Чтение онлайн

— Если только он не спал при этом, — заметил Гарри, однако затаил дыхание, когда Гермиона встала на колени перед пустым холстом, направила на него палочку, кашлянула и произнесла:

— Э… Финеас? Финеас Найджелус?

Ничего не произошло.

— Финеас Найджелус? — повторила Гермиона. — Профессор Блэк? Можно поговорить с вами? Пожалуйста!

— «Пожалуйста» всегда помогает, — произнес холодный, язвительный голос, и Финеас Найджелус появился на портрете.

Гермиона среагировала мгновенно:

— Obscuro!

И тут же на темных проницательных глазах Финеаса Найджелуса появилась черная повязка. Он ударился о раму и заверещал от боли.

— Что? Да как вы смеете?! Что вы…

— Прошу прощения, профессор Блэк, — извинилась Гермиона, — но это необходимая мера предосторожности.

— Уберите эту мерзкую тряпку! Немедленно, кому сказал! Вы портите великое произведение искусства! Где я? Что происходит?

— Неважно, где мы, — сказал Гарри, и Финеас Найджелус замер, прекратив попытки сорвать повязку.

— Неужели я слышу голос неуловимого Гарри Поттера?

— Возможно, — отозвался Гарри, зная, что его ответ подогреет интерес Финеаса Найджелуса. — Мы хотели бы задать вам пару вопросов — по поводу меча Гриффиндора.

— А! — Финеас Найджелус завертел головой, тщетно пытаясь хотя бы краем глаза взглянуть на Гарри. — Ясно. Эта глупая девчонка крайне неразумно себя повела…

— Закрой свой рот — не смей оскорблять мою сестру, — грубо сказал Рон, и Финеас Найджелус высокомерно приподнял бровь.

— Кто здесь еще? — спросил он, продолжая поворачивать голову то туда, то сюда. — Не слишком-то ты вежлив. Девчонка и ее друзья поступили совершенно опрометчиво. Пытаться ограбить директора!

— Они не воровали, — возразил Гарри. — Меч не принадлежит Снейпу.

— Он принадлежит школе, которую возглавляет профессор Снейп, — с достоинством парировал Финеас Найджелус. — А какие права на меч есть у этой девчонки Уизли? Она заслужила наказание — равно как идиот Лонгботтом и ненормальная Лавгуд.

— Невилл не идиот, а Луна — не ненормальная, — вмешалась Гермиона.

— Где я? — Финеас снова попытался избавиться от повязки. — Куда вы меня притащили? Зачем увезли из дома моих предков?

— Да плевать на это! Как Снейп наказал Джинни, Луну и Невилла? — настойчиво спросил Гарри.

— Отослал их в Запретный лес в помощь этому тупице Хагриду.

— Хагрид не тупица! — взвизгнула Гермиона.

— Снейп-то мог счесть это наказанием, — хмыкнул Гарри. — Но Джинни, Невилл и Луна, похоже, повесилилсь там с Хагридом. Запретный лес! Подумаешь! Они видели вещи пострашнее Запретного леса!

Гарри почувствовал большое облегчение — он уже успел навоображать себе ужасов, из которых проклятие Cruciatus было самым невинным.

— Что мы действительно хотели узнать, профессор Блэк, так это… Гм… Кто-нибудь еще выносил меч из кабинета? Может, его в чистку отдавали или что-нибудь вроде этого?

Финеас Найджелус снова оставил попытки сорвать повязку и захихикал.

— Ох уж эти магглорожденные! Оружие, сделанное гоблинами, не нуждается в чистке, дурочка! Гоблинское серебро отталкивает простую грязь, впитывая только то, что делает его сильнее.

— Не называйте Гермиону дурочкой, — потребовал Гарри.

— Мне начинают надоедать эти пререкания. Пожалуй, я вернусь в кабинет директора.

С повязкой на глазах он начал пробираться к краю картины, пытаясь нащупать выход. Внезапно Гарри осенило:

— Дамблдор! Вы не можете привести с собой Дамблдора?

— Прошу прощения?

— Портрет профессора Дамблдора! Вы не могли бы позвать его сюда?

Финеас Найджелус обернулся на голос Гарри:

— Очевидно, не только магглорожденные такие невежды, Поттер. Портреты Хогвартса общаются между собой, но не разгуливают вне замка, за исключением своих собственных портретов. Дамблдор не может прийти сюда со мной, и я уверен, что после такого обращения я и сам воздержусь от повторного визита.

Гарри слегка упал духом, наблюдая, как Финеас возобновил свои попытки выбраться из портрета.

— Профессор Блэк, — снова обратилась к холсту Гермиона, — вы не можете сказать нам, когда в последний раз меч Гриффиндора доставали из футляра? До того как его взяла Джинни?

Финеас нетерпеливо фыркнул:

— Полагаю, последним к мечу прикасался Дамблдор — ему понадобилось разбить кольцо.

Гермиона резко развернулась и взглянула на Гарри. Больше никто из них не осмелился произнести ни слова при Финеасе Найджелусе, которому наконец-то удалось найти выход.

— Ну что ж, доброй ночи, — колко произнес он, исчезая из виду.

Но когда виднелась одна верхушка остроконечной шляпы, Гарри неожиданно закричал:

— Стойте! Вы говорили Снейпу о том, что видели это?

Лицо с повязкой на глазах снова показалась на полотне:

— У профессора Снейпа сейчас и без того забот хватает — ему не до чудачеств Альбуса Дамблдора. До свидания, Поттер.

С этими словами Финеас Найджелус исчез окончательно, оставив после себя пустое мрачное полотно.

— Гарри! — воскликнула Гермиона.

— Я знаю! — заорал Гарри.

Не в силах сдержаться, он победно вскинул кулак — новость превзошла все его самые смелые ожидания. Гарри принялся мерить шагами палатку, готовый пробежать целую милю; он даже забыл о чувстве голода. Тем временем Гермиона заталкивала портрет Финеаса Найджелуса обратно в сумочку. Завязав тесемки, она отбросила ридикюль в сторону и, сияя, повернулась к Гарри:

— Мечом можно уничтожать хоркруксы! Гоблинские клинки вбирают в себя только то, что делают их сильнее. Гарри, меч пропитан ядом василиска!

— И Дамблдор не отдал мне его, потому что меч был ему еще нужен: он собирался уничтожить медальон…

— …и он, должно быть, догадался, что тебе не удастся получить меч по завещанию…

— …и сделал копию…

— …и положил ее в стеклянный футляр…

— …и оставил настоящий… Где?

Они посмотрели друг на друга, и у Гарри возникло ощущение, что истина витает где-то совсем рядом, издевательски близко. Почему Дамблдор не сказал ему?

Или все-таки сказал — а Гарри просто не понял?