на главную - закладки

Чтение онлайн

КНИГИ

switch

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Гарики на все времена (Том 2)
на обложку

Губерман Игорь Миронович
Шрифт:

261

Спалив дотла последний порох, я шлю свой пламенный привет всем дамам, в комнатах которых гасил я свет.

262

Я мыслю и порочно, и греховно, однако повторяю вновь и вновь: еда ничуть не менее духовна, чем пьянство, вдохновенье и любовь.

263

Люблю вино и нежных женщин, и только смерть меня остудит; одним евреем станет меньше, одной легендой больше будет.

264

Если я перед Богом не струшу, то скажу ему: глупое дело — осуждать мою светлую душу за блудливость истлевшего тела.

Кто понял жизни смысл и толк,

давно замкнулся и умолк

265

Мы вчера лишь были радостные дети но узнали мы в награду за дерзание, что повсюду нету рая на планете, и весьма нас покалечило познание.

266

Нас душило, кромсало и мяло, нас кидало в успех и в кювет, и теперь нас осталось так мало, что, возможно, совсем уже нет.

267

Не в силах никакая конституция устроить отношенья и дела, чтоб разума и духа проституция постыдной и невыгодной была.

268

По эпохе киша, как мухи, и сплетаясь в один орнамент, утоляют вожди и шлюхи свой общественный темперамент.

269

На исторических, неровных, путях заведомо целинных хотя и льется кровь виновных, но гуще хлещет кровь невинных.

270

Неистово стараясь прикоснуться, но страсть не утоляя никогда, у истины в окрестностях пасутся философов несметные стада.

271

Я не даю друзьям советы, мир дик, нелеп и бестолков, и на вопросы есть ответы лишь у счастливых мудаков.

272

Блажен, кто знает все на свете и понимает остальное, свободно веет по планете его дыхание стальное.

273

В эпохах, умах, коридорах, где разум, канон, габарит — есть области, скрывшись в которых разнузданный хаос царит.

274

Множество душевных здесь калек те, чей дух от воли изнемог, ибо на свободе человек более и глуше одинок.

275

Зря, когда мы близких судим, суд безжалостен и лих: надо жить, прощая людям наше мнение о них.

276

Всюду, где понятно и знакомо, всюду, где спокойно и привычно, в суетной толпе, в гостях и дома наше одиночество различно.

277

Прозорливы, недоверчивы, матеры, мы лишь искренность распахнутую ценим потому и улучшаются актеры на трибунах, на амвонах и на сцене.

278

Наш век устроил фестиваль большого нового искусства: расчислив алгеброй мораль, нашел гармонию паскудства.

279

Я изучил по сотням судеб и по бесчисленным калекам, насколько трудно выйти в люди и сохраниться человеком.

280

И понял я, что поздно или рано, и как бы ни остра и неподдельна, рубцуется в душе любая рана — особенно которая смертельна.

281

Жаль беднягу: от бурных драм расползаются на куски все сто пять его килограмм одиночества и тоски.

282

Вижу в этом Творца мастерство, и напрасно все так огорчаются, что хороших людей большинство, но плохие нам чаще встречаются.

283

По прихоти Божественного творчества, когда нам одиноко в сучьей своре, бывает чувство хуже одиночества — когда еще душа с рассудком в ссоре.

284

Нам в избытке свобода дана, мы подвижны, вольны и крылаты, но за все воздается сполна и различны лишь виды расплаты.

285

Есть люди с тайным геном комиссарства, их мучит справедливости мираж, они запойно строят Божье царство, и кровь сопровождает их кураж.

286

Когда боль поселяется в сердце, когда труден и выдох, и вдох, то гнусней начинают смотреться хитрожопые лица пройдох.

287

Какую мы играть готовы роль, какой хотим на лбу нести венец, свидетельствуют мелочь, знак, пароль, порою — лишь обрезанный конец.

288

Свобода к нам не делает ни шагу, не видя нашей страсти очевидной, свобода любит дерзость и отвагу, а с трусами становится фригидной.

289

И здесь дорога не легка, и ждать не стоит ничего, и, как везде во все века, толпа кричит — распни его!

290

Посмотришь вокруг временами и ставишь в душе многоточие... Все люди бывают говнами, но многие — чаще, чем прочие.

291

Пока не требует подонка на гнусный подвиг подлый век, он мыслит нравственно и тонко, хрустально чистый человек.

292

Любой мираж душе угоден, любой иллюзии глоток... Мой пес гордится, что свободен, держа в зубах свой поводок.
12345678910111213141516-117
Поделиться с друзьями:
© 2024 xBook

Почта для связи: xbook.shoplift810@passfwd.com