Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Гарики на все времена (Том 2)
Шрифт:

591

Большим идеям их гонители и задуватели их пламени всегда полезней, чем ревнители и караульные при знамени.

592

Идея, когда образуется, должна через риск первопутка пройти испытание улицей — как песня, как девка, как шутка.

593

Мне кажется, что истое призвание, в котором Божьей искры есть частица, в себе несет заведомое знание назначенности в ней испепелиться.

594

Что для нас — головоломка, духом тайны разум будит — очевидно, для потомка просто школьным курсом будет.

595

Есть и в Божьем гневе благодать, ибо у судьбы в глухой опале многие певцы смогли создать лучшее, что в жизни накропали.

596

Не так баламутится грязь и легче справляться с тоской, когда в нашей луже карась поет о пучине морской.

597

В заботах праздных и беспечных высоким пламенем горя, лишь колебатель струн сердечных живет не всуе и не зря.

598

Я не знаю, не знаю, не знаю; мне бы столько же сил, как незнания; я в чернила перо окунаю ради полного в этом признания.

599

Провалы, постиженья и подлоги познания, текущего волнами, — отменное свидетельство о Боге, сочувственно смеющемся над нами.

600

Все звезды, может быть, гербы и свастики всего лишь разновидности игрушек, лишь гусеницы мы и головастики для бабочек нездешних и лягушек.

601

Мне симпатична с неких пор одна утешная банальность: перо с чернильницей — прибор, которым трахают реальность.

602

Живя в дому своем уютно, я хоть и знаю, что снаружи все зыбко, пасмурно и смутно, но я не врач житейской стужи.

603

Я так привык уже к перу, что после смерти — верю в чудо Творец позволит мне игру словосмесительного блуда.

604

Куда б от судьбы ни бежали — покуда душа не отозвана, мы темного текста скрижали читаем в себе неосознанно.

605

Работа наша и безделье, игра в борьбу добра со злом, застолье наше и постелье — одним повязаны узлом.

606

Чем век земной похож на мебель совсем не сложная загадка: она участник многих ебель, но ей от этого не сладко.

607

Для плоти сладко утомление — любовь, азарт, борьба, вино; душе труднее утоление, но и блаженнее оно.

608

Много нашел я в осушенных чашах, бережно гущу храня: кроме здоровья и близостей наших все остальное — херня.

609

Былые забыв похождения, я сделался снулым и вялым; пошли мне, Господь, убеждения, чтоб, мучаясь, я изменял им.

610

Великой творческой мистерией наш мир от гибели храним: дух — торжествует над материей, она — господствует над ним.

611

Вражда племен, держав и наций когда исчезнет на земле, то станут ангелы слоняться по остывающей золе.

612

Я не считал, пока играл; оплатит жизнь моя и те долги, что я не брал, и те, что брал не я.

613

Хоть я постиг довольно много, но я не понял, почему чем дальше я бежал от Бога, тем ближе делался к Нему.

614

Спасибо Творцу, что такая дана мне возможность дышать, спасибо, что в силах пока я запреты Его нарушать.

615

Под шум и гомон пьянок сочных на краткий миг глаза закрыв, я слышу звон часов песочных и вижу времени разрыв.

616

Всем смертным за выслугу лет исправно дарует Творец далекий бесплатный билет, но жалко — в один лишь конец.

617

К Богу явлюсь я без ужаса, ибо не крал и не лгал, я только цепи супружества бабам нести помогал.

618

Свое оглядев бытие скоротечное, я понял, что скоро угасну, что сеял разумное, доброе, вечное я даже в себе понапрасну.

619

Спасибо за безумную эпоху, за место, где душа моя продрогла, за вечности ничтожную ту кроху, которой мне хватило так надолго.

620

Как одинокая перчатка, живу, покуда век идет, я в Божьем тексте — опечатка, и скоро Он меня найдет.

На свете ничего нет постоянней

превратностей, потерь и расставаний

621

Еще нас ветер восхищает и море волнами кипит, и только парус ощущает, что мачта гнется и скрипит.

622

Давеча столкнулся я в упор с некоей мыслишкой интересной: в душах наших пламя и задор связаны с упругостью телесной.

623

Уходит засидевшаяся гостья, а я держу пальто ей и киваю; у старости простые удовольствия, теперь я дам хотя бы одеваю.
Поделиться с друзьями: