Чтение онлайн

В Норвегии есть две доминирующие политические партии, каждая из которых имеет свою долгую историю и которые существуют в симбиозе. С правой стороны находятся консерваторы, чьими далекими предками были завоеватели и короли, они верят в индивидуализм и выступают за приватизацию государственной собственности. С левой стороны расположился рабочий класс с лозунгами «Работа для всех» и «Да – постоянной работе», они верят в надежность социал-демократии. Обе стороны существуют в условиях государственного порядка, который называется парламентаризмом, и зависят друг от друга. С одной стороны находятся работодатели со своим капиталом, с другой – работники, представляющие рабочую силу. В таком обществе работодателей представляет частный и государственный капитал. Все это зиждется на конкуренции на высшем уровне и на уровне рабочих фабрик и должно постоянно обеспечивать прирост. Возникает вопрос: какой рост выдержит экология? Ведь происходит так, что рост сказывается на экологической обстановке.

Примерно девять тысяч лет до нашей эры люди на Ближнем Востоке приручили диких животных, которые в настоящее время стали называться домашними. Их лишили инстинктов, позволяющих выживать в условиях дикой природы. Сегодня домашних животных превратить обратно в диких уже не получится. В Европе говорят о зубрах из польских лесов, которых истребили еще в XVII веке. Складывается ощущение, что человечество рубит сук, на котором сидит. Древние гены исчезают навсегда!

Загрязнение окружающей среды оказывает косвенное влияние на жизнь, условия жизни изменяются, и виды вымирают.

«Начиная с 1970 года исчезла половина видов, обитающих в море», – сообщает Всемирный фонд дикой природы (WWF) в своем новом отчете, о котором рассказывается на страницах NRK.no. TV2.no пишет о том, что с 1980 года поголовье дикого лосося уменьшилось на 50 %. В 1970 году в Норвегии начали разводить лосося и форель. Это не прошло безболезненно. «Управляющий компании «Шёмат Норге» Ингер Марие Сперре считает, что защита дикого лосося создает ненужные препятствия для роста в рыбоводстве. «Неужели дикий лосось имеет такое важное значение, что мы должны серьезным образом ограничивать рост производства, которое должно способствовать благосостоянию нации? – читаем на страницах NRK.no 11 ноября 2016 года. – Неужели дикий лосось и другие виды диких рыб закончат тем же, что и прирученные домашние животные? Получается, что наследственные инстинкты, подаренные природой, уже не востребованы. Такое отношение ужасает. У меня сердце кровью обливается при мысли о брутальности индустриализации, которая влияет на эволюцию, приручая диких рыб так же, как раньше были приручены домашние животные. Особенно когда дело касается лосося, одаренного сильными инстинктами».

«В новом отчете Научного совета по изучению лосося приводится информация о том, что 78 % поголовья лососей в Норвегии не обладает хорошими характеристиками», – пишет NRK.no 8 февраля 2016 года.

Речь идет о диком лососе. В норвежские фьорды сбрасываются миллионы килограммов химикатов для санитарной обработки лососевых ферм, что убивает креветок, живущих во фьордах. На больших морских банках креветок уже не осталось. Рыбаки, занимающиеся промыслом креветок и других видов, теперь вынуждены уходить на лов далеко в открытое море. «Уровень жирных кислот Омега-3 в лососе за последние 10 лет снизился в два раза. В корме для разводного лосося 70 % общего количества жиров составляют растительные масла», – пишет NRK.no 24 июня 2016 года.

«Изучив мозг разводного лосося, ученые пришли к выводу, что состояние большей части рыб можно описать как хронический стресс и депрессию», – пишет NRK.no 26 июня 2016 года. Автор, в течение нескольких лет (1945–1953) ходивший на кошельковый промысел лосося в Баренцевом море, знает характер этой рыбы. Лосось обладает сильным инстинктом миграции и изо всех сил борется за свою жизнь. (В 1953 году мы с товарищами из Сёр-Варангера были поставщиком лосося на празднование коронации королевы Великобритании Елизаветы II, о чем нам сообщил оптовый закупщик рыбы Гуннари из Бюгёйнеса.)

В отчете о состоянии рыбы за 2016 год Ветеринарный институт Норвегии обнародовал информацию о том, что 20 % разводного лосося, выращиваемого в Норвегии, погибает или исчезает в течение «морской фазы» (то есть в садках). В отчете также говорится о «росте количества случаев заболевания морскими вшами, а также иными инфекционными болезнями, как, например, инфекционной анемией и панкреатитом, что представляет собой угрозу здоровью рыбы, выращиваемой аквакультурой страны».

Использование медикаментов в производстве продуктов питания призвано избежать болезней и экономических потерь. Известно, что в аграрной промышленности для борьбы с вредителями используются огромные количества ядовитых веществ. Также известно, что в современном животноводстве для предотвращения болезней и эпидемий среди скота, содержащегося в небольших помещениях, и во избежание экономических потерь применяют большие дозы антибиотиков. Согласно информации, опубликованной на dinside.no, в 2017 году в мире 60–80 % всех антибиотиков пришлось на производство пищевых продуктов.

«Никто не представляет себе экологических последствий применения огромного количества медицинских препаратов, используемых при разведении лосося», – пишет NRK. no 13 марта 2016 года. Контроль со стороны властей Норвегии незначителен или вообще не осуществляется.

В приложении 24 автор пишет: «Если принять эту теорию борьбы за выживание среди крон деревьев за истину, то за последние 55 миллионов лет степень накала борьбы за отвоевывание территорий и тяги к разрушениям нисколько не изменилась. Причина этого – неумение сопереживать и сдерживать себя, что свойственно нашей цивилизации. Государство, которое умеет себя сдерживать, называют правовым. В правовом государстве есть независимый суд, который следит за справедливостью в обществе. И за несправедливостью со стороны государства тоже. Граждане США требуют права на ношение оружия в целях самозащиты от действий сограждан и государства. Однако чтобы достучаться до суда, пытаясь дать своему делу ход, даже при помощи полиции, похоже, в большинстве случаев невозможно, так как государство чинит этому препятствия, перенося сроки и отказываясь рассматривать большинство дел, как кажется.

В странах с парламентарным государственным строем власть разделена на три ветви: законодательную (стортинг/парламент), исполнительную (правительство) и судебную (суд). Стортинг определяет нормы (принимает законы) поведения в обществе и т. п. Правительство проводит эти законы в жизнь и контролирует их исполнение с помощью полиции, помимо прочего. Государство следит за осуществлением наказания, налагая штрафы или применяя к отдельным лицам тюремное заключение. Все это стоит больших средств и оплачивается гражданами, платящими налоги. Соглашаясь таким образом с государством, гражданин уступает государству право прибегать к определенным действиям в ответ на несправедливость. Болеет ого, действия от своего имени зачастую влекут за собой наказание. Таким образом, в цивилизованном обществе законодательная власть, стортинг, лишает гражданина всякой власти. Стортинг состоит из избранных народом представителей. Гражданин имеет законное право на защиту государства от несправедливости. Государство, со своей стороны, несет на себе законную ответственность по защите граждан от несправедливости. Если государство этого не делает, гражданин теряет к нему доверие и остается покинутым и незащищенным. «Вне закона», как получается. Это напоминает о человеческих судьбах несколько сотен лет назад, когда король мог объявить любого вне закона. Быть вне закона значит быть беззащитным и стать легкой добычей для остальных. Как уже говорилось, действовать против несправедливости своими методами чревато наказанием. В итоге у гражданина возникает чувство, будто бы он заключил договор с дьяволом в лице государства. Это чувство возникает, когда государство смотрит на проявление несправедливости сквозь пальцы, ничего не предпринимая. Гражданин вносит свой вклад в финансирование судебной системы, платя высокие налоги, и поэтому требует защиты властей. Государство нарушает свое обещание защищать граждан или поддерживать в обществе порядок, не боясь за последствия своих действий. В случае если обиженный гражданин берет дело в свои руки и пытается защитить сам себя, забирая причитающееся ему насильно, его штрафуют или сажают в тюрьму, поскольку его действия нарушают закон страны (как это обычно происходит), в то время как обидчик остается на свободе и может продолжать осуществлять свои криминальные поступки с позволения закона и полиции. У обиженного больше нет никакого выбора. Демократии, которая строится на свободе выбора, больше не существует. Мне хочется процитировать и перефразировать строки норвежского поэта Арнульфа Эверланна об обиженных: «Ты не должен терпеть несправедливость, от которой ты страдаешь». Это призыв к восстанию против государства, которое тебя предало. Такое впечатление, что для норвежских властей важнее разбазаривать миллиарды крон за рубежом, выступая в роли богатея и гражданина мира, чем защищать своих граждан от беззакония в своей стране. Беззакония, которые стортинг и правительство творят наглым образом посредством бесконечных отговорок и отсрочек.

Автору пришлось самолично столкнуться с подобной ситуацией два раза. Первый раз – в 2007 году, в Берлине, когда по экономическим причинам ему пришлось обратиться за помощью в поиске сотрудника в бюро контактов (самая недорогая альтернатива бюро подбора персонала). После того как автор заплатил немалое вознаграждение, владелец закрыл бюро и исчез с деньгами. Кто-то скажет, автор сам виноват. Но он воспитан на доверии к людям. О происшествии было заявлено в отделение уголовной полиции Берлина, однако ответа на заявление автор так и не получил. Год спустя автор узнал, что бюро продолжает заниматься своей деятельностью, но уже с новыми владельцами.

