Чтение онлайн

Печатный орган, основанная Жаном Жоресом газета «Юманите», достался коммунистам - он и посейчас у них. ФКП сразу же стала самой массовой партией в стране - в ней состояло 130 тысяч членов.

Раскололось и наиболее массовое профсоюзное объединение - Всеобщая конфедерация труда (ВКТ). Большинство ее членов пошли за социалистами, а революционно настроенные профлидеры основали Унитарную всеобщую конфедерацию труда (УВКТ), тесно связанную с коммунистами.

После ужасов мировой войны, возникновение которой не без основания связывали с изъянами капитализма, идеи революционного переустройства мира на более справедливых началах были популярны и среди значительной части французской интеллигенции. Образование ФКП приветствовали такие деятели культуры, как писатели Анри Барбюс и Ромен Роллан, художник Поль Синьяк, а писатель Анатоль Франс и известный историк Альбер Матьер некоторое время состояли в ее рядах.

Обострение классовой борьбы не заставило себя ждать: когда в мае 1920 г. началась всеобщая забастовка на железнодорожном транспорте, правительство Национального блока объявило его работников мобилизованными и арестовало стачечный комитет. Свыше 20 тысяч железнодорожников было уволено.

На международной арене руководство страны считало своим долгом отстаивать Версальскую систему как соответствующую основным интересам Франции. Но в этой системе сразу образовались прорехи: США, не присоединившиеся к Версальскому договору и не вошедшие в Лигу Наций, заключили с Германией особое соглашение. Более того, американский конгресс аннулировал франко-американский договор о взаимопомощи, а потом аналогичное решение приняли англичане. Францию попросту «кинули»: она отказалась от своих территориальных претензий на левый берег Рейна в обмен на гарантию англо-американской поддержки в случае новых агрессивных поползновений Германии, а теперь недавние боевые соратники от своих слов отступились.

Тогда в поисках новых союзников французская дипломатия пошла на сближение с некоторыми государствами Центральной и Восточной Европы - теми, кому тоже было выгодно поддержание Версальской системы: Польшей, Чехословакией, Румынией, Югославией, прибалтийскими странами. Они же должны были образовать «санитарный кордон» против России, ограждая Западную Европу от большевизма. Такую политику иногда называли «политикой колючей проволоки».

Чехословакия, Румыния и Югославия в 1921 г. объединились в так называемую Малую Антанту. И они, и Польша видели во Франции главного гаранта своей безопасности.

На состоявшейся в 1920-1921 гг. Вашингтонской конференции рассматривались международные отношения на Дальнем Востоке и в Тихом океане. США, Великобритания, Франция и Япония договорились о взаимном признании своих владений в регионе и о совместной защите их. Они, и еще Италия, определили соотношение численности и огневой мощи своих военных флотов. Был установлен «принцип равных возможностей для торговли и промышленности всех наций на всей территории Китая».

В 1923 г. произошло серьезное обострение обстановки в немецкой Рейнской области. Германия, ссылаясь на тяжелое финансовое положение, попросила четырехлетней отсрочки в выплате репараций и в одностороннем порядке прекратила их.

Во Франции ситуация тоже была далеко не благополучной, и правительство Национального блока, ссылаясь на пункт Версальского договора, совместно с Бельгией ввело войска и установило оккупационный режим в Руре - важнейшем экономическом районе Германии. Это не понравилось никому - не говоря уже о Германии. США, Англия, многие другие страны усматривали в действиях Франции претензию на установление своей гегемонии.

Чувствуя поддержку, правительство Германии призвало население области к «пассивному сопротивлению». Там началась всеобщая забастовка, и рурский уголь, столь необходимый в том числе и для французских предприятий, перестал отгружаться потребителям. Соответственно во Франции упала выплавка чугуна и стали.

В Германии вследствие этих событий произошел катастрофический обвал марки: количество нулей на ценниках росло, как на дрожжах. Немец, в руках которого утром оказывались банкноты, спешил купить на них хоть что-нибудь - к обеду они не стоили ничего, рейхсбанк успевал выбросить в оборот новые триллионы марок. Но и курс франка снизился вдвое.

Особенно неприятным для французского правительства оказалось то, что недовольство немецкого населения передавалось оккупационным войскам: французские солдаты вливались в ряды демонстрантов, распевая при этом «Марсельезу» (очевидно, относясь к ней не только как к национальному гимну, но и вникая в смысл слов «тираны, трепещите»). Когда в Эссене безработные захватили здание ратуши, солдаты отказались усмирять их.

В Париже против оккупации Рура выступили коммунисты, половина социалистов и многие члены других партий, в том числе правых. Осенью 1923 г. правительство вывело войска, согласившись передать решение проблемы международному комитету экспертов.

В соответствии с достигнутым соглашением, Германия должна была выплачивать репарации в щадящем режиме аж до 1988 г. Но история показала, что слишком рассчитывать на эти деньги было легкомысленно. Платежи постоянно снижались, а когда в 1933 г. к власти пришел Гитлер, он заговорил совсем другим языком, так что стало неясно - кто кому должен.

В середине 20-х годов во Франции, как и во многих других странах наступил период, о котором потом с добродушной иронией вспоминали как о «безумных годах». Пусть эти годы не были «прекрасной эпохой», но относительное экономическое и социальное благополучие были налицо, а в области культуры и прочего подобного - «о-ля-ля!».

Вот как вспоминал их известный писатель Александр Зеваэс: «Погоня за любовными приключениями и миллионами, за удовольствиями и радостями жизни. На каждом углу распахнули двери танцзалы, куда спешила пестрая публика со своеобразными нравами и манерами. Сразу после войны, как и после Французской революции танцевали рьяно - чтобы опомниться от потрясений».

Конечно, кому что требовалось и кто как сумел устроиться. Рабочие, многим из которых пришлось теперь вплотную познакомиться с прелестями конвейерного производства и прочих потогонных систем, вынуждены были соглашаться на любое количество рабочих часов, лишь бы жить не хуже всяких там из мелкой буржуазии. Но объемы производства росли и в 1930 г. превысили довоенный уровень на 24%. По темпам развития Франция уступала только США. Немалое значение имело то, что немецкие репарации в эти годы все же поступали и составили в сумме 8 млрд. золотых марок.

Особенно успешно развивались тяжелая промышленность (металлургия, машиностроение) и такие передовые отрасли, как автомобильная, авиастроение, производство искусственного шелка, радиотехника, кинопромышленность. Безработица была невысокой - напротив, повсюду требовались рабочие руки, и во французскую экономику привлекалось все больше иностранцев - в 1931 г. их было уже 2,7 млн. человек. Преобладали поляки, итальянцы, русские эмигранты.

Из аграрно-индустриальной страны Франция превратилась в индустриально-аграрную. К 1931 г. городское население впервые превысило сельское.

Государственное регулирование экономики перестало носить форму прямого вмешательства, стало более гибким. Была отменена карточная система, правительство распродало многие построенные во время войны предприятия. В госсекторе остались только военные заводы (и то далеко не все) и железнодорожный транспорт (тоже не весь). Но государство по-прежнему активно участвовало в деятельности координирующих органов, таких, как Национальный экономический совет. В финансовой сфере важную роль играл государственный банк «Национальный кредит».