Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Гарики на все времена (Том 2)
Шрифт:

32

Злая смута у России впереди: все разъято, исковеркано, разрыто и толпятся удрученные вожди у гигантского разбитого корыта.

33

Когда вдруг рухнули святыни и обнажилось их уродство, душа скитается в пустыне, изнемогая от сиротства.

34

Россия ждет, мечту лелея о дивной новости одной: что наконец нашли еврея, который был всему виной.

35

Ручей из русских берегов, типаж российской мелодрамы, лишась понятных мне врагов, я стал нелеп, как бюст без дамы.

36

На кухне или на лесоповале, куда бы судьбы нас ни заносили, мы все о том же самом толковали — о Боге, о евреях, о России.

37

Хоть сотрись даже след от обломков дикой власти, где харя на рыле, все равно мы себя у потомков несмываемой славой покрыли.

38

Я разными страстями был испытан, но главное из посланного Богом — я в рабстве у животных был воспитан, поэтому я Маугли во многом.

39

Российскую власть обесчещенной мы видим и сильно потоптанной, теперь уже страшно, что женщиной она будет мерзкой и опытной.

40

Нельзя не заметить, что в ходе истории, ведущей народы вразброд, евреи свое государство — построили, а русское — наоборот.

41

Едва утихомирится разбой, немедля разгорается острей извечный спор славян между собой — откуда среди них и кто еврей.

42

Я снял с себя российские вериги, в еврейской я сижу теперь парилке, но, даже возвратясь к народу Книги, по-прежнему люблю народ Бутылки.

43

В автобусе, не слыша языка, я чую земляка наверняка: лишь русское еврейское дыхание похмельное струит благоухание.

44

Приемлю, не тоскуя и не плачась, древнейшее из наших испытаний — усушку и утруску наших качеств от наших переездов и скитаний.

45

Не в том печаль, что век не вечен, — об этом лучше помолчим, а в том, что дух наш изувечен и что уже неизлечим.

46

Везде все время ходит в разном виде, мелькая между стульев и диванов, народных упований жрец и лидер Адольф Виссарионович Ульянов.

47

За все России я обязан — за дух, за свет, за вкус беды, к России так я был привязан — вдоль шеи тянутся следы.

48

В любое окошко, к любому крыльцу, где даже не ждут и не просят, российского духа живую пыльцу по миру евреи разносят.

49

Не дикому природному раздолью, где края нет лесам и косогорам, а тесному кухонному застолью душа моя обязана простором.

50

Много у Ленина сказано в масть, многие мысли частично верны, и коммунизм есть советская власть плюс эмиграция всей страны.

51

На почве, удобренной злобой бесплодной, увял даже речи таинственный мускул: великий, могучий, правдивый, свободный стал постным, унылым, холодным и тусклым

52

Я б хотел, чтоб от зоркого взора изучателей русских начал не укрылась та доля позора, что ложится на всех, кто молчал.

53

У того, кто родился в тюрьме и достаточно знает о страхе, чувство страха живет не в уме, а в душе, селезенке и пахе.

54

Я Россию часто вспоминаю, думая о давнем дорогом, я другой такой страны не знаю, где так вольно, смирно и кругом.

55

Забавно мы все-таки жили: свой дух в чистоте содержали и с истовой честью служили неправедной, грязной державе.

56

Такой же, как наша, не сыщешь на свете ранимой и прочной душевной фактуры; двух родин великих мы блудные дети: еврейской земли и российской культуры

57

Оставив золу крематорию и в путь собирая семью, евреи увозят историю будущую свою.

58

Я там любил, я там сидел в тюрьме, по шатким и гнилым ходил мостам, и брюки были вечно в бахроме, и лучшие года остались там.

Евреев от убогих до великих

люблю не дрессированных, а диких

59

Был, как обморок, переезд, но душа отошла в тепле, и теперь я свой русский крест по еврейской несу земле.

60

Здесь мое исконное пространство, здесь я гармоничен, как нигде, здесь еврей, оставив чужестранство, мутит воду в собственной среде.

61

В отъезды кинувшись поспешно, евреи вдруг соображают, что обрусели так успешно, что их евреи раздражают.

62

За российский утерянный рай пьют евреи, устроив уют, и, забыв про набитый трамвай, о графинях и тройках поют.

63

Еврейский дух слезой просолен, душа хронически болит; еврей, который всем доволен, — покойник или инвалид.
Поделиться с друзьями: