Чтение онлайн

Даже жабка в очках не могла оказаться равнодушной к улыбке Джонни. Он хотел попросить ручку, но жабке позвонила мать, а когда звонит мать, то нужно обязательно поквакать, предварительно повесив табличку «отошла на десять минут». Что для бюрократа десять минут, то для любого другого приблизительно час, и чтобы глазенки восхищающихся работницей года не выжигали жабе бородавки она скрылась за жалюзи.

Новоиспеченный человек и обновленный старый резво чиркали что-то на листах бумаги, вызывая у Джонни чувство фрустрации. Обычно за него писала Кейт, а сейчас что? Не будет же гроза космоса просить: «Заполнить бумафки»? Обычно у него получается всё за что бы он не брался, но писать от руки? Он что какой-то там миллениал? Но и сверлить взглядом листы бумаги, пытаясь понять, чего от него хотят бюрократы – тоже сомнительное удовольствие. Док исподлобья глянул на пирата заметив, что улыбка того потеряла всяческое очарование. Джонни выглядел так, будто идет на плаху. Взвешивая перспективы навечно остаться здесь или показать слабину, он закатил глаза, тяжело вдохнул и произнес: «Я не умею писать».

— Повтори? — прервав письмо медленно выдавил Док.

— Я не умею писать от руки, Кубовски! — произнес пират так, словно гордился этим.

Если провести опрос среди тех, кого унесло в космоворот и тех, кто нырнули туда, пытаясь удовлетворить жажду приключений: «Слышали ли вы в своей жизни более протяжной крик?», — то все они, как один ответят: «Нет». Док уподобился боевым медведям и мог бы состязаться с Чивесру за звание короля Леса, ведь не отходя от Ободка здесь всё вертелось вокруг бумажек и их заполнения, а дальше, предполагал он, будет только хуже и с «умением» Джонни они не выберутся отсюда даже спустя две вечности. Когда он перестал претендовать на титул короля, то начал ругаться, как старый Хьюго, а тот ругался будь здоров. И планеты приплетал, и родителей, и живых и мертвых и род, и рот, да всё, куда только можно сунуть детородный орган. Н. Хьюго молча смотрел и запоминал самые изощренные ругательства, а Джонни даже не повёл бровью. Всю истерию Дока он пристально смотрел сквозь горящие пламенем глаза омолодившегося старика, пока тот не распознал что-то неуловимое для пирата. Может, потому что скучал по Марте, и фантазии, где они обзавелись потомством произвели на него такой эффект? А быть может, потому что Джонни напомнил засратого котёнка, а не грозу космоса? – но Док примерил на себя роль будущего отца для тридцатилетнего парня, чьё выживание в суровой бюрократической вселенной зависело только от него. Ещё он не исключал варианта, что помогает Джонни, потому что тот походит на засратого котёнка с чертовски обаятельной улыбкой.

— Ладно, чёрт с тобой, Джонни, но только в этот раз. В другой будешь заполнять сам…

Н. Хьюго посмотрел на него, как на существо не самое рациональное, ведь куда проще обучить Джонни, чем делать это каждый раз за него, если только не…

— Заполни, Хьюго!

— Создатель… — обращался тот к Доку, но тот лишь ехидно улыбнулся.

— Со мной это не пройдет, — Док приклеил к груди лист, словно Н. Хьюго стена, а не складно сложенный мужчина. — Никаких «создателей», «творцов», знаем, проходили.

Хьюго и Джонни переглянулись, но решили не узнавать кого Док стряпал в своём подвале.

— Мне не нравится имя Хьюго!

Тяжесть свалившаяся с плеч Дока снова вернулась на излюбленное место. Этот новоиспеченный парень годится в подмётки разве что трёхлетке. Соображает он резво, но в какую степь его клонит и как заунывно выглядят его попытки соскочить с крючка, чтобы не заполнять бумажку за Джонни? Это выражение лица не давало Доку покоя. Потерянный в космовороте Хьюго надевал его только когда по-настоящему недоволен.

— И что ты мне прикажешь делать? — уставился на него Док.

— Даруй мне другое имя!

— Даруй, — усмехнулся Джонни, парочка на него злобно зыркнула, но он лишь повторил. — Даруй.

