Чтение онлайн

Хватит заниматься самокопанием – надо спасать, лечить, выхаживать. Это – мое. И отдачу получаю. Пусть и не в денежном эквиваленте, зато – эмоциональную.

Хотя за внеплановое дежурство должны хорошо заплатить. И тогда куплю себе наконец красивые шторы. Никак все не соберусь. Старые надоели, после последней стирки они окончательно расползлись, а дешевку вешать не хочется.

Что ни говори, шторы придают комнате особый вид. И – защищают от любопытных глаз. Говорят, в Америке многие покупают себе бинокли, чтобы подсматривать в окна соседей. Вот так вот они далеки друг от друга – чтобы не одичать совсем, им требуется бинокль!

У нас, слава богу, в этом нет никакой необходимости.

К примеру, моя шестнадцатиэтажная башня так плотно примыкает к торцу такой же близняшки, что можно переговариваться с теми, кто курит на балконе соседнего дома, даже не напрягая связок. А с каким интересом все они наблюдают чужую жизнь! В кино ходить не надо.

Я стала замечать это недавно. В основном перед сном. После того как лишилась штор. Теперь моя жизнь – как на ладони. Зато ложась спать, я больше не чувствую так остро своего одиночества. Это плюс.

И, выключая свет, я гордо говорю, обращаясь к страждущим:

– Извините, господа, сегодня ничего захватывающего вы опять не увидите!..

И машу им рукой.

Дежурство выдалось нелегким.

За ночь пришлось принять роды у лабрадорши, прооперировать таксу и оказать первую помощь персидской кошке, подравшейся с бультерьером и умудрившейся после этого выжить.

Весь следующий день мечтала только о подушке. Вернулась домой в четыре часа, заставила себя слопать вчерашнего супчика и – провалилась в сон.

Разбудил меня, как всегда, звонок телефона.

Эх, опять не сообразила его отключить. Или, на худой конец, подушкой накрыть.

Было темно. Даже в окнах соседнего дома света не наблюдалось. Интересно, сколько времени я спала? И который вообще сейчас час?

– Алло!

– Галюсик, привет! – проворковала трубка.

– Здрасте, – едва выдавила я. – Который час?

– Полпервого. Ты что, спишь? – Вопрос был задан так искренне недоуменно, словно разбудили меня в полпервого дня, причем рабочего.

– Ну, что-то вроде этого...

– Ну-у, – протянула трубка разочарованно, – а между прочим, могла бы сейчас тусоваться с Жераром!

– В каком это смысле? Он же исчез, не звонил...

– Не знаю, не знаю... Кое-кому звонил... Выходит, подруга твоя более предприимчивая...

– Аня? Да я с ней пару дней назад разговаривала, она тоже его потеряла.

– А вот у меня другие сведения... Позвони ей, полюбопытствуй!

– Зачем?

– Ну, возможно, она тебе расскажет о нем.

А может, и в гости позовет. Вы же договаривались о встрече втроем? – И как-то раздраженно, добавила: – Эх, Галюсик, говорила ведь я тебе: мужиков окучивать надо, а не раздаривать подругам!

Ничего не понимаю.

Звонок в ночи прозвенел словно приговор. Приговор моей женской несостоятельности, моей глупой доверчивости, моей неуверенности в собственных силах... И что это она там плела про Анютку? Чего я такого важного пропустила, пока дежурила? Неужели они договорились о встрече за моей спиной?..

Не в силах и далее сдерживать некстати нахлынувшие эмоции, звоню Анне и – без предисловий – строго спрашиваю:

– Ну, и где наш француз?

– Только что ушел, – звучит в трубке ошеломляющий ответ.

Права Мадам. Меня обхитрили. Обошли стороной.

Дело во мне – я не способна всерьез заинтересовать ни одного мужчину.

И зачем, за чем я вообще пошла на ту вечеринку?

Ради очередного поражения?

Тогда ради чего тешила себя дурацкими надеждами?

– Вы встречались? Без меня?! Вот гады... – Я чуть не плакала. – Мы же собирались встретиться вместе! Вот так всегда... – безнадежно высморкалась. – Подруга называется! Могла бы и предупредить, я бы тут же подскочила... Эх ты!

– Успокойся, Галка, – тихим и каким-то раздавленным, не своим голосом произнесла Анька. – Сегодня тебе повезло больше.

И подробно, в красках, как только она и умеет, рассказала мне о своем свидании с французом.

Слушая ее, я с каждой минутой все больше осознавала, как действительно повезло мне.

О, как же мне повезло! Стоп...

Кстати, а зачем вообще меня пригласили на ту вечеринку?

И зачем мне сегодня звонила Мадам?

А?

Когда ОН позвонил, я принимала ванну.

К телефону подошел супруг. Он тут же постучал мне в дверь:

– Дусик, звонок из Парижа...

Я спешно накинула розовый махровый халатик на мокрое, с остатками мыльной пены, тело (прям как в импортных фильмах). С невинным видом, чмокнув в щеку супруга, взяла трубку и произнесла в нее бархатно:

– Алло-о-о?

– Бонжур, ма шерри!

– О, мон шер, – отреагировала я автоматически. – Какими судьбами?

Чтобы сдержать волнение, пришлось даже сесть в кресло и... сделать глубокий вдох.

– Я не вовремя?

Не вовремя? На долю секунды снова перехватило дыхание. Что, ну что еще можно сказать этому наглому, бесстыдному и своенравному французику, едва не разбившему мне сердце?

– Сколько лет, сколько зим!.. – не дождавшись ответа, произнес он нараспев.

Он еще издевается! Ровно столько зим и лет, чтобы я смогла его наконец забыть. Стряхнуть, как навязчивый сон, воспоминание о своей позорной неудаче. О жестоком просчете. О провале операции под именем «Жерар».

– Какими судьбами? – повторяю я, не придумав ничего лучшего.

– Звоню из аэропорта. Через четыре часа я буду в Москве, мечтаю тебя увидеть и заключить в объятия. Что думаешь по этому поводу?

Он мечтает, подумать только! Что это? Отсутствие предрассудков? Поверхностное восприятие бытия? Сколько лет прошло после нашего позорного прощания в том самом аэропорту? Четыре, пять?.. Целая жизнь!

– И... и надолго в наши края? – тяну время.

– В Москве буду ровно два дня, затем лечу в Питер, оттуда вернусь еще на пару-тройку дней и – в Алматы... Дальше поглядим, как пойдут дела. Так ты готова меня принять?