Фривольное лето. Ярко горят!
Шрифт:
— Знаешь, — признался я, — у меня что-то неладно с памятью. Иногда мне кажется, что я самый обычный подросток, и провожу своё самое обычное лето в самом обычном лагере. А иногда… Иногда мне кажется, что на самом деле я уже взрослый, и жил совсем другой жизнью до попадания сюда. Иногда даже думаю что-то вроде: "Вот как же хорошо сейчас, а вот раньше я жил так, что страшно представить, что это всё снова повторится". Но вскоре эти мысли уходят, и я вновь беспечный Семён.
— Значит, нас уже двое, кто подозревает что-то неладное, — заключила Ульяна. — А у других девушек ты не спрашивал?
— Нет, — твёрдо ответил я. — Я никому ничего не говорил. И говорить не собираюсь. Завтра наступит новый день, и станет всё ясно. Будет ли это повторение нашей лагерной смены, или поездка в город и простая жизнь там, или мы, наконец, проснёмся, и узнаем, что было реально, а что — сном. Я не хочу портить последний день душевными терзаниями, размышлениями и метаниями. Полагаю, если Алиса или Мику что-то и подозревают, то думают так же, как и я. Поэтому советую и тебе — расслабиться и получать удовольствие от настоящего момента, не думай о будущем или прошлом.
Мы как раз подошли к домику, где жили Алиса и Ульянка.
— Наверное, ты прав, — согласилась Ульяна. — Надо жить сегодняшним днём.
Она остановилась и, хитро посмотрев на меня, попросила:
— Наклонись-ка.
Я, не ожидая подвоха, наклонился, и Ульянка неожиданно чмокнула меня в щёку.
— Что это ты делаешь? — удивлённо спросил я, выпрямляясь.
— Как ты и советовал, — озорно улыбнулась Ульянка, — наслаждаюсь моментом и делаю всё, что могу, для того, чтобы прожить этот момент наиболее полно и оставить прекрасные воспоминания!
Потом она вдруг стала серьёзной, взяла меня за руку и заглянула мне в глаза.
— Пообещай, что, что бы ни случилось, ты меня найдёшь, — попросила она. — И мы снова будем вместе. Хотя бы как друзья.
— Обещаю, — так же серьёзно ответил я.
— Это всё, чего я хотела, — Ульянка просияла. — Теперь я по-настоящему счастлива и буду с интересом и нетерпением ждать следующий день. Теперь я в любом случае ничего не теряю, раз ты пообещал! Иди к ним, не теряй время понапрасну. Его не так уж много, наверное, осталось.
И, не дожидаясь ответа, Ульянка скрылась за дверью домика.
Глава 10
Моё сердце, полное волнения и сладкого предвкушения, билось где-то в горле, отбивая неровный ритм. Каждый шаг по знакомой тропинке, ведущей к музыкальному клубу, отдавался гулким эхом в голове. Эта ночь обещала стать особенной, не похожей ни на одну из тех, что были прежде. В памяти звучали взволнованные речи девушек, произнесённые после концерта, их смущённые, но полные страсти взгляды, их нежные прикосновения, от которых по коже бежали мурашки. Я почти физически ощущал, как в воздухе витает нечто неуловимое, волнующее, наэлектризованное, предвещающее нечто невероятное.
Я с трудом сглотнул, прогоняя внезапно возникшую сухость во рту. Мысли путались, образы наплывали один на другой, дразня воображение. Вот Мику, нежная и трепетная, словно лесной цветок, смущённо улыбается, пряча глаза под пушистыми ресницами. А вот Алиса, дерзкая и страстная, словно пламя, бросает на меня многообещающий взгляд из-под рыжей челки.
