Чтение онлайн

Но Рон его уже не слушал. Он напряжённо думал о чём-то своём, наморщив лоб.

— Странная, говоришь… И очень настаивала… Я сейчас! – крикнул он на бегу и исчез.

— Ничего не понимаю… – пробормотал Гарри и пошёл к хижине Хагрида на занятие.

Хагрид был взволнован и чем-то чрезвычайно доволен.

— Я тут недавно узнал, что наш двурог – самочка, я её Розитой назвал. Она того, э–э-э… детёныши у ей будут! Ага! Нельзя её обратно в питомник везти, надо, чтоб она здесь, ну, того, родила. Да. А когда детёныш чуть подрастёт – отправим их уже вдвоём. Ну, вам, это… предостав–ляется, как его… уникальная возможность поухаживать за беременной самкой двурога, а потом за детёнышем. Если всё будет хорошо, то, может быть, разрешу вам ещё и при родах присутст–вовать! Вот! – заключил он торжественно, весьма довольный собой.

Малфой скорчил недовольную рожу:

— Вот уж сомнительное удовольствие, делать мне больше нечего!

Но остальных, похоже, эта новость заинтересовала, особенно девочек. Лаванда и Парвати решили покормить будущую мать морковкой с рук. Гермиона же тотчас решила почитать что-нибудь о размножении двурогов в неволе, на случай возможных осложнений. Гарри же для себя решил, что ни за что ни за какие коврижки ни на каких родах присутствовать не будет. Он до сих пор помнил, как когда-то, живя у Миссис Фигг, ему пришлось принимать роды у одной из её многочисленных кошек. Вопли бедного животного до сих пор стояли у него в ушах. Он понятия не имел, что и как нужно делать с мокрыми комочками, время от времени появлявшимися из кошки. Он осторожно обтирал их махровым полотенцем и подкладывал к кошачьему боку. Новоявленная мамаша с благодарностью смотрела на него, вероятно принимая юного акушера за отца. Гарри со всем справился, несмотря на юный возраст, и даже получил благодарность от Миссис Фигг и пирожное в награду. Но с тех пор он зарёкся.

Мужчины для этого слишком слабонервные, – философски подумал он.

— Хагрид, – спросил его Гарри после занятия, – а ты случайно не знаешь, куда иногда девается Флоренц? Дамблдор сказал, что его будет иногда заменять профессор Трелони.

— Случайно знаю. У Флоренца ведь семья. У него есть жена и два жеребёнка. Он не может жить с ними в лесу, кентавры ведь его изгнали, но ему надо иногда видеться с семьёй. Раз в месяц его жена и дети приходят тайком к моей хижине и проводят с Флоренцем весь день. Для них это единственная возможность повидаться…

— Да… Плохо с Флоренцем вышло. А если кентавры больше никогда не примут его обратно? Он что, всю жизнь будут так мучиться?

— Не знаю, Гарри, не знаю…

— А Грауп? Как он? Он до сих пор в лесу? На тебе вроде бы синяков не видно…

— Нет, Гарри… – Хагрид тяжело вздохнул. – Мне пришлось рассказать всё Дамблдору, потому что Грауп покалечил пару кентавров в прошлом году. Они пригрозили, что обратятся в Министерство Магии по поводу незаконного пребывания полноценного взрослого великана на территории Англии. И Дамблдор распорядился отправить Граупа обратно с помощью одноразового портала. Прав был Флоренц, сказав, что ничего у меня не выйдет. Жалко его, конечно, он ведь мой брат, но… Ему здесь было плохо. По–английски он почти не говорил, столько деревьев сломал и всё зверьё распугал на мили вокруг, ему уже есть было нечего. И пришлось мне согласиться с Дамблдором. Да и толку от Граупа было бы мало. Какая ему война с Сам–Знаешь–Кем… Он разве что камнями кидаться мог, да деревья с корнем вырывать… Э–эх… – Хагрид тяжко вздохнул. – Отправили мы его, а у меня сердце не на месте, вдруг его там обижать будут? Он же такой маленький…

— Да ладно тебе, Хагрид, маленький, всего–навсего пять метров ростом! До тебя он ведь как-то жил с другими великанами, не умер же. Ему там всё равно лучше. Там он со своими. Очередной каркус сменится, и может, Граупа к себе приблизит, откуда мы знаем.

— Всё может быть, конечно. Спасибо за утешение. Ладно, беги на следующий урок.

