Чтение онлайн

– Товарищ,- ни Строев, ни Микулич не знали, как обращаться к Клебанюку, поскольку тот не представился, а на его пятнистой форме звание определить было невозможно из-за отсутствия петлиц, спросил Строев,- а с ними что?

– А они останутся с нами. Будем прикрывать отход полка. Потом догоним,- ответил Андрей.

Гройсмана и Орензона отпустили. Вернее оставили. Клебанюк с бойцами их покинул по-английски, не прощаясь. Командиры, оставшись одни сначала не сговариваясь направились в ту сторону куда ушли их "пленители". Чуть пройдя обнаружили аккуратно сложенные свои документы и личное оружие, два пистолета и запасные обоймы к ним.

Мы верили, что они, как истинные коммунисты совершат подвиг, защищая свои идеалы. А дошедшие до нас лживые сплетни, что два командира иудейской наружности совершенно не сопротивляясь вышли к немецким солдатам и сдались в плен, те же не взирая на свою цивилизованную Европейскую культуру, пристрелили жидов где то в канаве. Эти слухи так и остались непроверенной неправдой.

***

Александр Николаевич Говоров уже минут сорок внимательно слушал прошение летчик-инструктора сержанта РККА Ивана Владимировича Давыдина:

– Александр Николаевич, больше года дома не был...

– Нельзя.

– Мать отца повидаю и обратно...

– Нет.

– Родители старенькие...

– Не врите, Ваш отец моложе меня.

– От нашего городка аэродром недалеко...

– Стоп.

И вот они уже склонились над картой Франции в районе Ла-Манша.

– Вот здесь мой дом, а вот аэродром.

– Плин, как бы получается,- терзался в сомнениях Говоров старший,- сейчас конец лета,- посмотрел на Давыдина,- где то здесь базируется немецкая эскадра JG-26 и они должны получить новенькие Фоккевульфы-190...

Вечером того же дня в семье русского эмигранта Давыдина Владимира Игоревича был праздничный ужин. Прибыл сын Иван, которого все уже считали сгинувшим на войне, а он вернулся.

***

К концу лета 1941 года эскадра JG-26, которая базировалась во Франции, была перевооружена на новый самолет одноместный, одномоторный FW-190A. Он обладал прекрасной управляемостью на всем диапазоне скоростей, у него стоял двигатель воздушного охлаждения с расположением цилиндров по типу "звезда", вооружен 4 пулеметами и двумя 2 см пушками, а так же новым прицелом. Англичане появление нового немецкого самолета благополучно не заметили. Вернее заметили, но считали его трофейным самолетом Кёртисс Р-36 Хок (Ястреб), американцем который на начало войны уже был устаревшим, но к началу боевых действий еще состоял на вооружении во Французских ВВС. Потом, чуть позже англичане поняли свою ошибку, когда с ужасом начали замечать, что FW-190 лучше их основного истребителя "Супермарин Спитфайр MK V". В небе над Ла-Маншем вновь начало господствовать Люфтваффе. Новый немецкий самолет оказался настолько лучше английского, что те серьёзно подумывали над проведением спецоперации с угоном одного "Фоккера" для последующего изучения. Если на Западном фронте FW-190 проявлял себя превосходно и сражаясь в меньшинстве наносить ощутимый урон английским ВВС, то на Восточном... он уступал почти всем советским истребителям. Мощное вооружение FW-190 позволяло поразить цель с первого раза, второго зачастую совершить не получалось, а большущая скорость при пикировании давала возможность немецким летчикам сразу же убежать с поля боя. В общем, на Восточном фронте основным так и остался "Мессершмитт BF-109".

***

На следующий день к переходу подходило два человека. Одного сразу опознали, это был Иван Давыдин, а вот вторым оказался его отец Владимир Игоревич.

Владимир Игоревич Давыдин родился в 1896 году в небольшом городке под Одессой в семье мелкого лавочника. Был он четвертым ребенком в семье. До 1914 года был как все не лучше и не хуже, окончил реальное училище, а потом... потом война. В 1915 ушел волонтером в армию. Попал в 4 стрелковую дивизию, которой командовал Антон Иванович Деникин. В сентябре 15 года участвовал во взятии Луцка. Летом 1916 участвовал в Брусиловском прорыве, а точнее повторно взяли Луцк... молодой Владимир Давыдин тогда даже не подозревал, что это был ставший потом знаменитым "Брусиловский прорыв". Когда в 1917 начались волнения и неразбериха ушел домой. Из дома на Дон снова к Деникину. Записался в формируемую им армию... ну как армию 4 тыс. человек при 5 орудиях. Все были молоды и в шутку называли 46 летнего Деникина "дед Антон". Участвовал в неудачном штурме Екатеринодара и паническом бегстве из Новороссийска в Крым, потом из Крыма в Константинополь и дальше во Францию. Со своей будущей женой, Елизаветой Ефимовной познакомился уже в эмиграции. Была она вдовой и старше на 8 лет, но особого выбора у Владимира Игоревича не было, а точнее выбора не было вообще. На тот момент она снимала комнатушку с самым младшим из своих родных братьев Петлицким Сергей Ефимовичем, который был авиатором и работал на небольшом частном аэродроме недалеко от городка, куда в мастерские и пристроил Владимира. Рождение Ивана стало знаменательным событием. Брат жены Сергей Ефимович детей, равно как и жены не имел. Женщины у него были и не мало, а вот деток как то не заимел. Одна не по нраву, другая не по вкусу, третья не по карману. Племянника он воспринимал как родного, да и тому нравились с дядей Сережей. Войну с тевтонами или как их называли французы - бошами Владимир Игоревич, равно как и Сергей Ефимович, восприняли серьезно. Иван ушел в армию. Это была, какая то странная война. Война как бы была, но самой войны как таковой не было. Все уже стали надеяться, что на том и закончится когда... Союзную армию Франции и Англии разгромили так быстро, что никто ничего не успел понять, когда в их городке начали хозяйничать боши, а вот от Ивана вестей не было.

