Чтение онлайн

Осенние дожди сюда, на юго-запад Лефии, приходили поздно. Бархатная осень жмурилась ярким, слабо греющим солнцем днем и подмораживала ночью, особенно ближе к утру. Я вдыхала пряный запах умирающего лета и болтала с Тенлой, который оказался на редкость приятным собеседником. Даже почти забыла, что он оборотень.

Внутренняя напряженность тоже практически растаяла. Попадающиеся на пути люди почти не обращали на меня внимания, всецело занятые своими заботами. То ли настолько помогали белила Трега, то ли до Янека еще не дошли плакаты, аналогичные тому, что я видела в Гладильниках. Как бы то ни было, потихоньку я стала чувствовать себя в безопасности.

Оборотень же, по моим наблюдениям, нервничал. Он постоянно оглядывался назад, пристально кого-то высматривая. Когда я спросила, в чем дело, Тенла только отмахнулся:

— Привычка.

На ночлег мы остановились в Погорелом Рвище, хотя оборотень так и рвался продолжить путь ночью — до Янека, по его оценкам, оставалось немного. Но мы с лошадью были несколько другого мнения. Я боялась, что Бретта при такой езде и таком уходе протянет копыта, хотя Тенла и уверял, якобы лошадка одной из самых выносливых пород.

Погорелое Рвище представляло собой большое село, окруженное высоким, под три метра, потемневшим от времени частоколом из заостренных кверху кольев. Судя по нему, история села насчитывала не одну сотню лет. И там, и тут виднелись светлые проплешины из новых колов — частокол периодически подновляли, но на земляной вал и ров у жителей, по-видимому, денег не было. Около тяжелых дубовых ворот стояло аж два стражника. Они лениво грызли семечки и переговаривались друг с другом. На нас они даже не обратили внимание.

Дороги здесь были узкие, заваленные по краям хрусткой листвой. Постоялый двор в селе имелся один-единственный, большой, напоминавший барак для батраков. Толстый хитроглазый хозяин двора выделил нам «лучшие», с его слов, комнаты. На самом деле квадратная спальная с большой кроватью была не так уж и плоха. Из окна открывался вид на небольшой палисадник с широкими ветвистыми яблонями и колючими кустами крыжовника. Здесь пахло свежевымытыми деревянными полами, да и клопов не наблюдалось. Я на всякий случай вытряхнула постельное белье.

Ванну здесь могли обеспечить за отдельную плату, причем плата эта была настолько высока, что я пожадничала и решила подождать до Янека. Тем более что теплая банька будет намного лучше, чем плескание в бадье в холодном закутке, которую здесь гордо именовали ванной комнатой. Лучше приберегу пихтовое мыло для более подходящего случая.

Кинув вещи около шкафа, я плюхнулась на кровать прямо в одежде и обуви. Блаженно закрыла глаза и расслабилась. Завтра мы уже доедем до Янека, и я хотя бы немного отдохну от дороги. При теперешнем состоянии здоровья такие путешествия просто убийственны.

— Ты идешь? — влетел в комнату оборотень и остановился около кровати. Черт, надо было закрыть дверь.

— Куда? — вяло спросила я, не открывая глаз.

— Как куда? В трактир.

— Никуда я не пойду, — мысль об убийстве Тенлы снова закралась в голову. — Я устала и хочу спать.

— Ты сегодня на диете, что ли? — противно хихикнул русоволосый. — Пошли, мне одному скучно. И денег нет.

— Чего? — открыла один глаз я. — Я что, должна тебя кормить?

— В долг. В Янеке отдам.

— Точно?

— Точно, точно. Честное волчье, — абсолютно искренними глазами посмотрел на меня Тенла.

— Ладно, — встала я с кровати, — топишь баню пять дней.

Благодушное выражение лица оборотня тут же сменилась на кислое, будто бы он проглотил два лимона кряду. Я улыбнулась самой невинной улыбкой.

Трактир, в который мы направлялись, принадлежал все тому же хозяину постоялого двора. В качестве приказчика в нем выступала горластая баба с редкими усиками над верхней губой, как мне успел шепнуть оборотень, жена хозяина. Трактиром она владела железной рукой: это было видно и по накрахмаленным занавескам, и по горшкам с буйно цветущей зеленью по углам, и по чистым полам и столам.

Мы сели в самый дальний угол. К нам подбежала подавальщица, румяная девка с рыжей косой до пояса. Тенла тут же уставился на ее грудь, которой явно было тесно в оковах рубашки и жилета, а я заказала нам первое, второе и компот.

— Ух, девка, — мечтательно вздохнул оборотень, провожая подавальщицу взглядом.

— По-моему, мы сюда поесть пришли, а не на девок пялиться, — заметила я.

— Одно другому не мешает.

Я закатила глаза и стала дожидаться заказа, нервно постукивая пальцами по деревянной столешнице. С кухни на весь зал доносились ароматы разогреваемой пищи, будоражащие желудок, заставляющие его нервно сжиматься в муках голода. Оборотень жадно следил за рыжей подавальщицей, метавшийся по залу с заказами. Девка пару раз озорно подмигнула, давая Тенле надежду. Вот и хорошо, отвлечется на девицу — не разбудит меня с утра пораньше.

Я усмехнулась и переключилась на еду, принесенную подавальщицей. Рыжая девка что-то игриво шепнула на ухо Тенле, но тот не отреагировал.

— Что-то случилось? — забеспокоилась я. — Ты бледный, как мел.

— Ешь быстрей, — шепнул оборотень. — Чем быстрее уйдем, тем лучше.

— Почему?

Тенла сделал вид, что не слышит. Я пожала плечами и стала поглощать рыбный суп, пусть не слишком вкусный, но зато горячий. Миска опустела в считанную минуту. Посмотрев на оборотня, я чуть не подавилась котлетой — тот со скучающим видом взирал на пустую посуду, задумчиво вылавливая из кружки моченое яблоко.

— Ешь, не отвлекайся, — сказал он мне.

— Вообще-то я хотелась поесть по-нормальному, а не второпях, — прошипела я.

— Не сегодня.

— Ты можешь объяснить, в чем дело?

— Нет. Ешь быстрее.

— Пока не объяснишь, и не подумаю.

— Ладно, — вздохнул Тенла. — Посмотри в угол слева. Только осторожно. Видишь ведьмака с наколкой на щеке?

— Который с орлом, что ли?

— Да тихо ты! Он самый.

— И что?

— Что-что, заладила, — разозлился оборотень. — Это приспешник того… гм… мага, который наградил меня ожогами. Не хотелось бы с ним встречаться.

— Но не пойдем же мы на его глазах через весь зал к выходу? Значит, сидим и едим.

— Выйдем через кухню. Там тоже есть выход.

Я покосилась на кухонную дверь шагах в восьми от нас. Если пройдем там, нас действительно вряд ли заметят.

— Откуда ты знаешь, что там есть выход на улицу?