Чтение онлайн

— М-м-м, вкусно! — с наслаждением прикрыв глаза, прокомментировала Алиса. — А булочки-то какие! Просто объедение!

— Да, я после концерта проголодался, как волк, — признался я, вгрызаясь в мягкий, ещё теплый бок булочки.

— Это всё по-детски как-то, кефиром отмечать, — поморщилась Ульянка.

— Между прочим, в кефире тоже есть алкоголь, — заметил я, — так что всё по-взрослому.

— Ну, если только совсем чуть-чуть, — не унималась она.

Разговор, перескакивая с одного воспоминания на другое, постепенно сбавлял обороты, становясь более спокойным и размеренным. Эмоции, поначалу бившие через край, понемногу утихали, как внезапно налетевший летний ливень, что, стремительно промчавшись, оставляет после себя лишь свежесть и умиротворение.

В этот момент дверь музыкального клуба отворилась, и на пороге появилась Ольга Дмитриевна. Её появление, словно по мановению волшебной палочки, нарушило уютное течение беседы, заставив нас четверых невольно подтянуться.

— Ну что, звёзды мои, — начала она с улыбкой, — отгремели? Отсияли?

— Отгремели, — смущённо улыбнулся я, чувствуя, как под пристальным взглядом вожатой к щекам приливает жар.

— Молодцы! — Ольга Дмитриевна окинула всех одобрительным взглядом. — Выступили просто замечательно! Песни у вас, конечно… — она многозначительно покачала головой, — не совсем детские, скажем так. Тема любви, да ещё и такой… бурной, не каждому взрослому понятна, не то что пионерам. Но, — её голос потеплел, — зрителям понравилось. И мне тоже. Душевно получилось.

Она перевела взгляд на меня и Алису и посерьёзнела.

— А вот что это у вас там за демонстрация чувств на сцене была? — в её голосе появились нотки металла, не предвещающие ничего хорошего. — Я, конечно, всё понимаю, молодость, но чтобы вот так, при всём честном народе… Это, знаете ли, перебор!

На выручку пришла Мику. Она, как истинный лидер, смело шагнула вперёд, заслоняя собой меня и Алису.

— Ольга Дмитриевна, это не то, что вы подумали! — её голос звучал твёрдо и уверенно. — Это был спектакль, часть постановки! Алиса с Семёном не целовались на самом деле, а только… ну, изобразили поцелуй.

— Да-да! — закивала Ульянка, сверкая глазами. — Они приблизились друг к другу носами, а со стороны показалось, что целуются! Мы специально так придумали, чтобы… ну, чтобы зрителям было интереснее! Чтобы песня их больше взволновала.

Ольга Дмитриевна какое-то время молча смотрела на нас, словно решая, верить или нет. Затем, к моему облегчению, она смягчилась.

— Ну, смотрите у меня, — проговорила она уже не так строго. — Чтобы я больше такого не видела. Есть вещи, которые не стоит выставлять напоказ.

— Не увидите, Ольга Дмитриевна! — заверила её Мику. — Это был единственный раз.

— Ладно, — вожатая махнула рукой. — Проехали. Собирайтесь, скоро уже прощальный костёр начнётся, а потом дискотека. Весь лагерь соберётся. И ваш отряд будет вас ждать.

С этими словами Ольга Дмитриевна развернулась и вышла из клуба.

— Уф, пронесло, — облегчённо выдохнула Алиса, когда за вожатой закрылась дверь. — А я уж думала, она меня сейчас отчитывать будет…

— Хорошо, что Мику так быстро сообразила, что сказать, — благодарно посмотрел я на подругу.

— Да уж, наш лидер — голова! — Ульянка шутливо стукнула Мику кулачком по плечу. — Всегда знает, как из любой ситуации выкрутиться!

— Просто надо уметь брать на себя ответственность, — скромно улыбнулась Мику. — И за себя, и за других.

— И за сценические номера во время концертов, — хихикнула Алиса.

— А что-то мне не хочется на этот костёр, — протянул я, когда волнение от разговора с Ольгой Дмитриевной улеглось. — Посмотреть, конечно, можно, но недолго. А уж на дискотеку и подавно идти нет никакого желания.

— Я тоже не хочу, — поддержала меня Алиса. — Только представлю, сколько там народу будет… Нет, спасибо.

— И я пас, — зевнула Ульянка. — После концерта как выжатый лимон. Хочется просто посидеть спокойно, без всей этой суеты.

— Вот и я о том же, — кивнула Мику. — У нас тут своя компания, душевная. Зачем нам кто-то ещё?

Мику подошла к старому электрическому чайнику и принялась заваривать крепкий чай с душицей, припасённый ею ещё с утра. Разлив ароматный напиток по кружкам, она устроилась поудобнее на одном из матрасов. Остальные последовали её примеру.

— Хорошо-то как, — протянула Алиса, прикрыв глаза и откинув голову на раму панорамного окна. — Тихо, спокойно…

— А давайте про твою песню поговорим, Мику? — предложил я, отпивая горячий чай. — Расскажи, как ты её написала? Когда?

— Да, интересно! — подтвердила Ульянка. — Ты же её никому раньше не показывала.

— Ну, как вам сказать… — Мику смутилась, теребя в руках край юбки. — Это было в первый же вечер, когда я тебя увидела. Ты мне сразу понравился. Очень.

— Любовь с первого взгляда? — уточнила Алиса, приоткрыв один глаз.

— Получается, что так, — кивнула Мику. — Я всё ходила, смотрела на него, а он на меня — ноль внимания. Ну, я, конечно, понимала, что он меня вообще в первый раз видит, но всё равно было обидно. И вот ночью, когда все уже спали, я пришла сюда, в клуб, и… написала эту песню.

— Вот так сразу? — удивился я. — За одну ночь?

— Ну да, — Мику пожала плечами. — Не спалось мне. Переживала, понравлюсь ли я тебе, заметишь ли ты меня… Вот и выплеснула все свои чувства в стихи.

— А потом в музыку, — добавил я. — И получилось здорово.

— Да уж, озабоченная ты у нас, Мику, — хмыкнула Алиса и процитировала: — "Но я с тобой готова каждый день…"

— Это ты у нас озабоченная, Алиса! — Мику шутливо нахмурилась. — Тебе везде что-то такое мерещится. "Каждый день", между прочим, "делить и радость, и печаль, и грусть", а не то, что ты там себе напридумывала!

— Кстати, о песне, — подала голос Ульянка, устраиваясь поудобнее на матрасе. — Там есть такие слова: "Костёр вечерний, звёзды в вышине, ты улыбнулся робко только мне". Это о чём? У вас с Семёном уже было свидание у костра?