Чтение онлайн

В газетах замелькали заголовки «Торпедо» — снова лидер». После крупного выигрыша у «Пахтакора» мы возвратились на верхнюю строчку турнирной таблицы, правда по соотношению забитых и пропущенных мячей. Очков у нас было столько же, сколько у киевлян — 36. Положение создалось как нельзя острое. Теперь судьбу чемпионата решало каждое очко, каждый удачный или неверный шаг. А все это предъявляло особые требования к морально–волевой и физической закалке участников футбольного марафона. Ведь недаром говорят люди, понимающие толк в спорте, что на финише каждая крупица энергии ценится на вес золота. Что и говорить, одного желания победить, даже если оно очень велико, мало. Успех приходит к тому, кто умеет в каждом поединке счастливо сочетать игровое мастерство, выносливость, недюжинную силу.

Мы шли вперед, словно по тонкому льду, опасаясь каждую минуту провалиться… Но вот еще один тур и блестящая, вновь одержанная в остро атакующем стиле победа над ЦСКА — 3:0. Киевляне в этот же день делают ничью (2:2) с московским «Локомотивом». Теперь мы вновь единоличные лидеры с 38 очками, у киевлян — 37, у московского «Спартака» — 35. И у него игра с нами в следующем туре.

Когда начинается футбольный матч? Многие скажут: со свистком судьи… Но это совсем не так. Для одних он начинается уже тогда, когда длинные, многотысячные очереди выстраиваются у билетных касс и спор о том, кто победит, приобретает такую остроту, такую силу, что увлекает за собой самых тихих и спокойных. Для других — в тот момент, когда толпа заполняет до предела бетонные громады трибун и все вокруг наполняется трепетностью ожидания. А для большинства зрителей, конечно, тогда, когда судья, появившись в центре поля, нарушает воцарившуюся тишину протяжным, манящим свистком.

Можно твердо сказать, что матч с московским «Спартаком» начался для нас в тот момент, когда автобус, на маршрутных стеклах которого было выписано «Торпедо», увозил нас из Лужников после победы над армейцами.

«Спартак». В 1960 году, когда мы стали чемпионами и обладателями кубка, превратности календаря не дали нам ни разу встретиться между собой. В следующем же сезоне мы имели уже две встречи. Первую — в товарищеском состязании на празднике открытия Спартакиады профсоюзов, когда борьба закончилась ничейным результатом 2:2. Затем в первом круге финальной части чемпионата в острейшей схватке красно–белые выиграли — 4:3. И вот теперь судьба сводит нас снова. Ребята ждут реванша: я вижу это отлично. Но дело не только в отмщении. От этого матча зависело очень многое в нашей судьбе.

— Если мы победим, будем чемпионами, ребята, помните об этом, — сказал тогда на собрании Валентин.

Но мы проиграли «Спартаку». И тем обиднее был проигрыш, что сражались мы самоотверженно и стойко. С первых минут наши крайние форварды прорвали неприятельскую оборону, и в течение десяти минут мы держали чужие ворота под током высшего напряжения. Потом «Спартак» предпринял две контратаки, нервы наши не выдержали, и счет стал 0:2.

Казалось бы, игра сделана. Но команда находит в себе силы переломить судьбу. Счет — 2:2! Мы продолжаем атаковать. Каждый надеется, что вот–вот придет такой желанный успех. И вдруг снова неожиданность. Короткий рывок «Спартака». Все его нападающие и полузащитники перекрыты. Но в этот момент резко по краю проходит Анатолий Крутиков. Следует навес на дальнюю штангу, ошибка вратаря, и мы проигрываем 2:3!

Я считаю, что к этому матчу наша команда за сравнительно короткий срок восстановила свое боевое настроение, сбросила «игровое брюшко» и могла в случае удачи в этом матче рассчитывать на самый благоприятный для себя исход чемпионата в целом. Но восстановление это, конечно, произошло не естественно, не за счет накопленных физических и технических резервов, а в результате своеобразной «психологической вспышки». Это помогало до поры до времени. Первая же неудача лишила команду остатка сил. И через несколько дней мы по существу безвольно отдали игру (0:1) ереванскому «Спартаку». Киевляне вышли вперед на три очка, и стало ясно, что нам их не достать. А потом, также не проявив должных волевых качеств, мы уступили донецкому «Шахтеру» в финале Кубка СССР.

