Французский квартал
Шрифт:
— Что? Ты назвала Эрролу имя насильника? Селина секунду поколебалась с ответом, потом нервно всплеснула руками и прошептала:
— Нет… нет… я просто рассказала о том, что произошло, и он разозлился.
Джек решил не копать глубже, дабы не заставлять ее лгать.
— Не знаю, поймешь ли ты меня правильно… но мне всегда, всегда было очень хорошо и покойно с Эрролом, — проговорила Селина, глядя себе под ноги.
«Да, мне это действительно трудно понять правильно…»
— Очень рад это слышать. Но если тебе было так хорошо, почему же ты сразу не согласилась стать его женой, как только он сделал тебе предложение?
— Ты не понимаешь… — Теперь она отвела глаза в сторону.
— Что я не понимаю?
— Эррол был мне как отец… «Другими словами…»
— Должен ли я воспринимать это как комплимент лично мне, леди? Невольный, разумеется? А? — проговорил он, но тут же испугался ее возможного ответа и торопливо добавил: — Ладно, не будем. Это не важно.
— Нет, важно, очень важно. Но у нас действительно сейчас столько разных забот и волнений. Скажем, мои родители… Через некоторое время я поговорю с Сайрусом насчет того, как быть с ними.
— В следующий раз, беседуя со своими родителями, скажи им, что ты не будешь — ни при каких обстоятельствах не будешь — работать на Уилсона Ламара. Ты меня поняла?
Селина взглянула на него и тут же опустила глаза, но он успел заметить в них удивление.
— Я бы хотел, чтобы ты переехала жить ко мне. Там нас никто не побеспокоит. Я не хочу, чтобы ты чего-то ждала и долго раздумывала, Селина. Нет смысла ждать, нет смысла раздумывать. Мы можем обвенчаться уже через пару-тройку дней.
Она молчала.
— Ты понимаешь, что я имею в виду, — не унимался Джек. — Мы не станем скрывать в день свадьбы твою беременность. У нас просто не получится. Просто чем раньше мы о ней скажем, тем быстрее о ней забудут.
— Ты консерватор и думаешь, что все вокруг консерваторы, — отозвалась Селина. — Но я не против. Скажи… почему ты так решительно настроен против Уилсона?
— Мне не нравится, как Ламар к тебе относится. Он не вправе приказывать тебе, но почему-то это делает. Поэтому мы перекроем ему кислород. После нашей свадьбы он должен будет каждый раз иметь сначала дело со мной, когда вздумает обратиться к тебе со своими идиотскими предложениями.
Селина внимательно взглянула на него.
— У тебя с ним что-то было в прошлом, не так ли? Джек еще не был готов отвечать на такие вопросы.
— Ничего такого, что было бы . достойно твоего внимания, дорогая. Просто небольшое несходство во взглядах на жизнь…
«Небольшое несходство» выражалось в том, что Ламар не хотел отвечать за свои игорные долги и требовал для себя привилегий на том основании, что считал себя общественным деятелем, а не зарвавшимся адвокатом, каковым являлся в действительности.
Селина, помолчав немного, сказала:
— Ладно. А насчет моего немедленного переезда к тебе… вряд ли это хорошо, Джек.
Главное для Джека теперь было добиться своего и при этом не давить на нее слишком сильно.
— Мне делается не по себе при мысли о том, что я оставлю тебя здесь одну.
— Сайрус вернется.
— Тогда так: или ты пойдешь сейчас со мной, или я останусь здесь ждать Сайруса.
— Не говори глупостей. Со мной ничего не случится. Кроме того, мне еще нужно выяснить, что хотел сказать Антуан. Сегодня он, между прочим, вообще не появился. Тогда он явно хотел, чтобы я его выслушала. С тех пор мы не виделись.
— Черт возьми! — буркнул Джек. — Совершенно вылетело из головы! Дуэйн рассказал мне, что Антуан пришел к нему в клуб в ковбойской шляпе, надвинутой на самые глаза. Дуэйн такого же мнения об Антуане, что и ты. Он богобоязнен и боится приближаться к злачным местам слишком близко, дабы не подвергнуть опасности свою бессмертную душу. И тем не менее он пришел в клуб.
— Зачем? О чем они говорили? Джек нахмурился.
— Антуан сказал Дуэйну, что видел кого-то около дома… в то самое утро. Дуэйн стал было его расспрашивать, но Антуан чего-то вдруг испугался и тут же ушел, не проронив больше ни слова.
— Понятно, почему он пошел к Дуэйну, — задумчиво проговорила Селина. — Он считает его хорошим человеком. Доверяет ему. Значит, ему нужен был совет.
— Вот именно, совет. Он считал, что за ним следят. Был очень напуган.
— Но что же он увидел здесь в то утро? Что? И почему не рассказал полиции, когда они приехали?
Джек пожал плечами:
— Понятия не имею. Надо узнать, почему он сегодня не пришел. Как с ним связаться?
— У них дома нет телефона.
— Тогда, может, к нему заглянуть?
— Надо еще найти адрес. Антуан имел дело с Эрролом напрямую. Эррол платил ему жалованье и давал задания. Все это без моего участия. Думаю, они давно уже знали друг друга.
— Нельзя сидеть сложа руки и надеяться на то, что он когда-нибудь все же соизволит объявиться.
В дверь позвонили. Звон колокольчика эхом раскатился по всему дому.
— Я открою, — сказал Джек, выходя вместе с Селиной в коридор. — А ты пока постарайся отыскать адрес Антуана в бумагах Эррола, хорошо?
Он быстро спустился по лестнице и распахнул дверь. На пороге стояла высокая женщина с грубоватым костистым лицом и большими глазами, такими черными, что в них, казалось, отсутствовали зрачки. Волосы ее были собраны сзади в маленький тугой узел. Негритянка, на вид лет сорок. Свободное цветастое платье не скрывало красивого тела. Она замерла на крыльце, как статуя, но даже в этой неподвижности угадывалась природная грация. В руках у нее была большая сумка.
— Добрый день, — сказал Джек, хотя к Новому Орлеану уже почти подобрались ранние сумерки. — Я могу быть чем-нибудь полезен?
— Добрый день, — ответила она, и ее нью-йоркское произношение резануло Джеку слух. — Я жена Антуана. Пришла повидать Селину Пэйн. Она дома?
Женщина с трудом скрывала сильное волнение. Джек улыбнулся и протянул руку:
— Джек Шарбоннэ. Я с большой симпатией отношусь к вашему мужу, миссис…
— Спасибо. — Она не пожелала назвать свою фамилию и только произнесла: — Роза.
Они прошли в кабинет, где Селина возилась с картотекой.
— Это Роза, жена Антуана, — представил незнакомку Джек.
— О! — воскликнула Селина. — Какое совпадение! А я как раз пытаюсь отыскать его домашний адрес. Он не заболел? Насколько я поняла, Антуан вчера хотел со мной поговорить, но у меня были посетители и он ушел. С тех пор мы не виделись. А сегодня он вообще не появился.
Женщина нервно теребила в руках сумку. Она держалась абсолютно прямо и была, оказывается, немногим ниже Джека.