Чтение онлайн

Очень мило. Только давайте оставим это на совести авторов политкорректных мелодрам про геев — призеров Берлинского кинофестиваля. И представим себе, как должна была выглядеть эта сцена на самом деле.

Узнав страшную новость, позеленевший от ужаса Джим поспешно вспоминает, когда они в последний раз... затем издает страшный вопль в пространство и бежит в ближайшую больницу — проверяться. И он постареет лет на десять в ожидании результата.

Но Хаттон никуда не бежит, не проявляет никакого беспокойства, а тест на СПИД проходит только спустя годы. А лечиться начал, только когда во второй раз прошел тест — в 1991 году.

Странная беспечность! При том, что, когда у него что-то случилось с позвоночником, Хаттон ездил на физиотерапию каждый день в течение месяца. Порезанный палец поехал зашивать в больницу. А от СПИДа, от которого дивизиями вымирают знакомые геи и собственный любимый муж, до самой смерти Фредди он не лечится.

Причем Хаттон не описывает ни одного факта своего лечения от СПИДа, ни одного признака болезни, ни какими лекарствами пользуется, ни какой клиникой, ни у каких врачей лечится...

Допустим, Хаттон каким-то чудом избежал заражения. Теоретически это возможно: секс с ВИЧ-инфицированным партнером — рулетка. Но все же тест он должен был пройти немедленно, если ему хоть немного дорога собственная жизнь.

Но он этого не сделал.

Что бы там ни было, но сексуальные отношения между ними должны были полностью прекратиться. Но Хаттон доходит до полного непотребства — он утверждает, что все продолжилось, но в презервативах, а до того Фредди презирал безопасный секс...

Ну, знаете... Любому ребенку известно, что презерватив не является стопроцентной защитой от СПИДа, тем более при регулярных половых контактах с ВИЧ-инфицированным партнером. Неужели Фредди ради похоти рискнул бы жизнью любимого? Неужели Хаттон рискнул бы сыграть в «русскую рулетку»?

Хаттон лжет, как лгал все время. Просто эта история со СПИДом полностью доказывает, что у него с Меркьюри не было никаких интимных отношений.

Хаттон все время говорит, что он обречен, что скоро умрет от той же болезни, что и Фредди. И жалуется на Мэри Остин — как она могла выбросить на улицу человека, дни которого сочтены, как она могла быть так жестока (она якобы сказала Хаттону: «Фредди уже ждет тебя»).

В таком случае Фредди сильно заждался.

Прошло уже более 20 лет со смерти Фредди Меркьюри, а Джим Хаттон до сих пор жив и здоров. Он не только не умирает от СПИДа — у него нет никаких отдаленных признаков этой болезни. Он бодр и явно не собирается умирать в ближайшее время. Подтянутый и загорелый Хаттон, «дни которого сочтены», раздает интервью, выступает по телевидению, ездит по фан-конвенциям, встречаясь с преданно заглядывающими ему в глаза квиноманами, снимается в документальных фильмах о Фредди Меркьюри...

Сколько еще продлится эта авантюра? Сколько еще Джим Хаттон сможет обманывать людей? Пять лет? Десять? Двадцать?

Надеяться он может только на то, что пропаганда превратила людей в идиотов и что вопрос о его здоровье просто замнут. Пока примерно это и происходит. Чем дальше, тем все яснее, что Хаттон не тот, за кого себя выдает. Чем больше насмешек вызывает его безупречное здоровье, тем более нагло и агрессивно идет его навязывание публике. В данном случае режиссеры этого спектакля использовали старый манипуляционный метод: смертельная болезнь бедного Джима просто перестала упоминаться. Политика поменялась, смерть Хаттона от СПИДа и его торжественные похороны под «Who wants to live forever» пока не планируются, а потому лучше всего, чтобы поклонники поскорее забыли старую байку об умирающем Джиме, зараженном развратным Фредди. А особенно настырным скажут, что медицина продвинулась вперед, Джим успешно проходит терапию, и, как говорил Карлсон, Живущий На Крыше: «Случилось чудо — я выздоровел». Как умирающий от СПИДа и постоянно выпивающий (что категорически запрещено проходящим терапию ВИЧ-инфицированным) Хаттон смог совершить такое чудо..; не задавайте вопросов, среди квиноманов это не принято. Впрочем, Хаттон играет в опасную игру. Его безупречное здоровье уже давно вызвало нехорошие слухи среди здравомыслящих квинома-пов. В будущем он может скоропостижно скончаться от СПИДа, а про его чудесное исцеление поскорее забудут...