Таким образом, мы сдали свои позиции. Но было ли это таким уж большим отступлением? Разве завоевание серебряных медалей в чемпионате СССР и одновременный выход в финал Кубка страны могут рассматриваться как страшный разгром? Поэтому нам был не понятен смысл развернувшихся событий.

Не может команда вечно удерживаться на самой вершине — ведь и другие в тяжелой и долгой борьбе стараются прорваться туда. Важна, вероятно, не оценка и сопоставление занятых и потерянных мест, а серьезное изучение потенциальных возможностей представленных в высшей лиге коллективов, определение их роли в настоящем и будущем советского футбола. Тем более что мы вступили в год очередного чемпионата мира по футболу. Год этапный на пути развития этой игры.

Команде «Торпедо» федерация и Спорткомитет должны были уделить большое внимание, проявить серьезную озабоченность ее судьбой, ведь восемь автозаводцев по- прежнему входили в состав сборной страны, причем трое, В. Иванов, В. Воронин, Н. Маношин, занимали в ней ключевые позиции.

Несмотря на относительную неудачу, наш коллектив в ту пору, по моему твердому убеждению, при самых незначительных педагогических усилиях мог снова вырасти в одну из самых ярких команд. Того же мнения был и один из наших теоретиков, заслуженный мастер спорта Виктор Дубинин, который писал в те дни, что он безгранично верит в «Торпедо», верит, что наличие таких команд, как наша и киевское «Динамо», обогатит советский футбол, поможет серьезно улучшить его международные позиции, его творческие достижения.

Когда закончился чемпионат, мы все искренне переживали свое отступление и не менее искренне надеялись на то, что под руководством своего тренера исправим ошибки и просчеты. Представить «Торпедо» без Маслова мы не могли себе в ту пору — все его очень любили, все ему доверяли, а главное — понимали. И вдруг поразившая нас весть:

— Маслова сняли!

Виктор Александрович уходил из клуба, который поднял на чемпионский пьедестал, тихо и неприметно. Ни торжественных проводов, ни благодарности, ни доброго слова на прощание.

Я пишу об этом с горечью и болью не случайно. Повышение класса отдельных команд и всего советского футбола в целом, на мой взгляд, неразрывно связано с проблемой тренера–педагога, уровня его знаний, общей культуры, знакомства с последними достижениями передовой методики, теории, практики, со смелостью их творческих дерзаний и способностью спокойно, шаг за шагом создавать команду своей мечты.

Но о каких дерзаниях может идти речь, если тренерская карусель продолжается с прежней силой и поражающей неумолимостью. Я это знаю на нашем горьком опыте: только за последние 10 сезонов в команде сменилось восемь тренеров! И мы не исключение. В команде ЦСКА за восемь сезонов перебывало 5 старших тренеров, в ленинградском «Зените» и ростовском СКА за этот же срок — 6 и т. д.

Стоит ли удивляться после этого, что названные (и многие неназванные) команды буквально лихорадит? Объяснить это не трудно. Чувствуя себя людьми временными, тренеры вынуждены думать только о сегодняшнем дне, о реальных очках нынешнего сезона, об удовлетворении тщеславных надежд руководителей данного клуба или тех, кого он представляет. Тренер современной команды мастеров–это преподаватель высшей квалификации, по существу — научный работник, творец. От расстановки тренерских кадров, от их квалификации прежде всего зависит повышение класса нашего футбола. Вот почему здесь нужна обстановка максимального доверия и максимальной требовательности. То, что происходит сейчас, наносит вред не только самим наставникам, но и разлагающе действует на футболистов и на команды в целом.

Итак, получив серебряные медали за второе место в чемпионате страны и диплом финалистов кубка, мы лишились творческого руководителя. Мы были потрясены и ждали, как приговора, известия о том, кто займет место Маслова.

К счастью, нового тренера не стали искать на стороне. Надо отметить, что руководители клуба всегда, при всех обстоятельствах стараются ставить у руля команды автозаводцев людей, прошедших торпедовскую школу, связанных с командой. Капитанский мостик занял Георгий Иванович Жарков. Болельщики довоенной и послевоенной поры прекрасно помнят его в линии атаки московского «Торпедо» рядом с прославленным Александром Пономаревым и другими выдающимися форвардами. В линии, которую иначе и не называли как грозой вратарей и грозой чемпионов.