Чтение онлайн

– В принципе, неплохо, - Киаран дождался, пока мы подберем палочки, а потом начал разбор задания.
– Ты где-то полторы минуты держался против трех человек, пусть и не слишком активно атакующих, но все же это гораздо сложнее, чем проделанное нами на тренировках ранее.

– Но в будущем, - оборвал он мое удовольствие от этой замаскированной похвалы, - я жду, что ты сможешь справиться сразу с тремя, причем вместо Габриель будет стоять Жан-Клод или Мари.

Моя улыбка несколько поблекла.

– Но, на первый раз, опять же, вполне достойно, учитывая что ты не атаковал в ответ, а только защищался. А теперь - следующее упражнение...
– Дождавшись, пока девушки выйдут из зала, аврор продолжил.

– Сейчас мы с тобой будем заниматься усилением заклинаний не тем способом, каким я тебя учил до этого, а с помощью приставки Maxima. Не для всех заклинаний она будет работать, плюс к ним необходимо добавлять еще один взмах палочкой, что не всегда выгодно по времени.

– А в чем преимущество такого усиления, если можно просто вбросить добавочную энергию в заклинание.

– Несколько вариантов ответа. Сколько ты можешь вложить своей силы в тот же Stupefy?

– Хм... Достаточно много...
– вопрос поставил меня в тупик.

– Ирония в том, что если ты вольешь в тот же Stupefy всю свою энергию, то заклинание скорее всего распадется прямо перед тобой, и хорошо, если ты сам не поджаришься при этом.

– То есть в усиленное заклинание можно будет вложить больше энергии?

– Совершенно верно. Если хочешь, можно проверить с обычным и усиленным Stupefy. Я буду держать перед тобой щит от физического и теплового воздействия, ну а ты попытайся влить все силы в простой Оглушитель.
– Аврор помахал палочкой сначала над управляющим комнатой руническим камнем, выводя на максимум защиту тренирующихся, а потом произнес незнакомое мне заклинание, закрывшее меня тонкой пленочкой золотистого света.

Я сосредоточился, мысленно заставляя ревущий поток силы рвануться в палочку.

– Stupefy.

– БАХ!
– меня отшвырнуло неслабым взрывом на несколько метров, Киаран отлетел в сторону, но сумел сгруппироваться и приземлился на ноги, мотая головой - его оглушило близким разрывом.

– Проклятье! Я совсем забыл, что в потенциале ты гораздо более сильный волшебник, чем я. Если бы не защита комнаты, мы бы сейчас ждали, пока к нам придет потерявший нас Жан-Клод и вызовет медиков.

Я тоже потряс головой, как будто стараясь вытрясти из неё отголоски вызванного мной взрыва энергий.

– А теперь попробуй то же самое - но с усиленным словесно заклинанием.

Я честно постарался сосредоточиться, хотя возможность опять улететь на пол от всплеска силы не прельщала.

– Stupefy Ma'Xima!

Темно-красный толстенный луч рванулся из моей палочки и исчез в ближайшей стене, вызвав радужные переливы защищавшей её магии. Киаран, полюбовавшись полученным эффектом, взмахом палочки уменьшил защиту комнаты.

Оставшиеся часы тренировки прошли в изучении того, какие заклинания можно усиливать, а какие бесполезно, и также в отработке нескольких довольно мощных боевых заклинаний. Среди них мне особо понравилось находящееся на грани светлой и темной магии режущее Seco и взрывное Bombarda, которым Киаран с одного удара пробил мой Protego, сказав потом, что для оказывающих физическое воздействие ударов необходимы отдельные щиты.

1 июля. Поместье Делакуров.

– Как ты, Гарри?
– Вошедшая в комнату Флёр с беспокойством посмотрела на меня.

В ответ я помахал ей перебинтованной рукой:

– Лучше чем могло быть, но хуже, чем хотелось.
– Девушка некоторое время осмысливала сложную для перевода на другой язык фразу, но потом с облегчением улыбнулась.

– Я хотела еще раз поблагодарить тебя, что ты вступился за меня, Гарри.
– Флёр села на стул возле постели, взяв в свои маленькие теплые ладошки мою оставшуюся целой левую руку.
– Киаран сказал, что к вечеру ты встанешь на ноги как новенький.

Я несколько секунд наслаждался исходящим от ее рук ласковым теплом, потом все же нашел в себе силы ответить:

– Да, в этом плане аврор-медик предпочтительнее нашей хогвартской мадам Помфри, - я невольно засмеялся, представляя себе, как почтенная медсестра заперла бы меня в больничном крыле на несколько дней.
– Та бы так легко не выпустила меня из своих когтей.

– А то, что я вступился за тебя, это ведь обязанность любого благородного человека, Флёр.
– Я, наконец, сделал то, что давно хотелось, поднеся её руку к губам и осторожно поцеловав хрупкое запястье, ощущая под нежной кожей биение пульса. Флёр вздрогнула, как будто между нами проскользнул разряд энергии.
– Ну и к тому же у меня было много причин так поступить.
– Почти смущенно улыбнулся я девушке, не выпуская ее ладонь.

– Мистер Поттер, только ваше состояние раненого мешает мне приступить к немедленному допросу, чтобы вы поведали мне все эти причины.
– Флёр, к моему огромному удивлению, вступила в словесную игру.

– В любом другом состоянии я был бы обеспокоен за свою дальнейшую судьбу, прекрасная леди, но мой статус раненого дает мне робкую надежду, что я доживу до конца допроса.
– Флёр, услышав эту напыщенную сентенцию, засмеялась.

– В таком случае, в качестве благодарности за спасение, прекрасная леди обязана наградить своего верного рыцаря, - мягкие теплые губы прикоснулись к моим губам, аромат близко-близко придвинувшегося женского тела окутал меня, заставляя сбиваться мысли. Зрачки девушки расширились, делая взгляд маняще-бездонным, и я тонул в этих глазах, кожей ощущая участившееся дыхание Флёр

Несколькими часами ранее.

Эта прогулка по магической части Парижа была особенно волнительной для меня, ведь мы с Флёр впервые оказались вдвоем - Габриель отправилась погостить к своей бабушке-вейле. Так что сейчас мы сидели за крошечным деревянным столиком в уютном уличном кафе, практически пустом в это время, и ели мороженое. Я украдкой присматривался к моей спутнице - даже притом, что вейловские чары на меня не действовали, Флёр все равно была очаровательна.

Поймав мой взгляд, девушка довольно улыбнулась, отправляя в рот еще одну ложечку мороженого. Мой взгляд невольно остановился на полных улыбающихся губах, чуть запачканных холодным лакомством, и внутри загорелось дикое желание поцеловать француженку. Останавливала меня только одна парадоксальная, на первый взгляд, мысль. Когда я в последний раз беседовал с Сириусом по сквозному зеркалу, я в шутку спросил у него, не собирается ли неугомонный волшебник несколько остепениться. Ответ крестного поразил меня невероятной безнадежностью, которой я не ждал от вечно веселого Сириуса. Сириус сказал, что до тех пор, пока в Англии есть Темный лорд, а сам маг не оправдан от несправедливых обвинений в массовом убийстве, он не видит возможности связать свою судьбу с достойной девушкой.