Чтение онлайн

– Ты так предусмотрителен, брат Селим! У меня просто нет слов! Тот криво усмехнулся.

– Но прежде чем мы удалимся на покой, брат, я хотел бы, чтобы ты познакомился со своими племянниками и племянницами.

С этими словами принц Селим подал знак старшему евнуху, который удалился из зала через боковую дверь и уже через минуту вернулся, ведя за собой восьмерых детей.

Приблизившись к возвышению, они низко поклонились отцу и своим матерям. Мальчики были одеты в длинные желтые халаты принцев, а на девочках были маленькие зеленые кафтанчики. Они выстроились перед Селимом в ряд по старшинству.

– Старший сын моей бас-кадины Сулейман, ему семь лет.

– Ага...
– буркнул Ахмед.
– Мой наследник. Тебе известно, племянник, что однажды ты будешь султаном?

– На все воля Аллаха, мой господин, да продлятся твои славные дни тысячу лет!

Ахмед с любопытством уставился на мальчика. Сулейман не моргнув глазом выдержал взгляд.

– Мой второй сын, Мухаммед. Он от Фирузи. Ему шесть с половиной.
– Мальчик поклонился.
– Сын Зулейки Омар, ему пять. А эта маленькая вертлявая обезьянка - сын Сайры Казим, ему четыре года. Второй сын Зулейки, трехлетний Абдула, и, наконец, мой самый младший, Мурад, третий сын Сайры, ему всего два годика.

– Твой выводок произвел на меня глубокое впечатление, брат Селим. У тебя очень красивые сыновья, и я рад сознавать, что славная династия Османов не прервется.
– Ахмед повернулся к девочкам-двойняшкам.
– А это что за красавицы?

– Дочери Фирузи Хале и Гузель.

– Хале значит "нимб вокруг Луны", а Гузель - "красивая". Прелестно... пробормотал Ахмед.
– Подите сюда, малышки. Посидите у своего дяди на коленях.

Хале топнула маленькой ножкой и крикнула:

– Нет!

К счастью, Ахмед не обиделся. После сытного обеда он находился в прекрасном расположении духа.

– Меня отвергли, брат Селим! Твоя маленькая дочурка ранила меня в самое сердце. Что ж, удаляюсь с позором.
– С этими словами он тяжело поднялся со своего места, поклонился госпоже Рефет, гарему своего брата и в сопровождении личных рабов покинул зал.

Хале взобралась к отцу на колени и устроилась поудобнее.

– Мне не нравится дядя Ахмед, - объявила она.
– Он про

Глава 23

К тайной радости Селима и всего его семейства, визит принца Ахмеда во дворец Лунного света был непродолжителен. Уже через несколько дней из Константинополя прибыл гонец с известием, что покои, отведенные для султанского наследника в Эски-серале, готовы, и Ахмед уехал. После этого еще примерно год обитатели крымского дворца жили в относительном спокойствии: столичные придворные интриги не касались их. К сожалению, это длилось недолго.

Покои, отданные принцу Ахмеду в Эски-серале, быстро утратили свой блеск и вскоре превратились в настоящий свинарник. Султанский наследник еще не имел сыновей. Мертворожденные младенцы, выкидыши и хилые девочки - таков был удел его икбал. Из-за этого Ахмед никак не мог взять себе жену-кадину, и поэтому в гареме все женщины были между собой относительно равны. Фаворитки менялись едва ли не еженощно, в зависимости от его настроения, а это, в свою очередь, порождало конфликты. Икбал Ахмеда только тем и занимались, что беспрестанно строили друг против друга козни за право распоряжаться рабами, служившими у Ахмеда. Сам же принц, стремясь выйти из-под влияния матери, не разрешал Бесме командовать своими слугами. В результате последние окончательно разленились, не имея над собой фактически никакого начальства. В покоях наследника все пребывало в беспорядке, здесь перестали убираться.

Хаджи-бею ситуация была хорошо известна, но он помалкивал о ней перед султаном. Зато активно распространял слухи о неряшливости наследника по всей империи. Порой ага кизляру даже приходила в голову мысль, что при удачном стечении обстоятельств не исключено, что его протеже Селиму, преданному мусульманину и счастливому отцу шестерых крепких сыновей, удастся заступить на трон Баязета без войны и большого кровопролития.