Норвегия – правовое государство? Несколько лет спустя, уже переехав в Норвегию, в Осло, автор оказался в еще более серьезной ситуации. В августе 2012 года он заключил договор с инженерной компанией в Акерсхюсе о ремонте ванной комнаты, замене труб и частичном ремонте кухни общей суммой 240 000 норвежских крон. В январе 2013 года подрядчик внезапно запросил оплату за работу, которая не была выполнена. В случае отказа от оплаты подрядчик угрожал немедленно приостановить ремонт. При том, что ремонт ванной комнаты был выполнен лишь наполовину, так как стены были облицованы специальными панелями, монтаж которых производила только эта фирма и ждать новых пришлось бы еще полтора года (всего три года с начала ремонта), автор вынужденно согласился на оплату. Спустя короткое время фирма разорилась. Оказалось, что ее владелец, по его же словам, уже подготовился к открытию новой фирмы на свое имя, хотя в тот момент она еще не была зарегистрирована. Он потребовал дать ему право завершить оставшуюся часть ремонта от имени новой фирмы, чего автор не хотел, поскольку считал, что это могло быть незаконным. У автора, конечно же, не было никакого контракта с новой фирмой, и он обратился к конкурсному управляющему. Автор приостановил платежи за оставшуюся часть работы, в том числе по счетам без подтверждающих документов (чеков), так как считал, что все требования по оплате должны впредь приходить от конкурсного управляющего. Поступив иначе, он бы утаил средства от конкурсного управляющего, что влечет за собой наказание, в том числе для автора. Из других источников автор узнал, что поставщики труб и оборудования могли затребовать оплату напрямую от заказчика, то есть от автора, и сообщил о причитающейся сумме конкурсному управляющему. Автор заявил на владельца фирмы-подрядчика в полицию, потребовав вернуть деньги за работы, которые не были выполнены, и возместить иные неподтвержденные расходы, и потребовал его наказания. Дело было зарегистрировано в полицейском департаменте Осло и в скором времени прекращено. Причина прекращения дела приводится цитатой: «Уведомляем вас о прекращении дела, так как считаем, что состава уголовного правонарушения в нем не имеется, согласно части 1 статьи 244 Уголовного кодекса Норвегии». Таким образом, стортинг Норвегии создал в «правовом» государстве некий слой, где законы и правила не действуют. Избранные народом политики (законотворцы), заседающие в стортинге, определили допустимые пределы уголовных правонарушений. Такие пределы, которые не достигают черты, пересечение которой вызвало бы внимание со стороны населения страны и заставило бы как-то отреагировать, поэтому Норвегию продолжают называть правовым государством. К подобному отказу от ответственности за соблюдение закона и правовых норм государство шло, по всей видимости, постепенно. Полиция «считает», то есть толкует закон таким образом, что, когда подрядчик выманивает деньги, угрожая приостановить ремонт в тот момент, когда заказчик наиболее уязвим, причин для наказания нет. Полиция также не отреагировала никоим образом и на то, что владелец разорившейся фирмы прибег к принудительному взысканию долгов по счетам, не имеющим подтверждения (чеков). Он затребовал через конкурсного управляющего сумму в 240 000 норвежских крон, которую хотел взыскать с автора. То есть получается, что он хотел получить эту сумму дважды, всего 480 000 крон. Сумма была настолько нереально велика, что конкурсный управляющий был вынужден отклонить это требование. Помимо требования на сумму 240 000 крон владелец разорившейся компании решил, обратившись к известной норвежской коллекторской компании, прибегнуть к принудительному взысканию по счетам без подтверждений на сумму 118 000 норвежских крон, которая по прошествии нескольких месяцев выросла до 204 623 крон. Несмотря на то что автор мог доказать, что эти счета не были ничем подтверждены, коллекторская компания, зная об этом, продолжала требовать их оплаты. Два варианта одного и того же неподтвержденного требования приведены ниже:

Счет № 112 на 17 445,50 норвежских кроны, последний вариант.

А вот предложение на те же услуги, которое было выслано по электронной почте месяцем ранее, общей стоимостью 6250 норвежских крон.

Все счета, выставленные новой фирмой, не имели оснований либо требовали оплаты по тем позициям, которые уже были оплачены. Некоторое время спустя бывший владелец осмелился выставить новые счета на основании ранее учтенных ведомостей работ, оплата по которым была произведена уже годом ранее. Ниже приводится счет под новым номером. Счет имел исходный номер 103 от 12.09.2012 и был оплачен 27.09.2012 согласно договору.