Чтение онлайн

«Что происходит?»

«Малфой отнял мой напоминар, профессор». С ухмылкой Малфой быстро бросил напоминар обратно на стол.

«Да я просто взглянул», – сказал он и пошел прочь, сопровождаемый Краббом и Гойлом. В половине четвертого Гарри, Рон и остальные гриффиндорцы отправились на площадку для первого летного урока. Стоял ясный день, дул легкий бриз, и волны перекатывались по траве, когда они спускались к ровной лужайке, расположенной напротив Запретного леса, деревья которого мрачно покачивались вдалеке. Слитеринцы уже пришли, и двадцать метел были разложены аккуратными рядами на земле. Гарри вспомнил, как Фред и Джордж Висли жаловались на школьные метлы, говоря, что некоторые начинают вибрировать, если залететь слишком высоко, или вечно поворачивают влево. Появилась учительница – мадам Хуч. У нее были короткие седые волосы и желтые ястребиные глаза.

«Ну, чего ждете? – крикнула она. – Становитесь каждый около метлы. Давайте, пошевеливайтесь». Гарри глянул вниз на свою метлу. Она была старой, и прутики торчали в разные стороны.

«Вытяните правую руку над метлой, – скомандовала мадам Хуч, – и прикажите ей ВВЕРХ!»

«ВВЕРХ!» – крикнули все. Метла Гарри сразу легла ему в руку, но она была одной из немногих. У Эрмионы Грангер она просто перекатилась по земле, а у Невилла вообще не шевельнулась. Наверное, метлы как лошади, понимали, когда их боятся; голос Невилла дрожал, и это ясно давало понять, что взлетать ему совсем не хотелось. После этого мадам Хуч показала им, как держать метлу, чтобы она не выскальзывала из руки, и прошла по рядам, поправляя хватку. Гарри и Рон были в восторге, когда она сказала Малфою, что он всю жизнь держал метлу неправильно.

«А теперь, когда я дам свисток, оттолкнитесь от земли как следует, – сказала мадам Хуч. – Держите метлы крепко, поднимитесь на несколько футов, а потом обратно вниз, слегка наклонив метлу. По моему свистку – три… два…»

Но Невилл, который нервничал, переминался с ноги на ногу и боялся остаться на земле, оттолкнулся раньше, чем свисток коснулся губ мадам Хуч.

«Вернись, парень!» – крикнула она, но Невилл летел вверх, как пробка из бутылки – двенадцать футов… двадцать… Гарри видел его побелевшее от испуга лицо, обращенное к убегавшей вниз земле, видел, как он открыл рот, соскользнул боком с метлы и… БАМ – глухой неприятный хруст, и вот Невилл лежит, скорчившись лицом вниз на траве. Его метла, тем временем, поднимаясь все выше и выше, лениво дрейфовала в сторону Запретного Леса и, наконец, скрылась из виду. Мадам Хуч склонилась над Невиллом, ее лицо было еще белей, чем у него.

«Сломано запястье, – услышал Гарри. – Ну, давай парень – все в порядке. Давай, поднимайся». Она обернулась к остальным.

«Чтоб никто из вас не двигался, пока я отвожу этого мальчика в лазарет! Оставьте метлы, где лежат, или вылетите из Хогвартса раньше, чем успеете сказать „квиддитч“. Давай, дорогой». Невилл, весь в слезах, поковылял прочь, сжимая запястье и опираясь на мадам Хуч. Едва только они отошли за пределы слышимости, Малфой расхохотался.

«Видали лицо этого болвана?» Остальные Слитеринцы присоединились к нему.

«Заткнись, Малфой», – крикнула Парвати Патил.

«Ой, да ты, никак, втюрилась в Лонгботтома? – парировала Панси Паркинсон, девчонка из Слитерина с неприятным выражением лица. – Никогда бы не подумала, что тебе нравятся жирные маленькие плаксы, Парвати».

«Глядите! – крикнул Малфой, наклоняясь вперед и подбирая что-то из травы. – Дурацкая вещица, которую Лонгботтому бабка прислала». Напоминар блеснул на солнце, когда он поднял его вверх.

«Дай сюда, Малфой», – спокойно сказал Гарри. Разговоры прекратились, и все взгляды устремились на них. Малфой расплылся в гнусной улыбке.

«Пожалуй, оставлю ее где-нибудь, чтоб Лонгботтом нашел – ну, например, – на дереве?»

«Дай сюда!» – крикнул Гарри, но Малфой вскочил на метлу и взлетел. Он не врал, он и впрямь летал хорошо. Поднявшись до верхушки дуба, он крикнул:

«Иди и возьми, Поттер!» Гарри схватился за метлу.

