Чтение онлайн

Она вежливо, но холодно улыбнулась. Тип пялился в голоэкраны, запустив пятерню в волосы, торчащие из-под шлема во все стороны и ответил не сразу, а спустя некоторое время.

– Что?... А, сеть. Видите ли, у нас тоже сложная задача... И в институте я, конечно, работаю. И дома тоже. Вообще, все, что можно, мы делаем по домам, каждый свой кусок. Просто я координатор группы и свожу отлаженные блоки воедино. Мощности домашней сети для этого к сожалению не хватает.

– И что же это за таинственная задача?

– Да нет, в ней нет ничего таинственного. Мы - мозговики, ну, в общем... занимаемся структурами мозга... Вы знаете, многие задачи в этой области не уступают по сложности навигационным, а некоторые даже превосходят их. А когда мы начали считать совсем новую конструкцию, да еще и в динамике... Жуть. Сейчас, еще немного...

Он смотрел на нее, умоляюще хлопая глазами. Компьютер что-то пропел и остановился.

– Посмотрите, разве это не красота? - умиленно протянул тип и включил внешний вывод. Машина выдала толстенную многостраничную таблицу, повисшую в воздухе, полную графиков и цветных картинок и стала быстро перелистывать ее. Картинка тут же ожила и стала медленно поворачиваться, переливаясь всеми цветами радуги. Элин пригляделась. На первый взгляд, изображение напоминало кочан цветной капусты, в разрезе. На человеческий мозг, насколько Элин помнила занятия в школе, это совсем не походило. Тип радостно хмыкнул, быстро записал итоговый результат и махнув рукой, стер изображение. Потом он выхватил свой кристалл и с воодушевлением размахивая им, завопил, впрочем, сильно понизив голос:

– Сегодня великий день! Видите, я не врал - всего несколько минут. Вы просто спасли меня. Огромное вам спасибо!

– И вам спасибо, - Элин передвинулась поближе к вводу, надела свой шлем, активировала его, вложив свою курсантскую карточку и удобно откинувшись в кресле, начала вводить идентификационный номер.
– Что-то еще?

Краем глаза она видела, что он нерешительно топчется рядом, сопит и не уходит. Тип опять взъерошил торчащие волосы и неуверенно произнес:

– Э... мы с вами довольно часто разговариваем... и всегда без имени, это как-то неудобно...

Он набрал воздуху и решительно закончил:

– Разрешите... меня зовут Ник.

Элин приподняла шлем и подозрительно посмотрела ему прямо в глаза. Нет, не липнет, решила она после недолгого размышления. Было видно, что даже сейчас, когда он умоляюще смотрит на нее, основное место в его голове занимает таинственная программа построения каких-то очень динамических структур, непонятно в чьих мозгах.

– Очень приятно. А меня - Элин. А теперь линяйте, Ник, у меня куча дел.

Он уже был у выхода, когда она внезапно обернулась и негромко окликнула его:

– Простите, Ник. А можно узнать фамилию?

– Конечно. Гартен. Ник Гартен.

Если смотреть издалека, разумеется через соответствующие приборы, то могло показаться, что крохотный серебряный паучок, слегка раскачиваясь под порывами сильного ветра на невидимой паутине, несется навстречу громадной, нагретой солнцем, черной выщербленной скале, рассеченной посередине глубокой и ровной расщелиной.

Юркая десантная шлюпка, накрытая колпаком маскировочного поля, бесшумно вынырнула из-за чуть выпуклого борта большого пассажирского лайнера. Группа захвата должна была появиться у главного шлюза внезапно и незаметно. Вторая шлюпка с командой прикрытия подбиралась со стороны грузового отсека. И в заранее условленный момент должна была, протаранив ворота ангара, ввязаться в шумный бой, чтобы отвлечь внимание главных сил противника от их высадки.

Гигантский полигон полностью имитировал настоящую боевую обстановку. Элин невольно поежилась в жестком десантном скафандре. Лица сидящих рядом не были видны, их скрывал спектролит шлема, но чувствовалось, что ребята тоже волнуются. Защита на учебных скафах была специально здорово ослаблена, по сравнению с настоящими, боевыми, а роботы, изображающие противника, бились жестоко и спуску курсантам не давали.

