Чтение онлайн

Швартовы отданы, машина со свистом пускает пар, и «Галлия» медленно двигается к шлюзу, входит в распахнувшиеся перед ней ворота, шлюзуется, покидает порт и, ускоряя ход, направляется в открытое море, ведя на буксире качающийся на волнах лоцманский катер.

Первый айсберг. — Доктор в восторге от Арктики. — Летящее Перо узнает, что такое Северный полюс. — Опасения Констана Гиньяра. — Сквозь туман. — Первая стоянка. — Пилот, каких мало на свете. — Юлианехоб [21] .

— Честное слово, это льдина!.. Настоящая плавучая ледяная гора! Китобои зовут ее айсбергом. Ты ведь видел такие, Ле Герн, когда охотился на китов?!

— Слово матроса, ты прав, парижанин, это айсберг! Черт подери, у тебя отличное зрение, хоть ты и кочегар, а кочегары обычно видят не лучше сухопутных работяг или корабельных коков!

— Нечего зубоскалить! В Париже я вижу стрелки на часах Обсерватории в Люксембургском саду, повернувшись к ним задом!.. Кстати, хозяин обещал поднести стаканчик тому, кто первый заметит льдину! Пойдем сообщим ему! И выпьем вместе.

— Летящее Перо, ты — настоящий брат! Лет через десять ты мог бы стать марсовым, если бы не работал в кочегарке. — И Ле Герн крикнул во всю мочь: — Лед впереди, хозяин! Мы заработали выпивку!

Первый помощник капитана, бывший как раз на дежурстве, тут же передал новость д’Амбрие, и тот вместе со вторым помощником и доктором бросили завтрак и выскочили на палубу с биноклями в руках.

Появление льдины свидетельствовало о близости гренландского берега, и это не могло не обрадовать капитана. Он распорядился дать парижанину обещанную награду и вернулся в каюту продолжить завтрак.

— Доктор, еда стынет! — крикнул д’Амбрие врачу, взобравшемуся повыше, чтобы лучше разглядеть льдину.

— Не беспокойтесь, — откликнулся доктор, — я так люблю Арктику, что готов пожертвовать завтраком. Хочу поприветствовать айсберг, словно первую ласточку.

— Как вам угодно.

Только капитан спустился в каюту, как по левому борту появился еще один айсберг, правда поменьше. Затем третий, четвертый.

— Все хорошо, все отлично! — шептал доктор Желен, не замечая, как на пронизывающем ветру у него стынет нос.

— Доктору, видимо, нравятся страны, где можно замерзнуть, — тихо произнес Артур Форен.

— Да, мой дорогой весельчак, — ответил полярник, в силу своей профессии улавливавший самые тихие звуки. — Вы тоже полюбите их, когда увидите, как они сказочно красивы.

— Извините, доктор! — Обычно самоуверенный кочегар немного смутился. — Не ожидал, что вы расслышите мои слова.

— Ничего плохого ты не сказал, мой мальчик! Гляди! Еще один айсберг по левому борту! Уж не началось ли таяние льдов? Нет, еще рано!

— Прошу прощения, доктор, разрешите спросить… — нерешительно обратился к Желену Артур Форен.

— Да, мой мальчик?

— В стране льдов и в самом деле красиво?

— Изумительно! Ослепительно! Прекрасно! Ты там увидишь холмы, горы и пропасти, арки, шпили, колокольни, причудливые ледяные фигуры, ни с чем не сравнимые сияния! Невозможно описать всех красот этой страны!

— Еще прошу прощения, господин доктор! Скоро ли мы их увидим?

— Скоро, мой друг, через двадцать четыре часа «Галлия» подойдет к мысу Фарвель, ниже шестидесятого градуса северной широты.

— Как странно, — продолжал парижанин, ободренный благожелательным тоном доктора, — я-то думал, что лед везде гладкий, ровный, как у нас на пруду.

Желен спустился вниз, подошел к кочегару и рассмеялся так громко, что стоявшие на своих постах матросы невольно обернулись.

Летящее Перо понял, что сказал глупость, и покраснел.

— Милый мой, — продолжал доктор, так и покатываясь со смеху, — с такими представлениями о полюсе сидеть бы дома и торговать жареными каштанами!.. Разве тебе неизвестно, что бывают ледники шириной в сто километров и высотой в сто, сто пятьдесят метров над поверхностью воды?! Я говорю «над поверхностью воды», потому что их подводная часть соответственно равна пятистам и шестистам метрам!

— Чудеса! — воскликнул пораженный моряк.

— От них-то и отделяются плавающие льдины, которые мы только что видели. Под воздействием слабого солнечного тепла Гренландии и в особенности от непрерывного напора вод океана от ледников отделяются осколки и плавают, пока не растают. Сами в этом убедитесь, когда зайдем за Полярный круг.

— Господин доктор, осмелюсь вас спросить…

— Спрашивай, пожалуйста!

— Мы здесь все как одна семья, вы, должно быть, это уже поняли…

— Ну конечно, продолжай!

— Так вот, с того самого дня, как мы покинули Францию, только и разговоров что о полюсе!.. Но никто из нас, должен признаться, даже китобои, не могут объяснить, что такое полюс!.. Я тоже, хоть и не глупее других.

— Это очень просто. Слово «полюс» греческого происхождения и означает «вращать». Это точка пересечения воображаемой оси вращения Земли с земной поверхностью. За двадцать четыре часа земной шар оборачивается вокруг своей оси один раз.

— Так вот оно что! А я-то думал, это такое место на Севере, где лютый холод и куда никто не может дойти.

— Возьмем, к примеру, какой-нибудь шар, скажем, деревянный или, нет, лучше апельсин, проткнем его насквозь вертелом и будем поворачивать. Полюс — это точка, из которой ось выходит наружу.

— Но ведь этих точек две!

— Правильно! Полюс Северный и полюс Южный. Понятно?

— Как будто да, господин доктор… Но есть еще этот чертов Полярный круг, о котором так беспокоится мой товарищ Констан Гиньяр, потому что очень любит стофранковые монеты!

— А! Из-за надбавки одной десятой месячного жалованья после пересечения «Галлией» Полярного круга! Так вот. Полярных кругов существует два. Это параллели к экватору, которые проходят на широте шестидесяти шести градусов тридцати трех минут от Северного и от Южного полюсов. Соответственно говорят о Северном полярном круге, как в нашем случае, и о Южном полярном круге.

— Значит, мы пересечем круг, когда будем приблизительно на шестьдесят шестом градусе широты от Северного полюса?

— А что такое экватор?

— Это линия, на которой купают. Меня купали, когда я плавал в Рио!

— Где же она, эта линия? Из чего сделана?

— Балаболка ты бестолковая! Это, как бы сказать… вроде того… Господин доктор, как бы ему объяснить?

— Линия эта тоже воображаемая, вокруг Земли; плоскость, образуемая линией экватора, перпендикулярна земной оси.

— Кажется, я наконец понял! Если разрезать апельсин пополам на равном расстоянии от обоих полюсов, то получатся две одинаковые части — два полушария Земли. Плоскость разреза составит прямой угол с осью.