***

После уроков Гарри летел на дополнительное занятие по Защите как на крыльях. Как не похоже было его настроение сейчас на то, с каким он ходил в прошлом году к Снеггу… Ему просто не терпелось начать. Мелисса уже ждала его.

— Итак, начнём. Сначала объясню тебе, как ты можешь понять, что кто-то вторгся в твой разум и шарится там как у себя дома.

— У меня сразу же начинает болеть шрам. Будто мне на лоб ставят клеймо.

— Но это если в твои мысли вторгся Волан-де–Морт. На деле же любой может попытаться это сделать, да любой тёмный маг, да кто угодно, просто желая проверить, правду ли ты говоришь в данный момент. Этот человек будет пристально смотреть тебе в глаза, у тебя возникнет чувство дискомфорта, если ты достаточно чувствителен к такого рода вещам. Проще же догадаться по тому, как тебе будет немного щекотно в области лба, между бровями, чуть выше. Возникнет такое чувство, будто тебе хочется чихнуть. Вот, приблизительно, такое. Лигиллименс!

Перед глазами замелькали образы, и Гарри увидел себя, обнимающим Гермиону и говорящим, что Рон просто дурак, если устроил ей такую безобразную сцену. Лоб и правда слегка щекотало.

— Это не слишком личное? Не хочу бесцеремонно вторгаться в твою личную жизнь.

— Нет, что вы. Всё нормально.

— В таком случае сейчас я объясню тебе, как избавляться от непосредственного вторжения. Сконцентрируйся и представь, что ты что-то отбрасываешь от головы, что-то вроде руки, которую кто-то прислонил к твоему лбу, чтобы проверить температуру. Понял? Поехали! Лигиллименс!

У Гарри перед глазами снова замелькали хаотичные образы, и он увидел профессора Снегга, который так неудачно пытался научить его Блокировке в прошлом году. Он постарался мысленно сконцентрироваться, но зловещая физиономия Снегга, мельтешащая перед глазами, мешала ему, сбивая с мысли.

— Откидывай его, просто отбрасывай от себя этот образ и воображаемую руку, – услышал он голос Мелиссы сквозь туман и резко дёрнул головой, мысленно отталкивая от себя Снегга и воображаемую руку на лбу.

— Ай! – взвизгнула Мелисса и схватилась за голову, сжимая виски пальцами.

— Вам больно, извините, я не хотел! – засуетился Гарри. – Я не знал, что это больно…

— Нет, ничего страшного… Больно уж ретиво ты взялся за дело, Гарри! Я даже не успела защиту поставить. Но зато у тебя получилось с первого раза! Представляю, как вы с профессором Снеггом терпеть друг друга не можете!.. Ладно, давай ещё раз, но уже с защитой. Начали. Лигиллименс!

И они начали. Теперь Гарри было гораздо сложнее. Перед глазами мелькали образы из детства, потом из школьной жизни. Вот Малфой, дразнит Гермиону грязнокровкой, вот он срывается с метлы и падает, падает, падает в бесконечность… Или это уже не он, а Сириус падает в арку безвременья?

— Гарри, Гарри! – услышал он сквозь вату в ушах. – Гарри, очнись! – Мелисса осторожно хлопала его по щекам, стоя около него на коленях.

Гарри медленно приподнялся, соображая, что произошло.

— Это твой крёстный, да? – несмело спросила Мелисса, аккуратно отряхивая его мантию.

— Да, – глухо сказал Гарри.

— Извини, я вовсе не собиралась… Но у Ментального Проникновения есть определённые особенности. Ты почти автоматически начинаешь вспоминать что-то плохое, какой-то эмоционально напряжённый момент твоей жизни, что-то произошедшее с тобой, твоими друзьями или близкими, если у меня нет конкретной цели выведать что-то определённое. Давай попробуем ещё раз.

Гарри кивнул. А что ещё ему оставалось делать?

В башню Гриффиндора он возвращался, еле волоча ноги от усталости, но довольный собой и удовлетворённый проделанной работой. За одно занятие с Мелиссой он достиг больших успехов, чем за всё то время, что он занимался со Снеггом.

Надо будет хорошенько этому научиться, а потом научить этому всех членов ДА, это ни для кого не будет лишним, – решил он по дороге в башню Гриффиндора.

Вечером, сидя в гостиной, Гарри вновь разглядывал фотографию отца и девочки рядом. Было в снимке что-то странное.