Их маленький штурмовой отряд, находящийся в шлюпке, состоял из двух боевых троек. Четверо из шести были курсантами параллельной группы, команды обоих шлюпок были перетасованы и сформированы компьютером только вчера. Никаких тренировок на притирку новоиспеченному отряду не полагалось. Руководителем операции назначили одного из чужаков. Высокого худого парня с заносчивым взглядом и резкими движениями, по прозвищу Ястреб.

В шлюпке было тесновато, все были буквально с ног до головы обвешаны оружием. Набор его, в отличие от количества десантников, никем не ограничивался и каждый из курсантов постарался захватить побольше. Элин не была исключением. Сейчас ей внезапно пришло в голову, что это не совсем разумно: лишняя амуниция будет здорово мешать во время операции, а главное - ограничивать свободу движений. Да что теперь делать. Будь на них настоящий десантный скаф, можно было и не жадничать. Тяжелый боевой скафандр сам являлся грозным оружием, если учесть все, что в него было вложено многими поколениями конструкторов. По существу, это был боевой корабль в миниатюре.

Курс Элин благополучно заканчивал третий учебный год. Хотя отсев был довольно приличный, основной костяк давно сложился и они отлично притерлись друг к другу. Сейчас у всех групп наступила боевая практика на полигонах. Потом шли индивидуальные зачеты по космовождению, навигации и связи, затем - сдача экзамена по основам самопомощи, а потом недолгие, но очень насыщенные каникулы, которых все ожидали давно и с нетерпением. Хотя учеба в училище была захватывающе интересной, а молодые организмы на редкость выносливы, тело все-таки брало свое и настоятельно требовало отдыха.

Все остальные предметы они уже сдали и довольно прилично, отстающих в ее группе, к счастью, не оказалось. Последние два предмета Элин не волновали абсолютно. Она была пилотом от бога, в отца, и могла летать на всем, что летает, буквально с закрытыми глазами. А после окончания колледжа имела подтвержденный практикой диплом врача-практиканта первой ступени, поэтому вполне резонно не ждала для себя от оставшихся экзаменов никаких неприятных сюрпризов.

Позади их маленького кораблика на некотором отдалении шла шлюпка офицеров-инспекторов, чуть побольше и вся в разноцветных огнях, как новогодняя елка. Впрочем, глаз наблюдателей хватало: следящие камеры были натыканы повсюду, их было полно на корабле-мишени, несколько десятков висело прямо в пространстве, а две сейчас торчали в рубке управления, прямо над ее головой.

Прозвучал короткий условный сигнал. Все рывком захлопнули броневые панели на шлемах и туда сразу пошел плотный поток информации, отражаясь на боковых экранчиках, висевших около глаз. Пакет самых важных данных, который каждый набирал себе сам, транслировался непосредственно в зрачок. Из всей этой массы лично Элин пока интересовала только маленькая зеленая строчка, на которой пошел отсчет времени с момента начала операции.

Их шлюпка тут же намертво прилипла к борту корабля и Яшима, не медля ни секунды, включил плазменный резак. Брызнули разноцветные яркие капли расплавленного металла: мелкие праздничным фейерверком разлетались по сторонам, а крупные скатывались по броне и сразу застывали. Операция наведения помех и глушения работы центрального мозга-рулевого была проделана заранее, поэтому им удалось подойти вплотную к борту, не встретив заградительного огня.

Элин слегка поморщилась, но ничего не сказала. Ей совершенно не нравился принятый план операции, но при вчерашнем бурном обсуждении прошла идея Ястреба. Будь ее воля, она ни за что не пошла бы через шлюз. Наплевав на прикрытие, она бы вломилась напролом, прямо через борт, в ближайший к рубке коридор, использовав режущую лазерную мину, буквально через несколько секунд после высадки экипажа первой шлюпки. Шуму получилось бы изрядно, но зато они сразу оказались бы в нужном месте и имели солидный выигрыш во времени. Это давало большую фору, перекрывающую возможные минусы. Здесь же на внезапность рассчитывать было трудно, а шансы пройти до места незамеченными, по ее мнению, вообще были нулевыми.