Чтение онлайн

Работа врачей была направлена только к достижению поставленных медицинскими программами целей — спасение жизни пациента. В редких случаях сохранение естественной фертильности.

Своей мимикой и позой врач показывал пациенту определённый спектр своих эмоций, а эгосфера считывала ответ.

Терминал на столе доктора ожил, результаты тестов были представлены трёхмерным, сферическим массивом данных. Что бы в них разобраться, пациенты обычно задавали вопросы, и тогда можно было включить уточняющий протокол. Но Джим Конпол молчал, и доктор социальной психологии Эрнст Твигг не смог отвесить комплименты по отличному состоянию его организма.

После обработки тестов следовала вторая, заключительная стадия приёма. Каждый человек, по возможности, становился донором. Это была почётная миссия, мало кто решался отказаться от неприятных манипуляций. Щедрость и милосердие людей была ключом планетарной Земной системы здравоохранения, возможно лучшей в галактике.

— Джим, для продолжения государственных медицинских программ вам необходимо добровольно сдать биоматериалы — сказал врач.

— Валяйте — ответил Конпол — Во мне сейчас стандартный набор пилюль, я готов отдать часть себя во блага всего человечества.

— Я знаю — улыбнулся Эрнст, и помог Джиму лечь на специальный помост. Выбор клеток и тканей предназначенных для изъятия, определялся автоматически. Процедуры проводят дроиды-хирурги с наивысшим уровнем Искусственного интеллекта. Некоторые участки тела во время процедур подвергаются анестезии, а некоторые как например тазовая область нет. Общего отключения нервной системы, как было прежде, в этот раз не производилось.

Некоторое время Джим ощущал внутри себя трубочки и зонды, но не мог посмотреть на работу дроидов со стороны. Его глаза были закрыты маской, а тело зафиксировано захватами.

ИИ-дроиды не просто забирали образцы и жидкости из тела. Для определённых надобностей в тело Джима вводили синтетические гормоны с параллельной модуляцией искусственных импульсов, заменяющих естественные сигналы головного мозга. Болевые рецепторы были перегружены.

После окончания работы, дроиды остались в кабинете. Доктор Конпол минуту молча приходил в себя, потом для разрядки натужно засмеялся, и лишь когда загорелась разрешающая лампочка, схватился за свою голову и со стоном, гримасой страдания, упал на пол.

— Дайте мне обезболивающие — простонал он — Доктор Твигг моё тело требует что-нибудь волшебное, иначе оно начнёт рассыпаться на органы. У вас что-нибудь новое, сильное, например, из космоса?

— Здесь есть все новые пилюли, и из космоса тоже. Но программа «Мирное детство» исключает для андрогинных реципиентов подобные препараты.

— Мирное детство? Но я умираю!

— Вы не умираете доктор Конпол. Вы будите отцом.

— Но почему нельзя облегчить мои страдания?

— Статистически показано, что принятие официальных наркотиков сразу после изъятия биоматериалов снижает эффективность работы иммунной системы у потомства.

— Что? Кто это придумал? Я… — Джим не смог закончить свою мысль, его тело скрутила судорога. Пучки мышц в спине и ногах напряглись и посинели, из глаз потекли слёзы, от боли он запрокинул голову назад и зажал ладонями шею.

— Мы заботимся о потомстве — равнодушно сказал Твигг — Возможно существует виртуальная, квантовая связь между донорским организмом и изъятыми материалами. Скажем так боль усиливает такую связь. Вы не волнуйтесь, если потеряете сознание и будите при смерти мы вас спасём.

— При смерти? — прошептал Джим, и повернул голову к прозрачному боксу, где стояли сосуды и специальные кормящие пузыри с кусочками тканей и клетками его генотипа.

Прошло несколько минут, когда судорога разжала свои объятья Джим опять заговорил:

— Но ведь в природе, родители испытывают удовольствие при зачатии потомства. Почему я должен терпеть боль!? Вам не кажется, что вы ошибаетесь! Дайте мне эту волшебную таблетку! Я требую!

— Вы имеете право требовать Джим! — ответил врач — Но подумайте ещё раз. Вдруг и в вашу семью скоро прибудет контейнер с алым сердцем на крышке. Знаете, этот символ? Натуристичное красное сердце в золотом сиянии. Вдруг такой контейнер предназначен для кого-нибудь с фамилией Конпол? Для кого нибудь кто живёт в зелёных садах Сахары среди стеклянных куполов и стен сложенных из прессованного песка? Вы готовы подвернуть риску своё потомство?

— Какого лысого корыта вы мне это говорите! — Джим был взбешён, он кричал. Ни фальшиво, как мог кто-нибудь подумать, а по-настоящему, как и положено мужчине.

Термин «лысое корыто» доктор истории употреблял редко только в моменты великого отчаяния. Доктор Эрнст Твигг был первым за последние десятилетия кто услышал такое специфическое ругательство.

— Вы не довольны? Вы обескуражены? — врач снял фальшивые очки и положил их на стол.

Джим вскочил на ноги, но снова упал, сражённый волной мышечной боли.

— Придётся ещё немного подождать — сказал доктор — мы обрабатываем новые данные.

На стеклянной стене кабинета исчез зимний сад и появился морской аквариум. Около стекла копошились крабы, они жадно поедали искусственного осьминога.

— Вы противник программы «Мирное детство»?

Джим поёжился и промолчал.

— Вы считаете ошибочным принципы программы благоденственного воспроизводства?

Джим отвернулся.

— Я вас понимаю доктор Джим Конпол — сказал Эрнст и подошёл к коллекции поддельных древностей. Он брал будильники, статуэтки, коробочки вертел их в руках, разглядывал со всех сторон и ставил на место — Вы доктор скорее всего мало понимаете почему современные государственные программы отвергли принципы гуманного отношения к добровольным пациентам. Сейчас я объясню, на понятном вам языке почему нас специалистов в социальной психологии, даже коллеги из других отделов здравоохранения, считают садистами.

— Позволяю вам выговориться — сказал Джим — Когда мне станет лучше я почитаю ваши слова в эгосфере. Может быть завтра или, наверное, послезавтра.

— Джим — сказал Эрнст — Вы скорее всего не только разбираетесь в старинном барахле, но и знаете все закономерности в истории земного человечества. Да-да, я говорю про ту самую пресловутую спираль развития цивилизации. Возможно плоды вашей научной деятельности были связаны с многотысячелетним путём проторенным Homo Sapiense. Но вот только у любой истинной науки есть фальшивая тень. И история, историческая наука является древней, покрытой паутиной ложью, тенью Социальной психологии. Вы пишите научные труды, но стряпаете и соединяете исторические факты между собой, основываясь на субъективной, часто ложной традиции.

Джим улыбнулся — Мне больше не нужны пилюли — громко сказал он — я получаю удовольствие слушая вас!

— Такое бывает — ответил Эрнст — Юмор, сатира, комедия, трагедия, страсти голого гения развлекают толпу и отвлекает внимание от главной мысли. И согласен, зачем говорить если можно молчать, но мы оба делаем что хотим, имеем на это право и поэтому я закончу свою мысль.

Джим зевнул: — Давайте, делайте что хотите. В одном вы уже точно правы, мы оба вольны делать что нам хочется.