Чтение онлайн

Милая, ненаглядная, пушистая. Свет очей моих, так ее раз так.

Кстати, как она там? Жива еще, голубушка?

О, да, вижу. Стоит меж каменных столбов, цепями побрякивает, скучает.

Разве что в носу не ковыряет.

Не прибили. Даже не могу сказать, радоваться или дать им побольше времени.

Уверен, если оставить тойгеров с кити-кити на недельку, они сами прибегут ко мне с просьбами ее забрать. Еще и щедро заплатят, чтоб избавиться.

С другой стороны, они ведь и так решили куда-то ее деть — в желудок чудищу.

— Ой, Волк! Ты вернулся! — радостно закричала Сэша, когда я подкатил поближе.

Добрыня шумно выдохнул и заурчал, поглядывая на толпу тойгеров. Его взгляд не обещал им ничего хорошего, так что котики массово прижали ушки.

Трицератопс припал на передние лапы, и я спустился. Помогать Розочке не пришлось — та скользнула со спины зверя вниз с помощью лиан. Ее движения так напоминали Кармиллу, но все же в них ощущалось нечто другое. Не такое порочное, что ли. Но в то же время не менее хищное… трудно объяснить.

Дриада увидала Сэшу и тепло улыбнулась, а кити-кити озадаченно посмотрела на нее и чуть махнула хвостом.

— А кто это с тобой, Волк? — тут же спросила она.

— Цветочек, — коротко ответил я и направился к жертвеннику.

Вперед выступили два брутальных кошака с копьями и преградили мне путь.

— Да как ты смеешь! — взревела жрица, подступая ближе. — Живоглот покарает тебя!

— Змеюка сбежала, — ответил я. — Хватит уже, вели своим котам отойти или я убью их. Мне надоело сокращать ваше поголовье, так что будь благоразумна.

Для убедительности я направил на одного кота пистолет-пулемет, а на второго — автомат.

Жрица смерила меня долгим взглядом. Зрачки ее зеленых глаз сузились в тонкие полоски, а хвост гневно заходил из стороны в сторону.

Затем она сдалась и быстро отдала приказ на своем мяукающем наречии. Коты убрали копья и отошли.

— Теперь вели расстегнуть цепи, — холодно сказал я, направив оружие на жрицу.

— Если прервать церемонию, бог разгневается, — зло произнесла та.

— А если не прервать, разгневаюсь я.

— Волк такой крутой, кити-кити! — восхитилась пленница. — Мы уже скоро вернемся в домик на ножках? Мне тут нравилось, но теперь не очень.

— Скоро, моя хорошая. Вот только эта пушистая тетка научится подчиняться, и порядок.

Я перевел взгляд на жрицу. Та кипела от ярости, но старалась сохранить внешнее спокойствие. Однако ее усы подрагивали, потому что губы так и норовили подняться вверх, обнажая клыки. И когти из мягких лапок уже торчали.

Приподняв бровь, я спросил у нее:

— Что ты там говорила? Докажи, что достоин соперничать с нашим богом и получишь ангорийку? Доказал. Отдавай. Хотя нет, плевать. Сам заберу. Роза, присмотри за этой кошкой и остальными. Если что, придуши немножко, как змейку.

Подошел к Сэше. Загремели цепи, и ангорийка радостно кинулась обниматься. Запрыгнула, как на столб, и обвила меня ногами. Ее полуголая фигурка тесно прижалась ко мне, а щека начала тереться о мою шею. Блондинка еще и замурлыкала!

— Сэша, какого черта?! А ну живо отцепись!

— Но Волк же пришел спасать меня, кити-кити, как принц принцессу!

— Да, но для этого надо, чтоб принцесса не мешала!

Я покосился на жрицу, которая наблюдала за картиной со смесью раздражения и злорадства. Перевел взгляд на кошаков. Один из них невзначай поднял копье. Я тут же нацелил на него оружие и показал, чтобы бросил на землю.

Тот понял без перевода.

Мягко ступая по каменным плитам, к жертвеннику подошли белые тигры. Они не нападали, но выразительно порыкивали. Добравшись до жрицы, упали возле нее, как обязательные декорации.

Сэшу пришлось отцеплять вручную. Из-за этого я набросил ремень автомата на плечо.

Впрочем, пистолет-пулемет тоже отправился в кобуру, потому что тратить пули на цепи, а заодно рисковать поранить Сэшу, я не собирался. Просто схватился за золотые цепи и хорошенько дернул.

Звенья, соединенные с вбитыми кольцами, порвались. Золото — мягкий металл. Особенно, если твои мышечные волокна искусственно изменены.

Собрав обе цепи, я сунул их в руки ангорийке.

— Держи приданое, невестушка.

Ангорийка сгребла цепи в охапку и просияла:

— Так я теперь буду твоей невестой, Волк?

— Что? Нет, твою мать! Хватит сбивать меня с толку! Пошли.

Я двинулся к Добрыне. Трицератопс все это время стоял перед жертвенником, как гора, и хмуро взирал на полосатиков.

— Вы никуда не пойдете! — выступила вперед жрица.

Перед ней сразу же взметнулись лианы. Белые тигры зарычали и прижали уши.

— Пойдем, дорогая. И ты пойдешь с нами, — сообщил я.

— Что?! — возмутилась жрица.

Но я не слушал. Просто наклонился и подхватил ее. Перебросил через плечо. Когти тут же впились в плащ, но хуже ему уже не будет. А под ним у меня броник, так что царапаться бесполезно.

Тойгерские воины сразу же оскалились и бросились вперед, направляя на нас копья.

— Вели им не лезть или хуже будет, — сказал я.

Но жрица, похоже, отдала противоположный приказ.

И не только своим мужикам.

Белые тигры зарычали и показали массивные зубы.

Один бросился.

Но тут же отлетел, потому что я двинул наотмашь металлической рукой. Остальные собирались последовать его примеру, но их схватили лианы Розочки. Парочку самых ретивых тойгеров — тоже. Все они теперь висели в воздухе и жалобно мяукали.

— Куда Волк хочет их? — спросила Роза.

Я невольно улыбнулся, но ответил почти серьезно:

— Да просто выбрось. Никуда я их не хочу, они ж самцы.

Розочка выполнила приказ буквально. Выбросила. Швырнула, блин.

Но они все кошаки, так что приземлились без травм. Только расстроились.