— И какое имя, чтоб меня, я должен тебе даровать?! — передразнивал Док, понимая, что родитель из него будет мягко говоря «так себе».

— Откуда мне знать!? Ты же Создатель!

Док пробурчал едва различимое, обреченное, словно привязанный камень на шее тащит его на космоворотское дно: «Понасоздавал проблем на свою голову».

— Тогда назову тебя сраной жестянкой, которая мешает размышлять!

Н. Хьюго гордо поднял голову к парящем в космосе перечеркнутым бланкам. Вдохнул бюрократический воздух, прочувствовав каждой клеточкой легких запах чернил. Приложил руку к груди, а другую торжественно поднял вверх.

— Теперь мое имя: Сраная-Жестянка-Которая-Мешает-Размышлять!

На этом торжественная часть окончилась. Он скрестил руки на груди и пристально уставился на Дока, словно играл роль в каком-нибудь дешевом ситкоме.

— По контексту, полагаю, моя основная функция, — нелепая гримаса актера из ситкома не забавляла Дока, — мешать размышлять! А раз моя функция – мешать размышлять, то я…

— Ладно, мать твою, только закройся! — Док мысленно чертыхался про себя, понимая, почему Марта постоянно ему говорила: «Из тебя выйдет дерьмовый отец, Кубовски».

— У меня нет матери, технически у меня два отца, если посмотреть… — Док рявкнул: «Довольно».

— У тебя есть база имён? — спросил Джонни так, будто Хьюго по-прежнему корабль.

— Два месяца назад хозяйка загружала новую базу, но не думаю, что это работает с человеческим мозгом, хотя, секундочку! Да, я знаю много имён. Кажется, так много, сколько не способен запомнить ни один человеческий мозг, я… — Док щелкнул пальцами перед носом Н. Хьюго, тот подскочил, что позабавило Джонни.

— Так выбери любое имя оттуда, — устало приподнял плечи Док.

— Нет, ТЫ должен дать мне новое имя!

— Мать моя Удача, да выбери ему уже имя, Кубовски! — закатил глаза Джонни, подумав о том, что перенял от Кейт слишком многое.

— Чёрт с тобой, называй понравившиеся имена, а я выберу подходящее? Только заполни бумажки… — воодушевленный такой идеей Н. Хьюго сразу же принялся за дело.

— Виктор?

— Ага, Франкенштейн, даже не думай, а лучше заполняй.

Расстроенный Хьюго воскрешал из памяти данные, которые слышал, будучи кораблем про Джонни. Параллельно с этим его мысли упорхнули к облаку имен. Молодой человек не ожидал, что способен думать о двух вещах одновременно, поэтому попробовал подумать о трех. Когда он понял, что думает лишь об одной, то снова расстроился и спросил:

— Диоген?

— А знаешь, если тебе обзавестись греческим горшком?

— Пифосом, — Док недоуменно посмотрел на пирата, который не умел писать, но знал название чертового обиталища Диогена.

— Другое имя, — прошипел Док.

Раздобыв карточку туриста и получив порцию ежедневных талонов, искатели вернулись в магазин, где новоиспеченный человек приобрел роскошное сомбреро и костюм тройку. Н. Хьюго полагал, что костюм поможет ему открыть все канцелярии, ещё он полагал, что имя Дюк звучит очень убедительно, но Джонни обидно прозвал его в рифму, и запомнив ругательство, он решил, что имя ему в действительности не подходит. Нужное другое. Особое. Которое подчеркнет утонченную натуру некогда прекрасного интеллекта, отныне запертого в теле, которое рано или поздно превратится в звёздную пыль.

— Эй, пришелец с Лоу-П, — обратился Джонни.

— Да-а?

— С нас же не снимут наши скафандры? — пришелец указал на табличку на бюрократическом.

— Любые предметы из других вселенных формирующие другие предметы должны быть сданы на хранение, иначе вы не покинете Ободок.

— Чертовы бюрократы, со своими чертовыми формулировками, чтоб вашу мать-перемать!

— Кубовски, ты омолодился, а внутри все такой же старый брюзга, пожалуйста, замолчи и не мешай уточнять: мозговышибатель же не относится к «предметам формирующие другие предметы»? Ведь он делает ровно наоборот?