Чтение онлайн

Однако сейчас мне просто хотелось побыть одному. Ужин закончился, и я быстренько смотался к себе в номер. Уже вечер. Ровно через сутки мы приземлимся в Кабанидане.

Спустя пятнадцать минут кто-то постучал в дверь. Открыл я не подумав, но откуда мне было знать! Какой-то заика пришел п-п-па-па-познакомиться. Он утверждал, что это о-о-о-чень важно. Далеко не сразу удалось его выпроводить. И разбить ему сердце.

Через некоторое время снова раздался звонок. Я подумал, мой поклонник на сей раз явился с букетом жабьего глаза (как считают кабаниданцы, самые прекрасные цветы на свете, и мне их искренне жаль). Он их собирался в следующий раз принести. Но ведь я очень ясно дал понять, что следующего раза не будет. Ничего не поделаешь. Настырный бегемот попался.

Если это опять он, я засуну цветы ему в рот, несмотря на шипы. Кто-то же должен вылечить беднягу от заикания. Надеюсь, тогда кабаниданец поймет тонкий намек и оставит меня в покое.

В общем, подхожу к двери, открываю… и удивляюсь. За ней стоит маленький и толстый старикан-полковник и… «очаровательно» улыбается. Я на мгновение даже потерял дар речи.

Интересно, как в подобных ситуациях поступают настоящие девушки? Приглашают войти или вешают на голову люстру?

Мне почему-то захотелось послать его далеко-далеко, туда, где, не переставая, поют соловьи, но я вовремя вспомнил, что сейчас все-таки женщина, поэтому лучше сдерживать эмоции, иначе тебя могут понять неправильно.

Стараясь быть вежливым, я сказал, что очень устал, то есть устала, и с нежностью захлопнул дверь у него перед носом. Звук от удара разнесся по всему кораблю. Мне почему-то казалось, это немного охладит пыл бегемота, и остаток дня проведу спокойно.

Ничего подобного! Кабаниданца нисколько не смутило мое поведение. Он продолжал трезвонить не переставая. В конце концов, я не выдержал и снова распахнул дверь. Думаю, на моем лице легко было прочесть: «Зачем вы сюда пожаловали?». — В смысле: «Ане пошли бы вы… сэр…»

Ага!

Идиотская улыбка не сходила с губ бегемота и делала его физиономию еще отвратительней. К тому же он, кажется, оказался подслеповат, раз не обратил внимание на мой грозный вид.

Старый маразматик!

— Это снова я, — гордо заявил бегемот фальцетом.

Если кабаниданец и удивился, то лишь тому, что я не бросаюсь к нему на шею. Однако он решил: со временем все образуется.

Мне не хотелось применять силу. Грубую. Сначала я попробовал убедить бегемота словами, но он меня даже слушать не стал. С одной стороны, это было забавно, с другой — постепенно начинало надоедать.

— Я упорный!

Полковник собирался прямо с порога заявить, что также является умным, ловким, сообразительным, конечно же, очаровательным, то есть сказочно красивым, к тому же прекрасный собеседник и имеет еще массу различных достоинств. Кстати, кроме того, он еще и герой войны и…

Лишь необычайная скромность помешала бегемоту сразу выложить это, или, быть может, ему хотелось некоторые вещи приберечь на потом, чтобы в какой-то момент меня несказанно удивить.

Он выдержал продолжительную паузу, давая мне возможность полюбоваться им, и повторил:

— Я упорный!

А потом добавил, высоко задрав вверх свой нос:

— И настойчивый! Вот так-то… красотка.

— Ну и что дальше?

В смысле, тобой что, никогда пол не подметали?!

Мой голос звучал зло и колюче, однако бегемот и на сей раз никак не прореагировал. Нет, определенно, я что-то делал неправильно.

— Разрешите войти?

Полковник все время отвратительно посмеивался. Он почему-то считал, будто бы это должно нравиться.

— Вы уже вошли.

— Замечательно!

— Не вижу, чем именно.

— Как чем?! Я хочу провести с вами вечер. И вы его надолго запомните… Путь до нашей родной планеты неблизок. Так что…

Мне надоели постоянные намеки и подмигивания. Я был не бельевой шкаф и не собирался отвечать на его ухаживания, а потому заявил, надеясь сразу положить всему конец, очень надеясь… Ха!..

— Сожалею, однако сегодняшний вечер у меня занят.

— Пустяки.

Бегемота это не интересовало. Он продолжал надоедать и вызывал тошноту и головную боль, чувства смешанные, зато вполне определенные. Проклятый репей с глазами! Чтоб его приподняло… и вынесло из корабля в открытое пространство. Немного освежиться совсем не помешает.

— Всего хорошего.

Я указал на дверь.

Но и тут бегемот снова разочаровал. Он не желал ничего слушать.

— У меня сегодня свободен весь вечер, — гордо заявил кабаниданец, искренне удивляясь, почему же я не могу понять таких простых вещей.

Полковник подошел к кровати и, нисколько не стесняясь, сел на нее. Уходить он не собирался.

— Целый вечер… — таинственно проговорил кабаниданец и в очередной раз попытался улыбнуться.

— А у меня нет.

Я начинал всерьез злиться. Похоже, быть женщиной не так хорошо, как казалось поначалу. Оказывается, у них тоже имеются свои… хм… маленькие трудности.

— Да-а?

— Да!

На лице бегемота на мгновение появилось озадаченное выражение, но ненадолго. Через секунду оно снова просияло.

— Понял!

Наконец-то! Долго же до него доходило.

Я по наивности полагал, что кабаниданец сейчас оторвет задницу от моей подушки и, извинившись, уйдет.

— Весь сегодняшний вечер… вы проводите со мной и потому заняты!

Все! Слушать подобный бред дальше я уже был не в состоянии. Не хватало ни терпения, ни желания. Должен же существовать какой-то предел. Никто не давал кабаниданцу повод вести себя столь нагло. Он меня разозлил, и я в свою очередь решил ответить тем же. В следующий раз станет если не умнее (здесь, к сожалению, ничего не поделаешь), то, по крайней мере, осмотрительнее.

— Ну что ж, хорошо. Можете оставаться.

— Вот видите! — полковник повеселел еще больше. — Мое упорство чего-то да стоит. Эх, какие стены оно только ни пробивало.

Голос его изменился и превратился из гордого в заискивающе-дребезжащий.

— И мы славненько проведем вечер…

Фантазия бегемота, по-видимому, не знала границ, впрочем, выяснять это никто не собирался.

Боже, какже, оказывается, тяжело с такими тупыми мужиками бедной, слабой женщине!

— Но имейте в виду, — продолжал я, больше не обращая внимания на его болтовню.

— Да? — с готовностью откликнулся толстопуз.

— Вы видели за ужином боксера? Кажется, он сидел недалеко от вас.

— Конечно. Мышцы, каку обезьяны… Ачто? Совершенно не впечатляет!

Это было сказано в смысле: до меня, полковника кабаниданской армии, ему еще далеко!

Кабаниданец пока ничего не понял. Тем лучше, или уж хуже, не знаю. Мои мозги отказывались нормально работать в такой обстановке.

— Так вот, он придет сюда с минуты на минуту. Его отличительная черта — пунктуальность, — я посмотрел на часы. — Но у вас еще есть время, чтобы убраться.