Чтение онлайн

– Ага. То есть, работать придется немного больше, потому что нам придется перемещать устриц, а потом снова их забирать, но это все же лучше, чем ничего.

Так мы и сделали.

Невесть как нам удалось убедить чиновников из Государственного управления по рыбе и живой природе, что наши устрицы не будут представлять ни для кого никакой угрозы. Мы начали перемещать их с прибрежных банок в залив на ялике, но скоро оказались так завалены работой, что пришлось купить баржу. Кроме того, цена наших устриц подскочила почти до небес, учитывая, что мы были единственными крупными сборщиками в городе.

Шли недели и месяцы, мы вводили в работу все больше и больше барж, и нам пришлось нанять людей, чтобы они помогали нам в устричном бизнесе.

Малыш Форрест разродился новой идеей – по сути, именно она и сделала нас богатыми.

– Послушай, – сказал он в один прекрасный день, после того как мы приволокли большой груз устриц, – я тут подумал – где лучше всего вырастить устрицу?

– В говне, – ответил я.

– Вот именно, – говорит он. – А где больше всего говна во всем заливе?

– Пожалуй, у завода по переработке отходов, – говорю.

– Точно! Тогда вот что мы делаем – мы идем туда и разводим там устриц! Тысячи устриц – нет, миллионы! Мы сможем использовать дощатые настилы или что-то вроде того, чтобы взращивать икру, – ну, то есть молодь устриц. Установим все это дело на постоянной основе с лодками, чтобы отщипывать новых устриц и перемещать их к нашим баржам в заливе. У меня даже есть идея погружаемой баржи. Мы просто будем брать ее и топить с зараженными устрицами, а через сутки поднимать на поверхность – и вот у нас уже целая баржа свеженьких, чистых устриц!

Так мы тоже сделали.

Через год мы уже собирали устриц у завода по переработке отходов больше, чем нам позволял закон. Тогда мы расширили наше предприятие, включив в него завод по обработке устриц и транспортный отдел. Также у нас появился отдел маркетинга.

«Гамп и компания» – так я назвал наше предприятие, и мы продаем первоклассных устриц по всем Соединенным Штатам Америки.

Все это так приободрило маму Дженни, что она стала у нас секретаршей. Она говорит, что чувствует себя «полностью обновленной» и больше не хочет отправляться ни в какой дом для престарелых. Она даже купила себе новый кадиллак с открывающимся верхом и разъезжает в нем в шляпке и в открытом платье без рукавов.

Прошло еще несколько месяцев, и наше предприятие стало таким крупным, что я лихорадочно занялся наймом. Я разыскал мистера Айвена Бузовски и Майка Маллигана и назначил их ответственными за бухгалтерию, учитывая, что за время сидения в тюрьме они хорошо усвоили урок.

Старину Вазелина, бывшего менеджера по продаже энциклопедий, я назначил заведующим отделом сбыта, и он увеличил наш объем на пятьсот процентов! Кертиса и Снейка, чьи футбольные дни с «Гигантами» и «Святыми» уже закончились, я назначил ответственными за «безопасность».

Затем я нашел старину Альфреда Хопвелла, с которым мы вместе делали новую кока-колу, и назначил его главой отдела исследования и развития. Его жена миссис Хопвелл, чье материальное положение значительно ухудшилось со времен беспорядков в Атланте, теперь наш замдиректора по связям с государственными чиновниками, и вот что я вам скажу: с тех пор как она заступила на эту должность, у нас больше не было никаких проблем с Управлением по рыбе и живой природе. Всякий раз, как она встречается с этими чуваками у себя в кабинете, я слышу звон китайского гонга и точно знаю, что все в ажуре.

Мистер Макгивер, у которого я работал на свиноферме, имел определенные проблемы с поиском работы после катастрофы «Эксон-Вальдеса», а потому я назначил его ответственным за операции с нашими устричными баржами. Он бросил пить, и теперь, когда все у него под контролем, ни одна из наших барж на дно не ложится. Хотя он по-прежнему любит поболтать как пират, но это, как я прикидываю, только помогает ему держать свои бригады в узде.

Старина полковник Норт тоже имел кое-какие личные проблемы, и я дал ему работу начальника нашего отдела секретных операций. В основном в задачи этого отдела входит забота о том, чтобы все наши устрицы выходили свежими и чистыми, без малейшего привкуса или пятнышка.

– В один прекрасный день, Гамп, – говорит полковник, – меня изберут в Сенат США, и тогда я покажу этим ублюдкам, что такое правила хорошего тона.

– Непременно, полковник, – говорю я ему, – но пока что просто следите за тем, чтобы у наших устриц даже задницы были чистыми – понимаете, о чем я?

Я собирался нанять аятоллу для руководства нашим отделом морали и духовных отношений, но выяснилось, что он давно помер, а потому я взял на эту работу преподобного Джима Беккера. Он с ней просто прекрасно справляется, благословляя наши лодки, баржи и все такое прочее. Только вот его жена Тамми Фэй не очень хорошо ладит с миссис Хопвелл и ее китайским гонгом, а потому мне придется здесь что-то придумать.

В качестве членов бригад по сбору устриц и их обработке я нанял весь штат «Святой земли» преподобного Беккера. Моисей из «Неопалимой купины», Иона из сцены с китом, Иаков с его разноцветной одеждой, а также вся армия фараона теперь очищают устриц. Кроме того, чувак, который играл Иисуса в аттракционе «Вознесение на небо», и Даниил из «Львиного рва» занимаются устричной икрой в нашем бизнесе. Лев, совсем типа старый и плешивый, просто сидит у двери в мой кабинет и временами издает рык. Он уже потерял почти все зубы, зато теперь у него появился вкус к устрицам на половинке раковины, что, как мне кажется, только к лучшему.

Мисс Хаджинс, моя секретарша времен нашего бизнеса с Айвеном Бузовски, теперь наш главный транспортный диспетчер, а Элайн из ресторана «У Элайн» в Нью-Йорке – одна из главных потребительниц свежих устриц с морских ферм «Гампа и компании». Почтенная адвокатская контора Дьюи, Скрюама и Хоу представляет нас в юридическом смысле, а прокурор мистер Гугульянти, который нашел себе другую работу, порой становится «советником» по криминальным делам – если у нас таковые бывают.

Я нашел работу и для всех членов армейских футбольных команд в Германии, «Свагмиенской Кислой Капусты» и «Висбаденских Волшебников», которые занимаются всяким разным на заводе. Эдди, шофера времен моих магнатских деньков в Нью-Йорке, я назначил ответственным за транспортировку. Дальше я предложил работу старине Саддаму Хуйсейну и генерал Шайскопфу, но оба отписали мне любезные письма, говоря, что им «других крох надо поджаривать». Саддам, однако, добавил, что оставляет свой «выбор открытым» и, быть может, свяжется с нами позже.

Наконец, я нанял старого доброго сержанта Кранца, чтобы он был директором завода по обработке устриц. Я так рад был снова видеть старину сержанта и получать от него временами славную пайку ворчливого говнеца.

Но самое лучшее я приберег напоследок. После того как мы добились успеха, я набрался смелости и написал Гретхен. И ёксель-моксель – через неделю я получил от нее прекрасное письмо, в котором она мне все про себя рассказывает, и в том числе про свои достижения в университете. Письмо было написано на таком превосходном английском, что я с трудом смог его прочесть.