Не дойдя нескольких шагов до входа, я почувствовал, как чьи-то руки крепко обвили мою шею, а губы настойчиво накрыли мои собственные. Это была Алиса. Она появилась из ниоткуда, словно соткалась из вечернего сумрака, и теперь, не говоря ни слова, жадно целовала меня, словно мы не виделись целую вечность. Её поцелуй был не похож на те, что были раньше — в нём было что-то первобытное, дикое, необузданное. Она не просто целовала, она впивалась в мои губы, словно хотела поглотить меня целиком, без остатка.
Я, ошеломлённый её напором, не сразу нашёл в себе силы ответить. Но когда ответил, то сделал это с не меньшей страстью. Я зарылся пальцами в её волосы, прижал её к себе, ощущая, как её тело, податливое и горячее, изгибается в моих руках, словно змея. Её дыхание, прерывистое и горячее, смешивалось с моим, а её руки не давали мне ни шанса отстраниться. Она словно боялась, что я уйду, что этот момент исчезнет, как сон.
Я, с трудом сдерживая нарастающее возбуждение, попытался оторваться от неё, но Алиса лишь сильнее сжала меня в объятиях. Я ощупью нашёл за спиной холодную поверхность двери, нашарил ручку, нажал. Дверь поддалась, и мы, едва не потеряв равновесие, ввалились внутрь.
В клубе царил полумрак. Слабый свет проникал сквозь шторы, рисуя на стенах причудливые узоры. Посреди комнаты, в самом центре этого царства теней, стояла Мику. Её хрупкая фигурка, подсвеченная серебристым сиянием луны, казалась почти нереальной, сотканной из лунного света и грёз. Увидев нас, она стремительно пересекла комнату, закрыла за нами дверь на ключ и почти сразу же присоединилась к нашим слившимся в неистовом поцелуе телам. Теперь я был окружён с двух сторон. С одной — Алиса, дикая, необузданная, страстная. С другой — Мику, нежная, трепетная, желанная. И обе они тянулись ко мне, жаждали меня, требовали моего внимания.
Мы медленно двигались к сложенным вдоль стен матрасам, которые за время наших репетиций стали свидетелями многих волнующих моментов. Но то, что ждало нас сегодня, не могло сравниться ни с чем, что было прежде. Их руки были вездесущи, словно стремясь стереть все барьеры между нами. Они касались меня, лаская, изучая, пробуждая желание. Алиса и Мику, в этом танце желания, начали раздевать меня, их пальцы были и нежны, и требовательны одновременно. Рубашка моя сдалась первой их напору, пуговицы отлетали в сумеречный полумрак, словно маленькие звёзды. Я чувствовал, как их пальцы скользят по моему телу, как каждое движение оставляет след жара и предвкушения. Вскоре и остальные предметы моей одежды были отброшены в сторону, усиливая нарастающее во мне чувство.
Они толкнули меня на матрасы, и я упал, словно лист, уносимый ветром страсти. Алиса и Мику, в игривом соревновании, начали избавляться от своей одежды. Алиса, с озорной улыбкой, первой сбросила всё, что мешало. У нее под одеждой не было нижнего белья — это дало ей преимущество. Мику, тихонько воскликнув: "Это нечестно!", не успела полностью освободиться от одежды, но, чтобы не отставать от Алисы, последовала за ней. Они обе устремились ко мне, охваченные нетерпением, их тела, словно волны, накрыли меня, сужая мир до размеров этого маленького, но бесконечного пространства.
Их губы и руки были в движении, исследуя, лаская, даря удовольствие. Я чувствовал, что наши ночные тренировки превратили эти ласки в искусство, но я, со своей стороны, был не так ловок. Мои движения были полны решительности и желания угодить обеим, но две девушки одновременно — это было для меня в новинку, и потому я ощущал некую неуклюжесть и растерянность. Я ощущал каждое прикосновение, как будто моя кожа была новой, неизведанной территорией, каждое касание Алисы и Мику заставляло меня дрожать от волнения и желания. Они были так красивы, так естественны в своей страсти, что я едва мог дышать, а разум отказывался верить в реальность происходящего.