Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Гарики на все времена (Том 2)
Шрифт:

428

Но пакости на свете нет сугубей, чем тихое культурное собрание, где змеи ущемленных самолюбий витают и кишат уже заранее.

429

Как, Боже, мы похожи на блядей желанием, вертясь то здесь, то там, погладить выдающихся людей по разным выдающимся местам.

430

До славы и сопутствующих денег, по лестнице взбираясь, как медведь, художник только нескольких ступенек за жизнь не успевает одолеть.

431

Искусство, отдаваясь на прочтение, распахнуто суждению превратному: питая к непонятному почтение, мы хамски снисходительны к понятному

432

Удавшиеся строчки летают, словно мухи, насиживая точки на разуме и духе.

433

Есть люди — выдан им билет на творческое воплощение, их души явно теплят свет, но тускло это освещение.

434

Ценю читательские чувства я, себя всего им подчиняю: где мысли собственные — грустные, там я чужие сочиняю.

435

А кто орлом себя считает, презревши мышью суету, он так заоблачно летает, что даже гадит на лету.

436

Во мне душа однажды дрогнет, ум затуманится слегка, и звук возвышенный исторгнет из лиры слабая рука.

437

В этой жизни я сделал немного от беспечности и небрежения, мне была интересна дорога, а не узкий тупик достижения.

438

Глубокие мы струны зря тревожим, темно устройство нашего нутра, и мы предугадать никак не можем, как может обернуться их игра.

439

Иллюзий и галлюцинаций, туманных помыслов лихих — затем не следует бояться, что мы б не выжили без них.

440

Слова про слитность душ — лишь удовольствие, пустая утешительная ложь; но хуже одиночества — спокойствие, с которым ты его осознаешь.

441

Не в муках некой мысли неотложной он вял и еле двигает руками — скорее, в голове его несложной воюют тараканы с пауками.

442

Вертясь в работной мясорубке, мужчины ей же и хранимы, поскольку мнительны и хрупки, пугливы, слабы и ранимы.

443

Покров румян, манер и лаков теперь меня смущает реже, наш мир повсюду одинаков, а мы везде одни и те же.

444

Быть незаметнее и тише — важнее прочего всего: чем человек крупней и выше, тем изощренней бес его.

445

Глупое по сути это дело — двигаться, свою таская тень; даже у себя мне надоело быть на побегушках целый день.

446

За то, что дарятся приятности то плотью нам, то духом тощим, содержим тело мы в опрятности, а душу музыкой полощем.

447

Я не уверен в Божьем чуде и вижу внуков без прикрас, поскольку будущие люди произойдут, увы, от нас.

448

С народной мудростью в ладу и мой, уверен, грустный разум, что как ни мой дыру в заду, она никак не станет глазом.

449

Зря не печалься, старина, печаль сама в тебе растает, придут иные времена, и все гораздо хуже станет.

Чем я грустней и чем старей,

тем и видней, что я еврей

450

Евреи зря ругают Бога за тьму житейских злополучий: Творец нам дал настолько много, что с нас и спрашивает круче.

451

Всегда с евреем очень сложно, поскольку очень очевидно, что полюбить нас — невозможно, а уважать — весьма обидно.

452

Я б так и жил, совьясь в клубок, узлы не в силах распустить, спасибо всем, кто мне помог себя евреем ощутить.

453

Нельзя в еврея — превратиться, на то есть только Божья власть, евреем надобно родиться и трижды жребий свой проклясть.

454

Люблю я племя одержимое, чей дух бессильно торжествует, стремясь постичь непостижимое, которого не существует.

455

Стараюсь евреем себя я вести на самом высоком пределе: святое безделье субботы блюсти стремлюсь я все дни на неделе.

456

Не позволяй себе забыть, что ты с людьми природой связан; евреем можешь ты не быть, но человеком быть обязан.

457

Наш ум погружен в темь и смуту и всуе мысли не рожает; еврей умнеет в ту минуту, когда кому-то возражает.

458

Не надо мне искать ни в сагах, ни в былинах истоки и следы моих корней: мой предок был еврей и в Риме и в Афинах и был бы даже в Токио еврей.

459

Та прозорливой мысли дальность, что скрыта в нашем обрезании, есть объективная реальность, даруемая в осязании.
Поделиться с друзьями: