Чтение онлайн

Рон не преминул над ним подшутить:

— Гарри, некромант ты наш! Вызови мне дух Альтарунаса Богатого и спроси у него годы его жизни, мне по Истории Магии это позарез надо, а искать недосуг.

— И совсем не смешно, – обиделся Гарри. – Я думал, она что-нибудь дельное скажет, а она…

— Ладно, прости, не сердись. Но с медиумом она явно хватила лишку.

— Можно подумать, мне только некромантии для полного счастья не хватало. Угораздило же нас связаться с этим Прорицанием. И Флоренца как назло нет в те дни, когда у нас его урок. Мы чаще других попадаем к стрекозе!

— Забудь! Это не первое её чудачество, а что касается достоверности предсказаний профессора Трелони, то ты сам понимаешь, регулярно умирающий Гарри. Бежим, а то опоздаем на Травологию, идти аж в десятую теплицу.

Но Гарри ещё надо было в библиотеку. Приближаясь к главной лестнице, он услышал крики:

— Отдай! Отдай сейчас же, воровка!

Голос принадлежал Малфою.

— Дрянная птица!

Послышались возмущённые птичьи крики, и победный возглас Малфоя.

— Так тебе и надо, воровка! Хотела моё фамильное кольцо украсть! Надо бы тебе весь хвост выдергать, а не какую-то несчастную пару перьев. Жаль, что мне ещё экзамены твоей заразе–хозяйке сдавать, век бы её не видеть.

Гарри осторожно выглянул из-за угла. Драко держал Сороку–Мэгги за уже куцый хвост, вырывая у неё из клюва очень красивое кольцо в виде змейки с россыпью драгоценных камней.

— Дай сюда, а то вмиг башку скручу и свалю на этого жирного криволапого кота грязнокровки. Вечно он шныряет по замку…

— Эй! Ты что делаешь? – вышел Гарри из своего укрытия, когда Малфой с садистским удовольствием выдрал ещё одно перо из хвоста Мэгги.

— Эта дрянь спёрла моё кольцо!

— Это не повод, чтобы отрывать ей хвост. Она же летать не сможет!

— Так ей, воровке, и надо! Бьюсь об заклад – эта Найтингейл специально приучила свою сороку воровать чужие драгоценности!

— Для вас, Малфой, она Мисс Найтингейл! – прогремел голос как всегда бесшумно под–кравшегося Снегга у них за спиной. – Минус двадцать очков Слизерину! Ещё раз услышу что-нибудь подобное – ты навеки простишься с этой школой, где тебя доводят до самоубийства аморальная особа, специально обучившая птицу воровать твои фамильные драгоценности!

Драко съёжился под недобрым взглядом Снегга, полным презрения и негодования. Его самомнение и бравада сразу же исчезли. За все годы обучения в школе Малфой ещё ни разу не получал штраф от Снегга. Но этот год был явно ни его.

Если бы я это сказал, он оштрафовал бы меня на сто пятьдесят очков, а потом заставил бы отбывать наказание, – подумал Гарри про себя, но счёл за лучшее промолчать.

— Поттер, отнесите сороку Мадам Помфри. Она приклеит ей хвостовые перья обратно приживляющим клеем.

Гарри отнёс трепыхающуюся Сороку–Мэгги, делающую бесплодные попытки взлететь, в больничное крыло. Мадам Помфри быстро привела её хвост в порядок. Сорока что-то залопотала в качестве благодарности, потом выкрикнула пару мудрёных словечек и вылетела в окно, чтобы опробовать отреставрированный хвост.

Гарри побежал на Травологию, немилосердно опаздывая.

Следующим был урок у Хагрида. Двуроги–детёныши хорошо росли, прибавляя в росте и весе. У них уже стали проклёвываться крохотные рожки, и они норовили почесаться мордой об изгородь. Лесничий просто летал на крыльях. Детишек, как он их ласково называл, он окрестил Ганс и Гретель. С веселым похрюкиванием они довольно резво бегали по загону, удивительно напоминая рогатых поросят грязно–бурого цвета.

Возле изгороди сегодня был привязан крылатый конь – пегас. Он тоненько мелодично ржал, пытаясь встать на дыбы и расправить свои огромные белоснежные крылья, но ему не давали это сделать тонкие кожаные поводья, привязанные к изгороди.

— О! Какой красавец! – с восхищением сказал Рон. – Пегасы дико дорогие. Только очень состоятельный волшебник может себе такого позволить.

Хагрид запретил им подходить всем вместе, чтобы не пугать нервничающее животное.

— Мне Полярную Ночь на один лишь день в питомнике выдали – хозяин в отпуск уе–хал, оставил его там на содержание. Пегасы – самые редкие из крылатых лошадей, хотя есть и другие. Абраксаны очень сильные и выносливые, они огромного размера, пегие, со светлой гривой. Этонаны гнедые, размером они меньше, зато подвижные и юркие. Грэньяны серые, они очень быстрые. А про тестралей вы уже всё и так знаете, мы их в прошлом году проходили. Белоснежные пегасы же поистине короли среди крылатых лошадей. Мне еле–еле этого дали, чтоб вы хоть знали как они выглядят, вот. Мало их осталось-то. Плохо, чевой-то, размножаются. Капризные они очень, ревнивые, их трудно содержать. Странно они к людям привязываются, не по–животному, а по–человечески. Если самка полюбит хозяина, самца она к себе уже не подпустит. Вроде – лошадь с крыльями, а будто человеческая душа у ней есть. Но коли уж полюбил пегас хозяина – жизнь за него отдаст, понимает с полуслова, слушается беспрекословно, команды будто сердцем угадывает. Так это коли искренне полюбит. А вообще они привередливые страшно. Дрессировке насильно не поддаются вовсе, тогда нельзя на них летать, норовистые – жуть. Сбросят, а потом растопчут. Чуть взбрыкнёт – копытами убить может.

При этих словах Хагрида все непроизвольно подались назад.

— Так зачем же их держат? Какая от них польза? Лучше бы остальных крылатых лошадей разводили, – недоумённо спросила Гермиона.

— Да что ты понимаешь в пегасах, грязнокровка? – вмешался Малфой, внезапно оживившись. – Это же сама красота, изящество и грация! Совершенное животное! У нас было два пегаса – самец и самка. Отец хотел стать заводчиком, но не получилось. Они, к сожалению, друг друга терпеть не могли – то крыло один другому копытом перебьёт, то укусит так, что до мяса.

— А ещё парочку купить у вас денег не хватило? – ехидно поинтересовался Рон.

— Молчи, Уизли! Всех ваших денег и на фотографию пегаса не хватит!

Гермиона решила заступиться за друга и подлила масла в огонь:

— Если ты такой многоопытный, справишься с этим красавцем?

— Раз плюнуть! – раззадорился Драко, заглатывая наживку вместе с удочкой и напрочь забыв о недавнем переломе.

— Нет, Малфой, назад! Ты однажды уже на гиппогрифе полетал! – засуетился Хагрид, но было поздно. Драко уже подошёл к пегасу и протянул руки к упряжи, говоря: Смотри и учись, грязнокровка!

Пегас нервно раздувал ноздри, бока его ходили ходуном. Вот рука Драко коснулась мор–ды, все затаили дыхание. Полярная Ночь встал на дыбы, резко мотая головой, и тонкие кожаные декоративные поводья, привязанные к изгороди, с треском лопнули. Почувствовав свободу, пегас раскрыл огромные крылья и почти без разбега поднялся в воздух.

Все остолбенели. Зрелище, и правда, было потрясающее. Задрав головы вверх и открыв рот, все молча глазели на Полярную Ночь, поднимающегося в небо. В чувство их привёл голос Хагрида:

— Драко! Что ты наделал?! Мне же его завтра возвращать! Это ж самец, его теперь не пой–маешь! Я за всю жизнь теперь не расплачусь! – Хагрид рвал на себе волосы, чуть не рыдая.

— Что здесь происходит? – раздался сзади голос Мисс Найтингейл.

— А вы что, не видите? – язвительно отозвалась Пэнси Паркинсон. – Пегас улетел.

— Ну-ка, Гарри, ты у нас лучший ловец? Пегас не снитч, мы его быстро поймаем. Акцио метла! – живо сориентировалась Мелисса, заставляя всех вновь приоткрыть рот. И вот к ним уже летели две метлы из ближайшего сарая.