Явился тот, когда его уже никто не ждал, с подарками, если таковыми уместно назвать продукты. Они, всей семьей включая Сергей Ефимовича долго сидели, обсуждали... а чего обсуждать? С приходом немцев они фактически стали невостребованными безработными и перебивались случайными заработками.

***

Александр Николаевич задумчиво ходил по кабинету и периодически из-подлобья, поглядывая на стоявших по стойке "смирно" отца и сына Давыдиных. Остановился:

– И как Вы себе все это представляете?

– Дядя Сережа неплохой авиатор, отец авиатехник... мама может преподавать французский или работать в госпитале...,- молодой Давыдин скорее мямлил, чем отвечал на вопрос.

– В госпитале у нас есть кому работать,- отмахнулся Говоров старший,- а вот приличного преподавателя французского у нас нет,- сделал небольшую паузу и продолжил,- По поводу военлета Петлицкого. Вашего дядю проверим... каков он военлет...

***

Немецкий аэродром базировался на когда то французском частном аэродроме, но с некоторыми изменениями. Фактически они использовали только взлетную полосу и некоторые здания. Самолеты не стояли на взлетном поле они находились немного в сторонке и прилично замаскированы. Были выкопаны неглубокие капониры, над которыми на палках развешана маскировочная сеть. Схожим образом стояли палатки с личным составом, столовая, бочки с ГСМ, боеприпасы и прочие службы. В посадке находились машины связи, по периметру имелись шесть зенитных орудий с часовыми. На грунтовой дороге установлен шлагбаум с будкой, который нас немного посмешил. Будка и шлагбаум покрашено в бело-черный цвет, ходит вооруженный часовой, в будке имеется телефон, справа и слева от шлагбаума прорыт неглубокий ров метров по пять в каждую сторону и все. Если нужно незаметно пробраться на аэродром - отойди в сторону от дороги, в любую сторону и беспрепятственно пройди.

– Самолеты стоят в трех разных местах. Вот здесь, здесь и в этом леску тоже. Всего их около 30 штук. Точно сказать не могу, но по предварительным подсчетам истребителей 25-28, так же были замечены маленьких "Шторх" два и один Ю-52,- докладывал Левченко,- Зениток шесть, палатки для расчета находятся недалеко. Так же у них имеется с десяток грузовых автомобилей, один бензовоз и два легковых. Много чего они развозят на лошадях. Еще есть специальные тележки для подвоза бомб. Палатки с личным составом так же в трех местах, недалеко от своих самолетов. Штаб вот здесь, рядом машины связистов и столовая. Склад с боеприпасами вот здесь бомбы, а здесь патроны и снаряды, бочки с ГСМ стоят вот,- указывал он на карте...

– Андрей Клебанюк,- обратился к нему Александр Николаевич, который в отсутствии Валерия взялся руководить операцией,- слушаю твое мнение...

– Мое мнение... брать их нужно. Машин у нас штук двадцать, да у них с десяток. Самолеты вывезем сразу, потом все усилия на боеприпасы, ГСМ и прочее...

– Не то,- отмахнулся Говоров старший,- я спрашиваю, какие есть мысли о захвате этого всего.

– Александр Николаевич это не ко мне, это лучше к Илье,- и кивнул на Левченко,- это его стихия.

– Тогда этот вопрос к тебе Илья... слушаю.

– А чего здесь долго думать,- пожав плечами, ответил тот,- сначала по-тихому убираем зенитки, штаб и связистов, потом всех остальных.

– Думаешь получится и остальных "по-тихому"?- Переспросил Александр Николаевич.

– Нет, остальных как получится.

– Людей хватит?

– Если привлекать людей Лютикова, да разведчиков которых мы готовим для него, тогда хватит. Для зенитчиков нужно шесть снайперов и пару помощников из новеньких...