На этом можно было бы остановиться. Все остальное в книге Хаттона можно не читать — шулер раскрыл свои карты, игра окончена. Но, поскольку он обманул весь мир, с его ложью придется разбираться более серьезно и основательно.

Начнем со знакомства.

По словам Хаттона, его первая встреча с Фредди произошла в одном из лондонских гей-клубов в 1983 году. Фредди задал Хаттону вопрос: «Купить тебе выпить?». «Пошел ты», — вежливо отвечает Джим... «Это же Фредди Меркьюри», — говорят ему. Джим еще не знает, что перед ним «сам» Фредди Меркьюри — он не разбирается в музыке...

Затем Хаттон видел еще один раз Фредди в ресторане «September» в 1984 году. Совершенно случайно парикмахер оказывается в дорогом ресторане и совершенно случайно встречает там Фредди. Наконец, 23 марта 1985 г. он в третий раз и опять случайно встретил Фредди в гей-клубе «Market Tavern».

Самое смешное в этих встречах то, что Фредди в это время не жил в Англии, однако в каждый свой приезд умудрялся встретить Хаттона, куда бы ни шел.

Хаттон заявляет, что весь 1984 год Фредди, когда бывал в Лондоне, просил шофера по имени Гарри (Питером его звали, но это так, мелочи) посмотреть, сидит ли Джим в гей-клубе, после чего спокойно ехал развлекаться в «Heaven». Чудная сказка — Фредди влюбился по уши в страшномордого парикмахера, но непонятно, почему тянул полтора года. Более того, оказывается, это Фредди искал встреч с Джимом. Сидел, наверное, как Штирлиц на знаменитой встрече с женой, и украдкой посматривал на милого из-за столика. Далее он договорился до «...я не знаю, как произошло так, что Фредди узнал, где я отдыхаю».

И вот Хаттон попадает к Фредди:

«На улице почти рассвело.., но все на этом этаже были настроены продолжать вечеринку. Фредди предложил мне немного кокаина, но я этим не увлекался. «Нет, спасибо, — сказал я. — Не употребляю». Случалось, я покуривал травку, — но не более.

Несмотря на то что комната была набита шумным народом, я и Фредди постоянно флиртовали. Мы постоянно обменивались взглядами, то подмигивая, то кивая, то прикасаясь друг к другу.

В конце концов мы с Фредди упали в его постель, слишком пьяные, чтобы что-либо делать — разве что потискать друг друга для легкого кайфа. Фредди нежно прижался ко мне. Мы немного поболтали, пока, наконец, не вырубились. На следующее утро мы лежали, обнявшись, продолжая тот разговор, на котором остановились.

Когда мы стали обсуждать, что каждый из нас делает по жизни, я сказал, что я — парикмахер. «Я — певец», — ответил он. Потом он предложил пойти и заварил мне чашку чая».

Если бы не голубой оттенок, сильно смахивает эта бредовая сцена на дешевый дамский роман...

Далее Хаттон утверждал, что он не видел Фредди еще три месяца. Затем снова встреча, любовь и т.д., еще встречи — и после событий, которые, если попытаться обойти «фрагментацию» и составить из них единую цепочку, должны занимать минимум месяца три, Джим оказывается вместе с Фредди на «Live Aid», где он смотрит выступление любимого на сцене и орет на весь Лондон: «Это мой мужчина, мой мужчина поет!».

Представьте эту сцену. Смешно? Нелепо? Никто не замечает орущего мужика, так странно компрометирующего вокалиста «Queen» под прицелом сотен камер.

Самое смешное, что «Live Aid» был 13 июля. Хронологически получается полное несоответствие. Как во всех фальшивых биографиях Фредди Меркьюри, ложь легко выявляется по анализу дат.

Вообще Хаттон все время рядом с Фредди, но никто его не видит. Например, на той самой «мюнхенской» вечеринке любимый муж старался, чтобы камера нигде не засекла его с Фредди, поэтому, как только камера наезжала, он исчезал. Таким образом он объясняет тот факт, почему его нет рядом с любимым. Он «хотел сохранить анонимность», но «большую часть времени провел рядом с Ф.». И как это объяснить?