дать, нашептывал Нэнси Джелли о том, какой Александр отличный парень — лучшая кандидатура для ее простоватой дочери, несущей непомерный груз долга, с которым они, Грэды, всю жизнь на «ты». Просвещенные в политике, как внутренней так и внешней, они точно — та самая карта, которой не хватает в их пестрой колоде. Что они, великодушные Грэды, помогут и поддержат несведущих, непросветленных, откровенно недостойных Джелли всегда, везде и во всем, и даже больше — позволят рассчитывать на объединение их семей.
Именно в таком духе, в завуалированной форме, словно пытаясь толкнуть незадачливому покупателю бракованный товар, Грэд расписывал себя, свою семью и их многочисленные привилегии, от родословной до нынешнего положения при императорском дворце. И все это так ненавязчиво, с отлично подделанным простодушием, с лицом веселого добряка, если не сказать больше — святого. И будь все проклято, Григорий стремительно одерживал победу в этой игре. Найдя нужный подход к ее матери, мягкосердечной и простой женщине, готовой на все ради счастья своего ребенка, которое, якобы, на блюдечке хотят преподнести эти щедрые улыбчивые гости, Грэд старший в течение целого часа продолжал свой гипнотический сеанс. И, очевидно, он удался — Нэнси отвечала с улыбкой и явным радушием, наслаждаясь обществом «джентльменов».
— Дорогая, Григорий любезно согласился устроить нам экскурсию по этому чудесному особняку. — О, так он теперь еще и «Григорий»?! — Я и не знала, что раньше это место принадлежало их семье! Так же как и тот дом… где сейчас учится Роберт. Почему ты мне ничего не писал об этом, сынок?
Роб пробормотал что-то невнятное себе под нос, стараясь смотреть строго в свою тарелку. Казалось, с появлением в зале Дэймоса парень сник и сжался, не в состоянии объяснить самому себе причину такого поведения. Хотя к чему объяснения? Мужчина — темный Дракон, страх пропитывает сам воздух с его появлением.
— О… как мило с вашей стороны, лорд. — Пробормотала Миша, так и не решаясь сдвинуться с места.
Она еще раз осмотрела помещение — за роскошно накрытым столом сидела ее семья: молчаливый Роберт, угрюмый отец рядом с оживленной матерью, которая была в восторге от своего соседа — Григория Грэда, сидящего справа от своего сыночка. На противоположной стороне сидели Энгер и Белла, лица которых прямо говорили о том, что этим незваным гостям здесь не рады. Ну хоть кто-то здесь был с ней полностью солидарен.