Чтение онлайн

Вся моя команда стоит в скафандрах снаружи. Овцебык качает ртуть ручным насосом, ему в этом деле помогает Андрей. Затем они сменяются и на место Синицына встаёт тот самый четвёртый неизвестный. Герда же стоит и смотрит на происходящее. Я подбегаю к тусовке, готовый рвать и метать. Внутри всё вскипает.

— Вы что творите, мать вашу?!

Понимаю, что комлинк не работает… Почему? Герда поворачивается ко мне, и по губам я читаю: «Наконец-то очнулся». Лишь отдалённо слышу звуки её голоса, но очень плохо. Начинаю жестами пытаться выяснить, что происходит? Но внятного ответа не получаю. Всё выглядит так, как будто идёт по плану. Да вот только по плану мы должны были покинуть планету уже давным-давно… А мы всё ещё здесь. С минуты на минуту могут появиться обелиски, и нам снова от них придётся давать дёру. Тратить топливо. Да сколько можно?!

Вижу предохранитель, который валяется на земле. Он то мне и нужен. Хватаю без лишних церемоний, и направляюсь в сторону корабля. Но Белка начинает преследовать с ошалелым выражением лица, остальные машут руками, умоляя меня не делать этого. Ага, щас! Что ещё хотите? Поселиться здесь может быть?

Захожу по трапу, Герда несётся за мной, заходит следом, дёргает за руку, тем самым намекая на то, чтобы я этого не делал. Но я в ярости. Запускаю процесс очистки помещения, выравнивания давления. Открывается вторая шлюзовая дверь, захожу, снимаю шлем. Опешившая Белка залетает следом за мной и тоже снимает шлем.

— Да что ты творишь?! Ну подожди секундочку хотя бы!

— Что я творю? Я улетаю с этой планеты!

— Да ну послушай ты! Нельзя сейчас ставить предохранитель обратно! Подожди пока докачаем!

— Чтобы что?

— Чтобы нам было чего продавать! Я вообще на контракт из-за денег пошла! А не летать по системам и как побирушка надеяться на лучшее!

— А придётся, потому что другого выхода у тебя нет.

— Есть!

Я разворачиваюсь и иду, но она меня держит за руку.

— Да стой ты! Чёртов упрямец и идиот!

— Как ты меня назвала?!

— СТОЙ ГОВОРЮ! Просто выслушай и всё! От двух минут ничего не станется!

Останавливаюсь, разворачиваюсь, делаю максимально недовольное лицо.

— Наконец-то, господи, как же с тобой тяжело…

— Ну?!

— Пока Внезапный обесточен полностью, обелиски его не тронут!

— Это кто сказал?

— Ден Збигнев?

— Кто это нахрен такой? — говорю я с уже застланным от гнева рассудком.

— Инженер-пилот с шаттла Черезникова! Тебе память что ли отшибло?

Понимаю, что действительно забыл тот маленький нюанс, когда тащил этого парня с судна. Ничего себе он быстро восстановился! На шаттле он выглядел не очень.

— Точно…

— Поэтому его шаттл и не трогали до нашего прибытия. Ты же помнишь, он был полностью обесточен. И доступа к воде не было, так как механический насос сломан, а электрический обесточен.

— Да, да, я понял. — я сделал паузу, закрыв глаза. — Этот чёрт обнулил полётные данные?

— Ну тут как… Просто не только мне нужны деньги…

— Прекрасно. А вы не забыли ему сказать о том, что у нас смесь баросфена и омнисфена в баках, и что на таком замесе у нас ходовые характеристики судна находятся в суперпозиции? Одновременно охренительные и смердящее собачье дерьмо!

Она приподняла брови, и я понял, что в суматохе они забыли об этом «малюсеньком» нюансе.

— МО-ЛО-ДЦЫ! Стадо баранов!

— Ты просто невыносим!

— Я невыносим?! А что если мы… Ну допустим, просто не взлетим? Понимаешь? Ты думаешь я просто так разгонял эту консервную банку и строил маршрут? Я это делал, теряя кровь каждую секунду. А вы такие: «Ну ладно, давайте сделаем ещё остановку»! Блестяще!

— Оплошали, с кем не бывает!

— Эта оплошность нам может стоить жизни!

Мы замолчали на какое-то время, Герда скрестила руки на груди, я смотрел в сторону.

— И сколько они уже выкачали?

— Почти полный отсек.

— Девятьсот литров?

— Примерно…

Повисла ещё одна неловкая пауза.

— Ты успокоился?

— Даже не начинай!

Я развернулся и пошёл в машинное отделение.

— Ты куда?

— Установить деталь туда, где ей самое место. Мы стартуем через пять минут.

Она ничего не сказала, а только надела шлем и побежала в шлюз, чтобы позвать остальных.

* * *

Посудина взлетела на удивление резво. Действительно, пока всё было обесточено, никаких следов обелисков вокруг не наблюдалось. Но стоило нам только включить питание, как через минуты три на горизонте появился чёрный стальной силуэт. Подняв Внезапного в воздух, я снова занялся построением траектории выхода на орбиту, а затем дальнейшего маршрута до системы Бездна. Я совершенно забыл при этом про Уголька, настолько сильно меня выбесила моя команда.

Когда через час полёта всё было готово, я запустил автопилот и собрал всех на мостике. Сам я сидел в кресле, они же стояли передо мной.

— Я так полагаю, новенького можно поздравить? Пришёл в себя и сразу же ввязался в восхитительную авантюру.

— Капитан Керимов…

Я жестом показал, чтобы он замолчал. Я был всё ещё вне себя, но уже не так сильно, как до этого.

— Ладно, будем честны, ничего страшного не случилось… Кроме того, что мы потеряли около двух с половиной процентов топлива. Учитывая, что машина старая и местами никчёмная, наш полёт может затянуться. Поймите, нам же ещё необходимо внутри самой системы перемещаться!

Все отвели взгляд. Они знали, что я прав.

— Ко всему прочему, мы не знаем, кому мы будем сбывать ресурсы и имеющееся у нас добро. Алая ртуть — это прекрасно. Очень востребованный ресурс, который мало где можно добыть. Молодцы. Делать-то что с ним?

Молчание.

— О чём и речь. Вопрос остаётся открытым. Надеюсь, вы хоть герметиком залатали дыры?

— Т-так т-точно, капитан! — ответил Андрей. — Ситуация с пробоинами на судне о-оказалась г-гораздо лучше, чем мы ожид-дали!

— Хоть где-то порядок.

Послышался удар в дальнем коридоре. Я нахмурился, а потом внезапно вспомнил.

— Так, ладно, на повестке дня очень важный вопрос, который нам надо решить. — я встал с кресла. — Как вы помните, мы поймали Уголька, новенький, как бы тебя ни звали, потом введём в курс дела. — Благо, этот уголовник так и не нашёл способ вырваться. Но пока вы устраивали мне сюрприз с ртутными озёрами, я успел с ним пообщаться. И у него действительно есть покупатель… Правда, взамен он требует, чтобы мы его освободили.