«Нет! – закричала Эрмиона Грангер. – Мадам Хуч сказала не двигаться, ты нас всех втянешь в историю!» Гарри и не думал слушать ее. Кровь стучала у него в ушах. Он взобрался на метлу, оттолкнулся посильней от земли и взмыл вверх. Ветер раздувал его волосы, его мантия полоскалась сзади – и в приступе отчаянной радости он понял, что нашел то, что ему доступно без обучения – это было легко и прекрасно. Он чуть потянул метлу вверх, чтобы подняться повыше и услышал визг девчонок на земле и восхищенные вопли Рона. Он резко развернул помело в воздухе, чтобы оказаться лицом к лицу с Малфоем. Малфой замер.

«Отдай, – прокричал Гарри, – или я сброшу тебя вниз!»

«Да неужели?!» – ответил Малфой, пытаясь ухмыльнуться, но выглядя при этом встревоженным. Каким-то образом Гарри знал, что делать. Он нагнулся вперед и крепко схватился за помело обеими руками, метла рванулась к Малфою, как копье. Малфой едва успел вовремя убраться с дороги; Гарри выполнил резкий разворот кругом, все также крепко держа метлу. Ребята внизу зааплодировали.

«Здесь нет Крабба и Гойла, чтобы спасти твою шею, Малфой», – крикнул Гарри. Та же мысль, похоже, посетила и Малфоя.

«Ну так лови, если сможешь!», – крикнул он, высоко подбрасывая шарик, и спикировал вниз к земле. Гарри увидел, как будто в замедленной съемке, как шарик поднимается и начинает падать. Он наклонился вперед и толкнул метлу вниз – в следующую секунду он уже набирал скорость в крутом пике, догоняя шарик. Ветер свистел в ушах, заглушая крики зрителей – он протянул руку – поймал шарик в полуметре от земли, как раз вовремя, чтобы выровнять метлу, и мягко приземлился на траву, бережно сжимая в кулаке напоминар.

«ГАРРИ ПОТТЕР!» Его сердце ушло в пятки быстрее, чем только что пикировала его метла. К ним бежала профессор Мак-Гонагалл. Дрожа, он поднялся на ноги.

«Еще никогда, за все время в Хогвартсе…» Профессор Мак-Гонагалл почти онемела от шока, и ее очки гневно блестели.

«Да как ты посмел – ты ведь мог сломать себе шею…»

«Он не виноват, профессор…»

«Молчать, мисс Патил».

«Но Малфой…»

«Хватит, мистер Висли. Поттер, следуйте за мной». Плетясь за профессором Мак-Гонагалл, шагавшей к замку, Гарри видел торжествующие лица Малфоя, Крабба и Гойла. Ему было совершенно ясно, что его исключат. Он хотел сказать что-то в свою защиту, но голос не слушался. Профессор Мак-Гонагалл шагала, даже не глядя на него; чтобы поспевать за ней ему приходилось бежать трусцой. Да, он не протянул и двух недель. А сейчас ему придется в десять минут запаковать свой чемодан. Что скажут Десли, когда он появится у них на пороге? Они взошли на крыльцо, поднялись по мраморной лестнице, а профессор Мак-Гонагалл так и не сказала ему ни слова. Она распахивала двери и шагала по коридорам; несчастный Гарри тащился за ней. Наверное, она вела его к Дамблдору. Он подумал о Хагриде, которого исключили, но позволили остаться лесничим. Возможно, он мог бы стать помощником Хагрида. Сердце его сжалось, когда он представил себе, как Рон и остальные становятся волшебниками, а он ковыляет по округе, таская мешок Хагрида. Профессор Мак-Гонагалл остановилась у одной из классных комнат. Она открыла дверь и просунула внутрь голову.

«Простите, профессор Флитвик, можно забрать у вас Вуда на секундочку?»

«Кто такой Вуд?» – подумал Гарри. Вуд оказался крепко сложенным пятикурсником, который вышел из класса с озадаченным видом.

«Вы двое, за мной», – скомандовала профессор Мак-Гонагалл, и они зашагали дальше по коридору. Вуд с интересом поглядывал на Гарри.

«Сюда». Профессор Мак-Гонагалл указала на классную комнату, в которой не было никого за исключением Пивза, который деловито выписывал на доске непечатные выражения.

«Вон отсюда, Пивз!» – рявкнула она. Пивз швырнул мелок в корзину, которая громко звякнула и, ругаясь, вылетел прочь. Профессор Мак-Гонагалл захлопнула за ним дверь и повернулась к двум ученикам.

«Поттер, это Оливер Вуд. Вуд – я нашла тебе ловца». Озадаченное выражение на лице Вуда сменилось довольным.

«Вы серьезно, профессор?»

«Абсолютно, – твердо ответила профессор Мак-Гонагалл. – Этот мальчик просто рожден для неба. Никогда ничего подобного не видела. Ты в первый раз летал на метле, Поттер?» Гарри молча кивнул. Он не понимал, что происходит, но, похоже, его не собирались исключать, и он снова начал слегка ощущать свои ноги.