Осознавая, что с каждым днем сравнение между двумя принцами становится все больше не в пользу развращенного Ахмеда и что на его фоне красивый сын ненавистной соперницы выглядит в глазах народа все лучше и лучше, Бесма решила наконец нанести визит в покои своего отпрыска.

Войдя в них, она с гримасой отвращения увидела на полу мусор, разбросанную одежду, гниющие надкусанные фрукты в вазах и вдобавок учуяла стойкий запах мочи. Прямо на полу храпел один из рабов. Приблизившись, Бесма сильно пнула его ногой, тот вскочил.

– Где твой господин?

Раб дрожащим пальцем показал в сад, залитый ярким солнцем. Бесма твердым шагом направилась туда. Задержавшись на минуту в тени колонны и ничем не обнаруживая своего присутствия, она принялась внимательно наблюдать за открывшейся ей сценой.

Голый по пояс сын развалился на диване у кромки бассейна, в котором плескались несколько обнаженных девушек и мальчиков. С годами Ахмед внешне сильно изменился. Он всегда был невысокого роста и страдал от лишнего веса, но многочисленные пороки - чревоугодие стояло отнюдь не на последнем месте превратили его в настоящего жирного борова. Огромные груди и круглый живот дряблыми складками нависали на пояс шаровар. Несмотря на то что по законам Корана пить вино правоверным строго запрещалось, он тайно выпивал, и последствия этого были написаны на лице. Маленькие и блестящие, словно буравчики, глаза налились кровью, а некогда прямой, орлиный, как и у Селима, нос распух и был изрезан тонкими синими венами лопнувших сосудов. Седеющие волосы и борода имели неряшливый вид и явно нуждались в гребне и ножницах брадобрея.

Бесма перевела взгляд, исполненный брезгливости, с сына на тех, кто окружал его. Позы их были откровенны и омерзительны. Ахмед подозвал к себе какого-то мальчишку, который тут же подбежал, сластолюбиво улыбаясь, будто шлюха.

Не выдержав, Бесма вышла из своего укрытия. Поприветствовав Ахмеда коротким кивком, она обернулась к остальным.

– Вон отсюда!
– приказала женщина.
– Я хочу поговорить с сыном.

Те остолбенело уставились на нее.

– Я сказала: вон отсюда!
– взвизгнула Бесма. Свитские ретировались.

– Ты забываешься, мать. Я здесь хозяин!

– Нет, это ты забываешься, сын. Хозяином этого дома, равно как и всей империи, является султан Баязет. И ты поступишь очень хорошо, если крепко зарубишь себе это на носу.

– Что тебе нужно?
– грубо бросил Ахмед.

– Поговорить с тобой о твоем поведении. И, судя по той сцене, которая мне здесь открылась, я пришла вовремя. В твоих покоях повсюду грязь и мусор! Рабы храпят среди бела дня прямо на полу, а женщины и прочие твои любимцы ведут себя просто омерзительно! Уже к ночи об этой оргии будет знать весь Константинополь. И учти: по мере того как твоя репутация в народе продолжает падать, репутация Селима растет. Ты открыто нарушаешь наши законы, валяешься в грязи, путаешься с мальчиками, не умеешь обращаться со своими женщинами! А Селим регулярно ходит в мечеть, дом его - райский уголок, где царят мир, счастье и покой. Вдобавок он гордится сыновьями, имя которым - легион! Можно подумать, он - султанский наследник!

– Я - наследник! Я буду править империей после отца, а Селим всего лишь младший сын.

– Селим - любимец толпы, болван! Стоит ему только показаться в городе, как народ безумеет от счастья. Недавно он приезжал сюда с тремя своими старшими сыновьями, среди которых был наследник Сулейман, а также принцы Мухаммед и Омар. Надо было видеть, что творилось на улицах, какое всеобщее ликование! Между прочим, что тебе мешало хоть на минутку выбраться из своего свинарника, чтобы посмотреть на это?